33 стратегии войны - Роберт Грин

Нам уже трудно представить себе идею символических расчетов, как в покере или других играх: минимальная ставка, максимальный результат. Именно эту задачу решили террористы своей атакой на Манхэттен, которая служит неплохой иллюстрацией теории хаоса: начальный шок, приводящий к непредсказуемым последствиям.

Жан Бодрияр «Дух терроризма», 2002

В 1961 году президент Шарль де Голль столкнулся с террористической кампанией французских военных правого толка в Алжире – они выступали против его намерения предоставить этой североафриканской колонии Франции независимость. В непростой ситуации де Голль прибег к такой же стратегии, что и Черчилль: выступил по телевидению с обращением к французам, заявив, что они не могут капитулировать, что потери были совсем невелики по сравнению с недавними, понесенными во Второй мировой войне, что террористы немногочисленны и слабы и что главное для французов в этой ситуации – не поддаваться панике и оставаться сплоченными. В обоих случаях главам государств удалось успокоить людей, передать им ощущение надежности, предотвратить истерию, которая в противном случае может вспыхнуть в среде напуганных людей, особенно если ее подогревают средства массовой информации. Угроза была реальной, Черчилль и де Голль признавали это – меры безопасности, разумеется, принимались, – но важно было то, что им удалось изменить эмоциональный настрой в обществе, переключить его с панического страха на нечто позитивное. Лидеры превратили нападения террористов в повод для того, чтобы сплотить общество, не допустив раскола, – чрезвычайно, жизненно важный момент, ибо поляризация и раскол являются одной из основных целей терроризма. Вместо того чтобы пытаться организовать ответный удар потрясающей мощи, Черчилль и де Голль включили народ в сферу своего стратегического мышления и сделали людей активными участниками борьбы против этих разрушительных сил. Стараясь остановить и снизить нежелательные психологические последствия нападения, руководитель в то же время должен делать все возможное, чтобы не допустить повторной атаки. Террористы, как правило, действуют спонтанно, без определенной системы, отчасти потому, что непредсказуемость пугает, отчасти из – за того, что слишком слабы для частых и систематических атак. Этим временем следует воспользоваться для того, чтобы усилить меры безопасности и постараться искоренить угрозу терроризма. В этом большую пользу могут принести службы разведки, проникновение в ряды неприятеля, подрывная работа изнутри, а также постепенное, но неуклонное перекрывание каналов, по которым террористы получают деньги и ресурсы.

В целом самой эффективной реакцией на особую провокацию служит минимум реакции: делай как можно меньше и старайся приспосабливаться к месту действия. Не причиняй вреда. Отрекись от своего «я», делай меньше, а не больше. Это чуждо по духу американцам, которые, напротив, стремятся действовать не мешкая, разворачивая крупные силы для достижения быстрого и окончательного результата. Необходимо, чтобы у ответственных лиц в Вашингтоне произошел сдвиг восприятия; они должны понять: меньшее может дать больший результат, другие не похожи на нас, а аккуратный и точный мир не стоит такой цены.

Дж. Буайе Белл «Войны драконов», 1999

В то же время крайне важно позаботиться о сохранении морального превосходства. Пока вы являетесь жертвой, подвергшейся нападению, преимущество в этом смысле на вашей стороне, однако вы можете его мгновенно лишиться, организовав агрессивную контратаку.

Моральное превосходство – не роскошь, а важнейший стратегический ход, военная хитрость: мировое общественное мнение и отношения с другими народами поможет вам изолировать террористов и предотвратить появление разногласий. Все это требует от вас готовности вести длительную войну, причем войну закулисную, тайную. Спокойный, но решительный отпор, отказ от истерических, чрезмерных реакций оказываются сдерживающими средствами по отношению к противнику. Покажите, что ваши намерения серьезны, заставьте своих противников почувствовать это не шумными заявлениями, сделанными ради достижения политических целей – это не признак силы, – а применением хладнокровно рассчитанных стратегий, с помощью которых вы загоните их в угол.

В этом – то неконтролируемом эффекте цепной реакции и заключена истинная сила терроризма. Сила эта заметна в очевидных и менее очевидных последствиях теракта – и дело не только в экономическом и политическом кризисе системы и психологическом воздействии на общество, но и в крахе системы ценностей, идеологии либерализма, свободы передвижения и т. д., гордости западного мира и источника его власти над остальным миром. Она достигла точки, в котором идея либерализма, относительно молодая, постепенно начала исчезать из наших привычек и представлений, а глобализация либеральных ценностей вот – вот превратится в свою полную противоположность: глобализацию полицейских сил, тотального контроля, террора мер безопасности. Эти обратные шаги к максимальному ограничению свобод начинают напоминать общество фундаменталистов.

Жан Бодрияр «Дух терроризма», 2002

В мире, где открыты границы и все теснейшим образом связаны между собой, невозможно достичь полной безопасности. Вопрос в том, насколько велика угроза, рядом с которой мы готовы существовать? Тот, кто силен, может справиться с необходимостью жить при определенном уровне возможной опасности. Паника, истерия позволяют судить о том, насколько серьезную победу одержал неприятель, так же как и чрезмерно жесткие защитные меры, предпринимая которые общество и цивилизация в целом становятся заложниками горстки террористов.

ОБРАЗ:

Цунами. Какая – то сила вздымает воду далеко в море – подземные толчки, извержение вулкана, обвал. Волна, сначала маленькая, высотой всего в несколько дюймов, начинает расти, становясь больше, а потом еще больше, толчки из глубины придают ей мощи, пока она не разбивается о берег с невообразимой разрушительной силой.

Авторитетное мнение:

Нет удела хуже, чем находиться постоянно под стражей, ибо это означает, что ты всегда боишься.

Юлий Цезарь (100—44 до н. э.)

ОБОРОТНАЯ СТОРОНА

Оборотная сторона терроризма – прямая, симметричная война, возвращение к самым основам военного дела, к честным и открытым сражениям по правилам, простому противопоставлению силы силе – к сожалению, следует признать, что для современного мира такие стратегии архаичны и бесполезны.