Мозг: краткое руководство. Все, что вам нужно знать для повышения эффективности и снижения стресса - Адриан Вебстер

Обманчивый опыт

В результате предположений, связанных с нашим восприятием, мы приходим к тому, что вырабатываем стереотипы друг о друге, идеи, которые могут быть ложными. Много лет назад, направляясь из Лондона в Сомерсет, я остановился в шумном придорожном кафе. Вскоре после того как я сделал заказ, человек, которого я не могу описать никак иначе, кроме как огромнейший и страшнейший на вид громила, подошел и сел за соседний столик. Когда он оглянулся, чтобы позвать официантку, я увидел, что на его жилетке сзади были написаны слова «Ангелы ада». Он сделал заказ, быстро встал и исчез в туалете. Пока он был там, в кафе вошла небольшая группа из пяти явно уважаемых пожилых мужчин в рубашках — членов крикетного клуба. Единственным местом, куда они могли сесть, был тот большой стол, на который уже подали заказ сбежавшего в уборную чудовища. Компания спросила у официантки, не сидит ли кто-то уже за столом, она ответила: «Да, здесь уже занял место один джентльмен, однако я уверена, что он не будет возражать, если вы присоединитесь». Обрадованные крикетисты сели за стол. Это может звучать жестоко, но я не мог дождаться реакции на лицах этих пяти пожилых мужчин, когда они увидят того, кого официантка назвала джентльменом.

Когда он вернулся, я не был разочарован! Увидев колоссальных размеров существо, которое стало приближаться, компания разом, без какого-либо сигнала, вскочила, задвинула стулья и пересела за другой стол — как можно дальше.

Позавтракав, мой «ангел ада» неожиданно извлек газету The Times и занялся почти законченным кроссвордом. Заметив, что я смотрю на него, он улыбнулся мне и мягким, хорошо поставленным голосом сказал: «Кроссворды — это небольшая война в понедельник утром!» Мы продолжили разговор, и выяснилось, что, отучившись в Оксфорде, он отправился путешествовать, в конце концов приехал в Руанду, где среди прочего работал с жертвами противопехотных мин. Он был одним из наиболее интригующих людей, которых я когда-либо встречал, незабываемый, удивительный характер. Он стал моим вдохновением для создания «парня-ананаса» — героя одной из моих книг — усеянного колючками снаружи, но совсем другого внутри. Как же мы можем ошибаться!

Адриан

Прежде чем мы продолжим, я задам вам быстрый вопрос. Когда вы думаете о ветровой электростанции, какая картинка приходит вам в голову? Это что-то из области чего-то чистого, натурального, позитивного и безопасного или чего-то искусственного, монстроподобного, шумного и вредоносного? Наши ассоциации с таким понятием, как ветровые электростанции, могут привести к различным предположениям, которые поляризуют наши мнения — однажды сформированные, они могут заставить нас закрыть глаза на правду.

Итак, какое отношение все это имеет к наведению порядка у себя в голове? Это все о том самом зазоре между восходящими и нисходящими механизмами. Именно там совершается ошибка. Но там же и рождается творчество. И чем лучше вы понимаете причуды и недостатки этого зазора, тем меньше вы будете неправильно интерпретировать ситуации и лучше понимать тех, кто все-таки ошибается.

Мы знаем, что информация из окружающего мира активно обрабатывается в различных участках мозга (смотрите рисунок«карта метро» мозга), чтобы создать образ того, что мы видим (Визуальная линия), слышим (Аудиальная линия), чувствуем (станция Органы обоняния), трогаем (Соматосенсорная линия) и едим (вкусовая кора). Эти самостоятельные, но взаимосвязанные области вместе выполняют хорошую работу, суммируя все, что происходит в мире, и помогая нам ориентироваться в нем.

Учтите потрясающую сложность вызовов, которые встречает ваша затылочная доля в ситуации, когда должна создать в воображении убедительный 3D-виртуальный мир на основе множества 2D-детекторов излучения в задней части ваших глазных яблок. Вы только представьте себе, какие технические трудности могут возникнуть при восприятии звучания оркестра из 80 инструментов из множества вариаций давления в воздухе или какой хорошей настройки должны быть сенсорные аппараты, чтобы суметь выделить конкретный вкус из вашего блюда, в котором может быть бесконечное множество ингредиентов.

Однако не ждите стопроцентной точности. Чувства могут обмануть вас. Люди, которые слишком сильно полагаются на свои ощущения, могут прийти к тому, что сложат неверное представление о ситуации и будут выглядеть и чувствовать себя весьма глупо. Помимо этого мозг постоянно делает предположения, что может встретиться нам, а что нет, в любых конкретных условиях.

Влияние контекста и ожиданий на восприятие

Приятный запах, еда и даже музыка вызывают ответные реакции в орбитофронтальной коре (ОФК), «станции» мозга за серединой лба, которая отражает в реальном времени качество вашего чувственного опыта. Мы знаем это благодаря исследованиям нейробиологов, которые сканировали мозг голодных испытуемых в момент, когда они ели бананы. Сильные ответные сигналы в центре ОФК были зафиксированы во время поедания первого банана, они отражали то удовольствие, которое получают участники эксперимента от удовлетворения потребности в еде. Однако после того как им было предложено съесть еще несколько бананов, на каждый новый мозг давал значительно более низкие отклики, что отражает снижение удовольствия.

Другие исследования показали, что ОФК не реагирует на опыт приятных ощущений как таковой, а скорее, отражает то, какое удовольствие вы ждете от этого. Активация ОФК в ответ на определенные пикантные запахи значительно повышалась, когда людям говорили, что им предлагают оценить аромат высококачественного сыра. В другой ситуации испытуемым было сказано, что тот же самый запах — это запах пары грязных носков. Ваши ожидания могут коренным образом повлиять на восприятие конкретных изображений, запахов, вкусов — позитивно или негативно с помощью изменения реакции вашей ОФК.

ТВ-эксперимент

Мы взяли две бутылки вина, одно — дорогое вино Grand Cru, обладатель золотой медали, ограниченная коллекция Bordeaux, и другое — дешевая на вид бутылка низкокачественного вина массового производства. Мы вылили содержимое обеих бутылок в ближайшую раковину и, после того как вымыли бутылки, наполнили их одинаковым вином. Затем приступили к опросу ничего не подозревающих участников публичной дегустации вин, прикрепив к ним провода портативного ЭЭГ-сканера, чьи электроды измеряли уровень ответных сигналов, вызванных дегустированием этих двух «разных» вин. Участников эксперимента мы также попросили описать вкус вина и сравнить два варианта на предмет аромата, оттенков вкуса и качества.

Что, вы думаете, произошло? Поняли ли участники нашу хитрость? Подсказал ли их опыт дегустации одной и той же жидкости, что их надули? Ничего подобного!

Ожидания, вызванные видом бутылок, из которых наполнялись бокалы, а также полностью вымышленным рассказом о каждом из этих напитков, единогласно нарушили баланс в пользу воспринимаемого как «шикарное» вино.