Честь Джека Абсолюта - Крис Хамфрис

— Командир Шестнадцатого полка легких драгун полковник-лейтенант Бургойн! — гаркнул Джек во всю мощь своих легких.

Некоторые офицеры зашевелились. Майор Сомервилль поднял голову от стола и пробормотал:

— Что это еще за шутки, приятель? Надо ж такое придумать.

— Хью, а Хью. Вообще-то паренек прав.

Этот низкий, теплый, но властный голос заставил всех, одних быстрее, других как придется, но все-таки поспешая, подняться на ноги. Лежать остался лишь Стоки.

Майор отчаянно сражался со своим мундиром, силясь его натянуть.

— Сэр! Командир! Я прошу прощения, мы…

— Оставь, старина, — отмахнулся Бургойн. — Сегодня день рождения королевы, и я рассчитывал поспеть сюда своевременно, чтобы провести его с вами. Но португальские дороги, увы, мне в том помешали! Однако я полагаю, вы тут сделали все возможное, чтобы не посрамить нашей чести.

Он обвел взглядом стол с остатками трапезы, и его глаза остановились на блюде, стоявшем перед майором. Там лежала основательно искромсанная оленья ляжка.

— Великий Боже, что это?

— Мясо, сэр. Оленина, сэр.

Идеально изогнутые брови поползли вверх.

— Оленина? Глазам не верю! По-моему, я всю неделю глодал одну лишь крысятину. Осталось там что-нибудь? — спросил Бургойн, стягивая перчатки для верховой езды.

Сомервилль с сомнением поднял нож.

— Может быть, я смогу, сэр…

Бургойн подсел к столу.

— Не стоит хлопот, просто передвинь ко мне блюдо.

Когда желанное угощение перекочевало в центр стола, полковник выломил из оленьего бедра кость и вместе с куском хлеба протянул ее доселе никем не замеченному офицеру, который вошел следом за ним.

— Вы ведь все помните моего адъютанта, корнета Гриффитса, а?

Молодой человек слегка поклонился, после чего деловито принялся вышибать из кости мозг. Тем временем Кроуфорд наполнил бокал вином и протянул его через стол командиру. Бургойн кивнул в знак благодарности и пригубил вино, продолжая жевать. Сомервилль прокашлялся.

— Могу ли я предположить, сэр, что ваше прибытие сюда означает… э-э…

— Что сражение наконец-то не за горами? Еще как можете.

Офицеры, все еще остававшиеся на ногах, приглушенно загомонили. Кроуфорд подался вперед.

— Может быть, сэр, вы нам сообщите и куда нас направят?

Бургойн, все еще насыщавшийся, махнул рукой.

— Я бы сказал… но не сейчас. Многое предстоит обсудить, а для этого нужны ясные головы. Я, например, валюсь с ног. Скажу одно: выступим мы завтра к ночи и к концу марша сойдемся с врагом. — Он встал, поднял бокал: — Джентльмены, выпьем за ее величество и Шестнадцатый полк легких драгун. Ура!

— Ура!

Все поднесли бокалы к губам и одним духом их осушили. Выпив вместе со всеми, полковник спросил:

— Джентльмены, может быть, кто-нибудь проводит меня к месту постоя?

— Не окажете ли эту честь мне, сэр? — подал голос Джек.

— Конечно, окажу, молодой человек. — Бургойн устало потер глаза. — Прошу прощения, мой мальчик. Я ночь не спал, вот память и подводит. Ты у нас…

— Лейтенант Абсолют, сэр.

Он был уверен, что такого не видел никто. Невозмутимый и всегда сдержанный Джон Бургойн замахал вдруг руками.

— Аб… Абсолют? Ущипните меня! Вот так притча!

— Я знаю, сэр, я числюсь в покойниках, — улыбнулся Джек.

— Черта с два! Ни в каких не в покойниках. Я встретил твоих родителей в Лондоне перед отъездом. Они сказали, что ты был в Бате, а потом… исчез. Как они решили, сбежал с какой-то красоткой. — Полковник прищурился: — Логичное предположение, а? Как мне помнится, у тебя постоянно возникали осложнения из-за женщин.

«У кого что болит», — подумал Джек, поскольку амурные похождения самого Бургойна вошли в легенду. Вслух, однако, он сказал иное:

— Дело было не только в том, сэр.

— Что ж, просветишь меня по дороге, — кивнул Бургойн, прихватывая бутылку.

Путь к зарезервированной для полковника вилле пролегал через райончик таверн и борделей. Естественно, там толклось немало солдат Шестнадцатого полка, а вывалившие из самого большого заведения в обнимку со шлюхами кавалеристы Третьего эскадрона приветствовали Джека хвалебными возгласами. Бургойн поднял бровь.

— Вы давно в полку, Абсолют?

— Э… три дня, сэр.

— Неужели? Откуда же столь необыкновенная популярность?

Джек покраснел.

— Видите ли, сэр, тот олень, — он указал на кость, покрытую лохмотьями мяса, какие полковник с большим удовольствием обгрызал с нее на ходу, — это я его убил сегодня утром.

— Вот как? И сочли возможным поделиться добычей не только с офицерами, но и с парнями?

— Так точно, сэр.

— Молодец, — улыбнулся Бургойн. — Есть командиры, считающие, что подчиненных следует держать в рамках, внушая им страх, но есть и другие, предпочитающие добрые отношения прочим. Мне больше по душе последние: если, конечно, все обходится без панибратства. И не в ущерб дисциплине. Превосходно. — Он швырнул кость следовавшей за ними облезлой собаке. — А теперь, Абсолют, не сочтите за труд рассказать, чем вы занимались с тех пор, как мы отправили вас в Канаду, и каким таким чертовым ветром вас принесло обратно?

Джек приступил к повествованию о своих злоключениях, а поскольку оно, даже в укороченной версии, получилось пространным, Бургойн успел не только добраться до своей резиденции, но и умыться, переодеться в предложенное ему денщиком ночное одеяние и растянуться на кровати, прежде чем юноша покончил с римской частью истории. Ни малейшего желания погрузиться в сон полковник, однако, не выказал.

— Я знаю полковника Тернвилля, — произнесон. — Это достойный человек. Гроза скрытых противников Англии.

Бургойн вздохнул.

— В офицерской среде есть немало людей, считающих шпионаж чуть ли не постыдным занятием. Я не принадлежу к ним. Эту войну — и любую другую — мы выиграем с помощью разумно используемой разведки. А без нее — проиграем. — Он сел.

— Кто таков ваш Макклуни? Не припоминаю этого имени. Вы уверены, что он в Португалии?

— Я слышал, сэр, что он собирался сюда с целью нанести Англии максимальный урон. И у него немало других кличек и прозвищ.

Бургойн сбросил ноги с кровати, подошел к цилиндрическому футляру и извлек оттуда карту, которую расстелил на постели.

— Не исключено, что он мог затесаться в один из наших ирландских полков. Когда я в последний раз слышал о них, оба находились вот здесь — на севере, подкрепляя своим присутствием боевой дух скверно организованных португальцев. Испанцы занимают почти весь театр военных действий и располагают подавляющим численным превосходством, так что защитить все эти просторы, — он поводил над картой рукой, — нам так и так не удастся. Линия нашей обороны в конце концов пойдет здесь. — Худой длинный палец вдоль реки Тежу пошел к Лиссабону. — Однако мы имеем возможность не только задержать противника, но и в ближайшее время нанести ему чувствительный урон. Ибо для обеспечения сил вторжения испанцы сконцентрировали в одном месте огромные воинские припасы, которые мне приказано уничтожить.