Искусство прокрастинации - Джон Перри

На это Мак-Таггарт мог бы возразить, что свойство событий, на которое указывает наличие или отсутствие крестика в графе дня его происшествия, изменяется, а вот его положение на временной шкале нет. Что же происходит?

А происходит то, что крестики представляют собой не свойства событий, но отношения между событиями и сведениями, полученными из календаря. Каждый день меняется не какое-то мистическое свойство событий, а вполне естественное отношение между ними до, одновременно или после обращения к календарю.

Великий французский философ Бергсон сетовал на «придание времени свойств пространства». Сказать точно, что именно он подразумевал, довольно сложно, но частью этой проблемы является именно то, о чем мы размышляем: представление временных отношений через пространственные соотношения объектов на материальном носителе типа календаря. Если у нас нет надежного хранителя календаря, то некоторые сведения в нем будут отсутствовать: какие из событий прошли, какие происходят сейчас, а каким еще предстоит произойти. При наличии такого хранителя, а в наше время им, скорее всего, будет компьютер, мы получаем динамическое представление. Временные отношения между обозначенными на календаре событиями, в нашем случае – это история и будущее французской политики, представлены в пространственной форме. Однако отношения между этими событиями, а также наблюдения и выводы, которые можно сделать из этого календаря, представлены на временной шкале. Событие уже перечеркнутого дня, даже если оно произошло в последнюю минуту перед полночью, будет считаться вчерашним, если смотреть на календарь сразу после ноля часов. Исчерпывающее представление временных фактов с помощью пространственных репрезентаций невозможно.

Та же мысль содержится в старом анекдоте: почему остановившиеся часы точнее тех, что опаздывают на пять минут? – потому что два раза в сутки они показывают точное время. Однако остановившиеся часы не показывают точное время дважды в сутки, потому что они вообще ничего не показывают. Положение стрелок должно показывать вам, сколько времени в тот момент, когда вы на них смотрите, а это возможно только когда их положение меняется. Остановившиеся часы подобны календарю, в котором хранитель не перечеркивает прошедший день каждую полночь.

Так что, вопреки Мак-Таггарту, время не столь уже непоследовательно и представляется вполне реальным. Сам он, кажется, не использовал нереальность времени в качестве оправдания своей прокрастинации. Он был ответственным преподавателем и вовремя готовился к лекциям. Во всяком случае, я так думаю. Перед тем как написать эту главу, я хотел разузнать об этом подробнее, но так и не собрался.

В общем, я не думаю, что прокрастинатор сможет найти утешение в философских учениях. Но это не значит, что философия не может послужить ему подспорьем. Ваш начальник, или супруг/а, или коллега, вероятно, не читали эту главу. Тогда вы сможете воспользоваться Гераклитом или Мак-Таггартом, чтобы выиграть немного времени и закончить дело, которые вы слишком долго откладывали. Однако прибегать к этому средству слишком часто я не рекомендую.

Глава одиннадцатая

Глубокие заключительные выводы

Человек – это разумное животное.

Аристотель

Человек – не разумное животное, он – животное, пытающееся дать всему разумное объяснение.

Роберт Хайнлайн

Человек – разумное животное, которое всегда теряет хладнокровие, как только его призывают действовать в соответствии с велениями разума.

Оскар Уайльд

Говорят, что человек – это разумное животное. Всю свою жизнь я искал хоть какие-то свидетельства в пользу этого утверждения.

Бертран Рассел

Аристотель считал человека разумным животным. Мы, безусловно, обладаем способностью думать, делать выводы, размышлять и действовать в соответствии с ходом наших мыслей. Этой способностью мы обладаем в большей степени, нежели другие животные, хотя я и уверен, что мы сильно преувеличиваем наши различия и, возможно, преувеличиваем и преимущества, которые это свойство дает нам как виду. Однако, кем бы мы ни были, мы точно не разумные машины по принятию решений. По сути мы – сгустки желаний, убеждений, потребностей и прихотей. В любой момент времени целый ряд разного рода желаний борется за контроль над нашим телом и мыслительным процессом. Исполнительное «я» хочет, чтобы мое тело встало с постели. «Я», любящее комфорт, хочет перевернуться на другой бок и поспать еще несколько минут – а то и пару часов. Разумное «я» предпочло бы отвечать на все имейлы по мере поступления. А вот «я» любопытное хочет покопаться в чем-нибудь новеньком и найти там что-нибудь будоражащее кровь, а также поискать возможности потратить время впустую и как можно дольше откладывать полезную работу. Часть меня хочет быть здоровым и подтянутым; другая хочет съесть печеньку или выкурить сигару.

Разумность – это удивительный дар, но для большинства живущих это не более чем тонкий слой, прикрывающий сгусток несовместимых желаний и устремлений, а может быть, просто еще одно, сравнительно слабое желание, борющееся за превосходство с остальными. Есть люди, в которых желание быть во всем разумными взяло верх над остальными, и в своих действиях они чаще всего руководствуются доводами разума. И я благодарен таким людям. Они делают много полезного; они замечательные, пусть и слегка утомительные, коллеги и соавторы; многое из того, что я считаю в своей жизни стоящим, появилось благодаря их усилиям. Я, конечно же, имею в виду тех, кто посвятил себя благородным целям. Решимость и разумность в преследовании недобрых намерений не может рассматриваться как добродетель.

Однако и в жизни упорядоченного прокрастинатора есть свои преимущества. Великий экономист и политический философ Фридрих Хайек часто отмечал, что в жизни общества спонтанная организация, как правило, оказывается более эффективной, нежели центральное планирование, имея в виду такие системы, как человеческий язык и рыночная система. И то и другое явилось результатом спонтанной человеческой деятельности, а не целенаправленных размышлений какого-то человека или группы лиц. Как и все великие политические философы, Хайек довел свое открытие до крайности, ну, если не он сам, то его последователи – точно. Однако открытием оно быть не перестало. То же самое касается и отдельных людей. Мы нередко заблуждаемся относительно того, как лучше всего потратить время. Грезы наяву о неосуществимом проекте радиопередачи могут оказаться полезнее и важнее всех статей, рецензий и докладов – большинство которых никто никогда не прочтет, – над которыми вы должны были бы корпеть все это время. Упорядоченный прокрастинатор, может, и не самый эффективный человек на свете, но, позволяя своим мыслям и усилиям витать в облаках, он может сделать многое из того, о чем бы и не подумал, если бы придерживался более строгого режима. Поглаживайте себя по головке за то, что вы все-таки сделали. Используйте списки задач, будильники и прочие уловки, направляющие вас на путь истинный. Сотрудничайте с теми, кто не позволит вам забросить все, так и не доделав. А главное, наслаждайтесь жизнью.