Если ты такой умный, почему несчастный - Радж Рагунатан

И вот что выяснилось. Вопреки тому, что вы могли подумать, участники, которые получали 20 долларов, не были счастливее, чем те, кто получил 5 долларов. (Это поначалу может удивить, но вспомните, что студенты, которые получили 5 долларов, не знали, что другие студенты получили 20, и обе группы были, разумеется, рады получить «бесплатные» деньги.) Важнее то, что участники, которые тратили деньги на других, становились существенно счастливее, чем те, кто тратил деньги на себя. А конкретнее, если брать за точку отсчета то, насколько счастливы они были вечером по сравнению с их ощущениями утром, настроение студентов, которые тратили деньги на кого-то другого, существенно улучшалось в сравнении с теми участниками, которые потратили деньги на себя.

Я знаю, что вы думаете. Вы гадаете, были бы получены эти результаты, если бы участники тратили собственные деньги. Возможно, вы также сомневаетесь в достоверности сообщений студентов об уровне собственного счастья. Кто же, в конце концов, захочет говорить о том, что не доволен после того, как ему велели сделать доброе дело для другого – особенно на чьи-то чужие денежки? Еще одно сомнение: были бы получены такие же результаты, если бы участники эксперимента нуждались в деньгах? Это были студенты престижного университета в богатой стране. Смогли бы люди из более бедной страны – скажем, Уганды – достичь такого же высокого уровня счастья, потратив деньги на других?

Это, безусловно, обоснованные вопросы, и, увы, не на все из них можно ответить с помощью экспериментов. И все же в той мере, в какой мы можем это видеть по опросам и исследованиям, похоже, что связь между просоциальностью и счастьем – связь прочная.

Используя данные всемирного опроса с участием более чем 200 тысяч респондентов из 136 стран, исследователи изучили корреляцию между альтруизмом (а конкретнее, вопросом, жертвовал ли респондент на благотворительность в прошлом месяце) и удовлетворенностью жизнью, по собственным словам респондентов. Результаты показали, что в 120 из этих 136 стран (то есть в 90 % стран мира) те, кто жертвовал на благотворительность, сообщали о более высоком уровне удовлетворенности жизнью, чем те, кто этого не делал. Воздействие благотворительности на удовлетворенность жизнью к тому же было немаленьким: она давала такой же эффект, что и удвоение семейного дохода (большинство стран в выборке были бедными, с семейным доходом на человека менее 1 тысячи долларов в год). Было бы трудно сделать из этих данных вывод, что альтруизм ведет к счастью; с тем же успехом могло быть так, что это счастье ведет к альтруизму. (Как вы, возможно, помните, счастливые люди более альтруистичны.) Чтобы обойти эту проблему, ученые провели исследование с участием людей только из двух стран – Канады и Уганды. Канада является одной из наиболее развитых стран мира с доходом на человека в 51 964 доллара в год, что делает ее пятнадцатой в ряду самых богатых государств мира. Уганда же, напротив, занимает скромнейшее 176-е место – с доходом на душу населения всего в 657,37 доллара в год. Участников просили вспомнить день, когда они потратили небольшую сумму денег (около 20 канадских долларов или угандийский эквивалент – около 10 тысяч шиллингов) либо на себя, либо на кого-то другого. Затем их просили вспомнить, насколько счастливыми они себя после этого чувствовали. Подтверждая результаты обоих исследований, ученые обнаружили, что участники, которые тратили деньги на других, были значительно счастливее, чем те, кто тратил на себя. Разумеется, канадцы и угандийцы тратили деньги на разные цели (канадцы больше тратили на предметы роскоши (например, дорогой шарф), угандийцы покупали предметы первой необходимости (например, медицинские принадлежности). Однако в обеих странах трата денег на других делала людей счастливее.

Запрограммированы ли мы на альтруизм?

Положительное воздействие альтруизма на счастье документировано в таком количестве исследований, что было бы трудно продолжать утверждать, что люди «по природе» или «всегда» эгоистичны; похоже, что в каждом из нас есть как минимум малая доля альтруизма. Это стремление демонстрировать альтруизм, которое я называю потребностью любить и отдавать, проявляется в разной форме, включая склонность тискать хорошенького щеночка или щипать за щечки пухлого младенца. Исследователи называют эту склонность – желание «чуточку помучить» симпатичных зверюшек или детишек – «милой агрессией» (cute aggression). Причина этого вроде бы странного желания – жажда выразить любовь, пусть и несколько искаженным способом, к объекту нежных чувств.

Если у людей есть потребность любить (и отдавать), то возникают важные вопросы. Врожденная это потребность или социально обусловленная? А если врожденная, то есть ли тому доказательства? Например, демонстрируют ли малыши, еще не социализированные, потребность любить (и отдавать)?

Вплоть до недавнего времени у нас было мало данных о том, демонстрируют ли малыши альтруизм и если да, то до какой степени. Но недавно ученые основательно копнули эту тему, и результаты их исследований согревают душу настолько же, насколько и удивляют. В одном исследовании двадцать малышей, только что отпраздновавших свой второй день рождения, знакомили с марионеткой-обезьянкой, которая, как сказали детям, любит лакомства. Вскоре после этого экспериментатор раздавал детям печенье. Затем экспериментатор выбирал один из трех вариантов поведения: 1) брал другое лакомство и давал его обезьянке на глазах у ребенка; 2) брал другое лакомство, давал его ребенку и просил угостить обезьянку; 3) просил малыша поделиться собственным печеньем с обезьянкой. Независимые наблюдатели оценивали уровень счастья малышей.

Если малыши скорее эгоистичны, чем бескорыстны, они должны быть счастливее всего, когда им дают лакомства для личного потребления. Если же, напротив, они скорее щедры, чем эгоистичны, они должны быть счастливее, когда лакомство дают обезьянке. Особенно сильное доказательство в пользу щедрости было бы получено, если бы малыши получали наибольшую радость, расставаясь с собственным запасом лакомств. Именно это и обнаружили экспериментаторы: малыши радовались, когда им давали лакомства, становились еще счастливее, когда их просили покормить обезьянку лакомством экспериментатора, а пика их счастье достигало тогда, когда их просили расстаться с частью собственных запасов.

«Дорогостоящее даяние» максимально усиливает счастье у маленьких детей

Почему потребность любить (и отдавать) увеличивает счастье

Если потребность любить заложена в нас от природы, то проявления щедрости и доброты будут делать нас счастливыми. Как мы уже убедились, так оно и есть. Они переключают фокус внимания с наших собственных тревог и проблем на тревоги и проблемы других. Рассмотрим результаты исследования, в котором ученые на протяжении трех лет отслеживали нескольких женщин, больных рассеянным склерозом (РС). Они были отобраны в качестве группы поддержки для других пациентов с РС. Им были даны инструкции звонить каждому из «своих» пациентов и вести с ними пятнадцатиминутные разговоры каждый месяц в течение всех трех лет. Результаты показали, что польза, которую получали от этого общения женщины-волонтеры, в семь раз превосходила ту, которую получали пациенты, которых они поддерживали.