Мне некогда! В поисках свободного времени в эпоху всеобщего цейтнота - Бриджит Шульте

Люди везде стремятся к тому, чтобы быть занятыми, даже в глубинке{62}. Они заявляют социологическим службам, что у них нет времени принять участие в опросе{63}. Они выглядят важными и занятыми, проверяя почту на своих смартфонах раз в десять минут, хотя, возможно, это уже просто вошло у них в привычку{64}. Опросы свидетельствуют, что люди не могут ни с кем подружиться за пределами своих офисов{65}. У них нет времени на свидания{66}. Нет времени на сон и секс{67}. Восемь из десяти англичан говорят, что они слишком заняты, чтобы съесть десерт, хотя четверо из десяти опрошенных утверждают, что десерт лучше, чем секс{68}. Мы настолько торопимся жить, что даже длина роликов с видеообращением кандидатов в президенты снизилась с 40 секунд в 1968 году до 7,3 секунды в 2000 году{69}.

Люди говорят, что у них нет времени на отпуск{70} и даже на обед{71}. Вот на чем основаны рекламные кампании фастфудов: «Возьми готовый обед – прямо здесь и сейчас!» Сайты туркомпаний предлагают клиентам полностью использовать свой отпуск. А Управление Лас-Вегаса по работе с туристами разместило рекламные щиты с изображением измотанной сотрудницы офиса, пытающейся забраться на верхушку заваленного бумагами рабочего стола с плакатом, на котором написано «В отпуск – сейчас!»{72}

Один врач сказал, что современное стремление к вечной занятости – патология. Он назвал это «болезнью времени»{73}. Другие утверждают, что проблема имеет психологические корни, и называют это состояние «хронофилией»{74}.

Психологи пишут о пациентах, находящихся в крайней степени духовного истощения, которые считали, что занятость позволяет считать человека компетентным, умным, успешным, которым вдобавок можно восхищаться и которому можно завидовать{75}. Психиатр Эд Хэллоуэлл в своей книге CrazyBusy: Overstretched, Overbooked, and About to Snap! («Безумно занят: перенапряжен, перегружен и скоро взорвусь!») написал, что этот синдром вызвал в современном мире целую эпидемию{76}. Он утверждает, что, кроме мнимого достижения высокого статуса, сверхзанятость вызывает психическую зависимость. Я знаю об этом из опросов. Один молодой человек сказал мне: «Это же круто, когда ты делаешь сразу тысячу дел и у тебя все получается».

Синдром сверхзанятости уже стал предметом анекдотов и шуток. Актриса Кейси Уилсон рассказала в интервью о своей героине, Пенни, которая в телесериале Happy Endings («Счастливый конец») сокращает слова, например «умор» вместо «уморительный» и «спс» вместо «спасибо», потому что она слишком занята, чтобы произносить их целиком{77}. А в выпуске передачи Saturday Night Live («Субботним вечером в прямом эфире») Сет Майерс[12]рассказал анекдот: «Вы все знаете, что гиганты ретейла продают свежесрубленные рождественские елки через интернет, чтобы быть ближе к покупателю. А если вы доплатите еще несколько долларов, то вам эту елку поставят и нарядят. Кроме этого, за вас распакуют подарки, поиграют в новые игрушки и получат всю ту радость от праздника, на которую у вашей семьи, судя по всему, нет времени»{78}.