Хочу... послать все на...! Парадоксальный путь к успеху и процветанию - Джон Паркин

Если у вас нет детей, можете пропустить этот раздел. Здесь я буду обращаться напрямую к тем, кто растит детей, и вам все это может показаться скучным. Вам же становится скучно, когда у кого-нибудь из ваших друзей появляются дети и они начинают говорить исключительно о подгузниках и прививках, рассказывать, в какую престижную школу отдали свое чадо, и хвастаться, как умилительно их малыш выглядит на горшке. Так что бросайте читать и перелистайте книгу до следующего раздела — мне совсем не хочется лишний раз подвергать вас этому испытанию.

Вот, собственно, весь смысл родительства в кратком изложении. Те, у кого нет детей, не могут представить, каково их иметь, правда? То есть нам, родителям, до появления детей просто невозможно представить себе, какая тогда наступит жизнь.

Мне кажется, весь предшествующий появлению детей процесс был разработан специально, чтобы постепенно дать нам понять, как придется жить, когда они появятся. В конце концов, нам ведь дается девять месяцев (целых девять месяцев, почти год жизни!), чтобы привыкнуть к этой мысли. В самой беременности есть множество факторов, позволяющих сообразить, что такое быть родителем: женщину все время тошнит, чтобы ты привык к дурному запаху; она начинает храпеть, чтобы ты привык к бессонным ночам; ей нельзя поднимать ничего тяжелого, чтобы ты привык сидеть дома и смотреть телевизор, а не шляться по кабакам и одурманиваться наркотиками; она сильно раздается в размерах, чтобы ты привык, что теперь в кровати будет гораздо меньше места.

Но ничто (даже эти девять месяцев) не сможет подготовить тебя к жизни с детьми. У нас в семье — разнояйцовые близнецы Арко и Леон. В первую ночь после их рождения (в 4 часа утра) я в сотый раз менял одному из них подгузник. (Это само по себе оказалось для меня переживанием очень странным, так как никто не предупредил меня, что дети (по крайней мере в течение некоторого времени) будут гадить, но не тем, чем положено, а каким-то расплавленным шоколадом.) И вот в чахоточном утреннем свете я привыкал к новому режиму жизни, смывая говно с задницы своего ребенка, а потом поднимая страховочную сетку его кроватки в полной готовности к следующему извержению.

Но тут я осмотрелся и подумал: «Нет в этом ничего страшного. Я справлюсь. Конечно, я устал. Но я справлюсь. Я выдержу».

Но потом я сообразил, что мне надо перетерпеть не только одну эту ночь. Это было совсем не то, что в колледже, когда можно было в последний момент написать за ночь реферат, еле-еле успеть сдать его в 10 утра, а потом пару дней отсыпаться. Нет, дорогие мои. Все это будет длиться точно не одну ночь… Это будет продолжаться и завтра, и послезавтра, и потом, и потом, и потом…

И я взвыл.

Но потом один из моих малышей засмеялся. Тогда я растаял.

А за следующие несколько недель я понял, что все задумано так, чтобы находиться в идеальном равновесии. Полный кошмар первых недель (в основном из-за серьезного недосыпа) идеально уравновешивался абсолютным счастьем, возникающим от обладания двумя такими невероятными существами, внезапно ставшими главным элементом моей жизни.

Родительское чувство — это нечто совершенно поразительное. Невозможно описать любовь, которую чувствуешь к своим детям. Она выходит за рамки всего, что ты ощущал раньше, и твои дети постоянно напоминают тебе, в чем ее смысл. То, что мы сейчас будем обсуждать, давно превратилось в клише, но все это — чистая правда.

Теперь нашим мальчишкам уже по четыре года, но я до сих пор наблюдаю за ними с полным изумлением. До недавних пор они говорили только по-итальянски. Но прямо на этой неделе один из них вдруг начал разговаривать со мной на английском. Он полностью перешел на английский, и мне это кажется чудом. У меня плавится сердце каждый раз, когда он начинает что-нибудь говорить. Вот, например, сегодняшняя беседа:

— Папочка, а что ты делаешь?

— Я пишу книгу.

— Книгу, папочка? А где она?

— Вот тут, внутри…