Главный секрет первого года жизни - Марина Мелия

Наша жизнь изменилась: традиции отступили, «передовые позиции» заняли культы молодости, успеха, комфорта и материального благополучия. И оказалось, что младенец плохо вписывается в эту картину мира. В результате возникла новая модель материнства, которое я называю облегченным. Она предполагает, что ребенок, родившийся в благополучной семье, не занимает в жизни мамы «положенного» ему места — мама фактически отстраняется от младенца, передает его в третьи руки. Это приводит к тому, что у мамы не просыпается материнский инстинкт, а у малыша не формируется привязанность, и они остаются будто чужими людьми.

И дело не в том, что мама-злодейка совсем не думает о ребенке, а папа ничего не замечает или просто закрывает на все глаза. Напротив, родители искренне заинтересованы в том, чтобы вырастить здоровых, умных, успешных детей. Они готовы дать им все — только не самих себя. Но почему? Потому, что «так проще» и «сегодня все так делают».

Надо признать, для нас естественно поступать с оглядкой на мнение окружающих. Чтобы ему противостоять, нужны определенные усилия. А если нет традиций, если не за что зацепиться, многие начинают «плыть по течению» — в русле новых общественных трендов. Облегченное материнство становится нормой жизни, особенно в семьях с большим достатком, и никого уже не удивляет. Более того, эта тенденция постепенно распространяется на все слои общества — разница только в масштабах, «в дозировке».

Но следуя моде, мы лишаем ребенка самого необходимого — непосредственного контакта с нами, родителями. Кроха цепляется за нас, пищит, кричит — пытается сказать, что мы нужны ему прямо сейчас, а мы не хотим его слышать, уверенные в том, что наше время еще не пришло и наша главная роль — впереди. Но если бы мы ясно понимали, чем нам грозит такое легкомыслие, мы наверняка действовали бы по-другому. Мы плохо представляем, какими тяжелыми последствиями оборачивается облегченное материнство. Когда мы захотим, наконец, наверстать упущенное, стать для малыша действительно близкими, родными людьми, наша роль для него уже не будет такой значимой. И может получиться, как в известном выражении — «скупой платит дважды»: пока малыш был совсем крошечным, мы жалели себя, экономили силы и время, перекладывая заботу о нем на других, а когда подрос, готовы на все, лишь бы восполнить «упущенную выгоду». Вопрос в том, удастся ли это, и если да, то какой ценой.

Мне все чаще приходится видеть, как многие родители вынуждены бегать с детьми по специалистам, выкладывать немалые суммы, тратить силы и нервы, чтобы справиться с проблемами, истоки которых — в младенчестве.

Значит ли это, что мы должны отказаться от тех благ, которые дает нам современная жизнь: от комфорта, возможности хорошо выглядеть, быть успешными и т. д.? Конечно, нет. Но на какой-то период иерархию ценностей можно пересмотреть и перераспределить свое время, силы и энергию.

Надо решить, что для нас важнее, значимее. Представим, что мы кладем на одну чашу весов еженедельные вечеринки (нельзя нарушать традицию!) и занятия в фитнес-клубе (а как иначе избавиться от лишних трех килограммов и пяти сантиметров в талии?), а на другую — будущее своего ребенка: его взаимоотношения с нами, с друзьями, с учителями и одноклассниками, его самооценку, интерес к жизни, целеустремленность. И если для нас важнее ребенок, значит надо постараться перенести центр тяжести со своего «Я» на другого — маленького человека, который сейчас так в нас нуждается.

«Утяжеляя» свою жизнь сегодня, проявляя материнскую самоотверженность в течение первого года после рождения малыша, мы облегчаем ее себе в будущем, на многие годы вперед. Нет более выгодных инвестиций, чем инвестиции в будущее своих детей. Говоря на современном деловом языке, это сверхприбыльные вложения, дивиденды от которых мы получаем в течение всей нашей жизни.