Проклятие тигра - Коллин Хоук

— Да пожалуйста! — взревел он.

Несколько секунд мы злобно сверлили друг друга взглядом, клокоча от досады и гнева. Рен первым отвернулся и стал сухо перечислять разнообразные виды и отряды приматов.

Мне бы промолчать, но я не смогла удержаться от язвительного замечания.

— А я и не знала, что путешествую со специалистом по обезьянам! Впрочем, ты ведь питался ими, правда? Тогда понятно, откуда у тебя такие обширные познания, я ведь тоже без проблем отличаю свинину от курятины!

Рен смерил меня злым взглядом.

— Я несколько столетий провел в зоопарках, не забыла? И я не… ел… обезьян!

— Да неужели? — Я скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на него. Рен бросил на меня свирепый взгляд, потом топнул ногой и склонился перед следующей статуей.

— Это какая-то макака, они широко распространены в Индии, а этот волосатый — павиан, — с раздражением выпалил он. — Они тоже тут водятся.

— И кого из них я должна выбрать? Мне кажется, это кто-то из двух последних. Предыдущие в Индии не водятся, поэтому их можно вывести за скобки.

Рен никак не отреагировал на мои слова, очевидно, он все еще злился. Он молча рассматривал вереницы обезьян, изображенных под постаментами, когда я громко выпалила:

— Павиан!

— Почему он? — спросил Рен, распрямляясь.

— Потому что его морда напоминает статую Ханумана.

— Отлично, проверь свою догадку.

— Как проверить?

— Откуда я знаю? — рявкнул он, потеряв терпение. — Повтори свой фокус с рукой, который ты делала раньше!

— Я не уверена, что тут это сработает.

Рен указал на каменных обезьян.

— Ну, хорошо, тогда потри им макушки, как статуе Будды. Нужно как-то угадать наш следующий шаг.

Я хмуро покосилась на Рена, которого явно успела довести до белого каления, потом подошла к статуе павиана и робко дотронулась до его головы. Ничего не произошло. Я похлопала его по щекам, погладила по животу, подергала за руки, за хвост… ничего. Тогда я схватила его за плечи — и почувствовала, что статуя слегка сдвинулась с места. Я сильнее нажала на одно плечо, и верхняя часть постамента отъехала в сторону, обнажив углубление, в котором лежала каменная шкатулка с рычагом. Я наклонилась и опустила рычаг. В первый момент все осталось на местах. Потом я почувствовала, как моя ладонь вспыхнула жаром. На ней отчетливо проступили нанесенные хной знаки, а потом рычаг вздрогнул, поднялся, повернулся и исчез внутри.

Рокочущий звук сотряс землю, и вода в бассейне стала стремительно убывать. Рен схватил меня за руки, прижал к своей груди и попятился от бассейна. Он крепко держал меня за плечи, пока мы оба в оцепенении смотрели на сдвигающийся камень.

Прямоугольный бассейн с треском разломился пополам. Потом обе половины стали разъезжаться в стороны. Вода хлынула вниз и, расшибаясь о камни и скалы, устремилась в черное отверстие, появившееся в том месте, где только что был водоем.

Потом что-то стало проступать из черноты. Сначала мне показалось, что это лишь игра света на мокрых камнях, но сияние разливалось все ярче, и я увидела ветку, показавшуюся из провала. Ветка была покрыта блестящими золотыми листьями. Все новые и новые ветки появлялись из бездны, а потом оттуда вытянулся ствол. Он рост и рос, пока перед нами не очутилось настоящее дерево. Его листья сверкали, заливая все кругом мягким золотым светом, как будто сотни рождественских золотых шаров усеивали ветви. При этом они трепетали и мерцали, словно колеблемые легким ветерком.

Дерево было высотой около двенадцати футов и все усыпано мелкими белыми цветами, наполнявшими воздух сладким ароматом. Длинные грациозные ветви с длинными и нежными золотыми листочками отходили от более толстых ветвей, примыкавших к коренастому стволу. Сам ствол рос из каменного ларца, стоявшего на твердом каменном постаменте. Это было самое прекрасное дерево, которое мне довелось видеть в жизни.

Рен взял меня за руку и осторожно повел к дереву. Протянув руку, он дотронулся до золотого листа.

— Какое красивое! — ахнула я.

Он сорвал цветок и понюхал его.

— Это манговое дерево.

Мы молча любовались прекрасным растением. Я знаю, что в эти мгновения мое лицо светилось тем же восторгом, что и лицо Рена.

Его черты смягчились. Рен шагнул ко мне и протянул руку, намереваясь воткнуть белый цветок в мои волосы. Я тут же отвернулась от него и, притворившись, будто ничего не заметила, стала гладить пальцем золотой листок.

Когда я снова посмотрела на Рена, его лицо окаменело, а белый цветок, смятый и сломанный, валялся на земле. Мое сердце сжалось от боли, когда я увидела прекрасные лепестки, втоптанные в грязь.

Мы молча обошли дерево кругом, разглядывая его со всех сторон. И вдруг Рен закричал:

— Вот он! Ты видишь? Вон, наверху! Золотой плод!

— Где?

Он указал на верхушку дерева, и, присмотревшись, я увидела золотой шар, свисавший с ветки.

— Плод манго, — прошептал Рен. — Ну, конечно. Так и должно было быть!

— Почему?

— Манго — один из главных предметов экспорта в Индии. Это один из важнейших продуктов нашей страны, а может быть, даже самый главный природный ресурс. Значит, Золотой плод Индии — это манго. Я должен был раньше догадаться.

Я с сомнением посмотрела на высокие ветки.

— Как же мы его достанем?

— Что значит: «Как мы его достанем?» Забирайся мне на плечи. Нам придется сделать это вместе.

Я расхохоталась.

— Нет, Рен, мне кажется, тебе придется придумать другой план. Например, подпрыгни высоко-высоко, как супертигр, схвати его пастью или сделай еще что-нибудь такое.

В ответ он только злорадно ухмыльнулся.

— Нет. Ты, — он ткнул пальцем мне в нос, — сядешь мне на плечи.

— Прошу тебя, прекрати повторять это! — простонала я.

— Давай. Я все равно тебя уговорю. Пустяковое дело, вот увидишь.

Рен подхватил меня на руки и поставил на каменный бортик сверкающего бассейна. Потом повернулся ко мне спиной.

— Лезь давай.

Он развел руки в стороны. Громогласно жалуясь и причитая, я робко взялась за них и перекинула ногу ему через плечо. Перепутавшись, я хотела немедленно убрать ногу, но Рен предвидел этот маневр, поэтому схватил меня за другую ногу и, прежде чем я успела позорно отступить, усадил себе на плечи.

Терпеливо снося мои напрасные вопли, он взял меня за руки и направился к дереву, без труда балансируя моим телом. Не спеша Рен выбрал подходящее место, остановился и объяснил мне задачу.

— Видишь вот эту толстую ветку над своей головой?

— Вижу.