Твердыня тысячи копий - Энтони Ричес

Лициний кивком показал, что понял, и Марцелл обернулся к Скавру, даря ему теплую улыбку.

– Ну а что касается тебя, Рутилий Скавр, я вынужден потребовать от твоей когорты вновь пережить военные тяготы. Вплоть до последнего времени я собирался отправить тебя на запад, вместе с кавалерией Лициния, дабы укрепить силы Второго легиона, но пару дней назад от моего коллеги в Бельгийской Галлии пришла просьба прислать подмогу. Мне представляется, что для этой задачи лучше всего подходишь именно ты благодаря уникальному сочетанию навыков и опыта, не говоря уже о происхождении твоих тунгров…

Претор повернулся и, взяв со стола какой-то свиток, слегка повысил голос, отдавая официальное распоряжение:

– Рутилий Скавр! Приказываю твоей части пешим порядком направиться в Арабский Городок, что расположен на восточном краю Вала, и там погрузиться на судно, идущее на Большую землю. По окончании морского перехода осуществить марш-бросок до поселения Тунгрорум, где обустроить укрепленный лагерь, откуда по собственному усмотрению вести любые операции, направленные на уничтожение бандитских формирований дикарей, которые успели зачумить все тамошние земли.

Он бросил на Скавра строгий взгляд.

– Ты, конечно же, задаешься вопросом, отчего для такого поручения понадобились твои люди, хотя буквально в нескольких днях пути от Тунгрорума, в форпостах вдоль реки Ренус, размещены три боевых легиона, которые для того и поставлены, чтобы справляться с тамошними беспорядками. Но в том-то и дело, что германские легионы оказались недоукомплектованы из-за наших потерь в начале текущего года: ведь именно от них забирали пополнение. Мало того, они вынуждены присматривать за слишком большой территорией после многочисленных вторжений варваров, которые в последние месяцы как с цепи сорвались. Впрочем, пока что дикари слишком слабы, чтобы форсировать реку и атаковать целой ордой; зато, если судить по тем письмам, что я получаю, земли вокруг Тунгрорума буквально кишат всяческим отребьем, дезертирами и лиходеями подлейшего толка. Легионы уже пытались справиться с этой головной болью: троекратно высылали отряды ауксилиев все большей и большей численностью, но те либо погибали от варварского меча, либо – как произошло в последнем случае – попросту перешли на сторону врага…

Претор отпил вина, затем продолжил:

– Есть ни много ни мало, а три причины, отчего я решил направить туда твоих людей. Во-первых, наш легат утверждает, что именно тунгры не знают себе равных в деле выслеживания всяческого сброда и его полнейшего истребления… – Скавр подарил Эквитию выразительный взгляд, в ответ на что бывший командир Первой Тунгрийской виновато пожал плечами. – Во-вторых, под твоим началом находится, по сути дела, целая манипула, которой как раз хватит, чтобы справиться с дезертирами и предателями. Ну а в-третьих, кому еще как не тунграм оборонять родные края? Тамошних-то ауксилиев понабрали пес знает откуда, по всей империи, за тысячи миль от тех мест…

Марцелл строго воззрился на трибуна и похлопал по ладони свитком, подчеркивая его важность.

– При решении поставленной задачи ты, насколько возможно, будешь согласовывать свои действия с галльским претором, но в то же время не забывай, что твоя часть полностью автономна от любых гражданских властей. Этот приказ наделяет тебя полномочиями для принятия любых решений, направленных на защиту местного населения от уголовного сброда и иже с ними…

Он невесело улыбнулся.

– Каждая чиновничья тля будет требовать от тебя, Рутилий Скавр, добиться успеха не сходя с места и любой ценой, и вот почему я составил подробнейший письменный приказ, чтобы ты смог сам определять свои оперативно-тактические приоритеты. Ну а коль скоро потребуется не менее десяти дней на подготовку достаточного числа судов для перевозки твоих когорт через Маре Германикум[22], я советовал бы покамест вернуть людей в крепость Холм и дать им попрощаться с близкими. Таковы мои приказы. Да снизойдет улыбка богов на ваши усилия, трибуны.

Наместник кивнул и отвернулся к столу. Офицеры отсалютовали и пошли было на выход, однако в дверях претор их вдруг окликнул. Хмуро поглядывая на восковую табулу, которую держал в руке, Марцелл добавил:

– Есть кое-что еще. Возможно, банальность, тем более на фоне последних недель, но все же с потенциально серьезными последствиями. Несколько дней назад этот форпост посетила пара имперских эмиссаров с особыми полномочиями, о чем трибун Павл и доложил легату Эквитию, когда мы сюда прибыли. По их словам, они разыскивали некоего беглеца от правосудия, который умудрился чем-то расстроить префекта императорской гвардии…

Скавр старательно удерживал невозмутимую маску, про себя вознося хвалу собственной прозорливости, благодаря которой выслал гонца на юг, чтобы загодя уведомить трибуна Павла о результатах миссии центурионов по имени Рапакс и Эксцинг: первый успешно сдох, второй бесследно скрылся.

– Создается впечатление, что оба этих офицера пропали вместе со своим эскортом. Это чистой воды формальность, но я обязан поинтересоваться: не вступал ли кто-то из вас с ними в контакт после того, как они покинули Шумную Лощину?

Ответом был прямой и бесстрастный взгляд, хотя когда заговорил Лициний, его голос подрагивал от старательно сдерживаемого гнева.

– Нет, претор, никто из наших людей их и в глаза не видел. С другой стороны, именно в этот период я потерял двух своих нарочных. Труп одного из них был обнаружен незарытым возле костровища, оставшегося на месте привала небольшого отряда, а тело второго нашли в придорожной канаве милях в пяти к югу. Из-под затылка у него торчал метательный нож, который, по клятвенным заверениям моих оружейников, был выкован в Риме. Я не исключаю, что присутствие имперских сыщиков в наших краях имеет известное отношение к этим двум смертям…

Настала очередь посуроветь Марцеллу.

– Вот оно что… Ну, как бы то ни было, вряд ли есть большой смысл обращаться в Рим за официальными разъяснениями, и коль скоро шпионская парочка действовала через мою голову, я намерен оставить это дело как есть. Они наверняка мертвы. Надо быть откровенно полоумным, чтобы без солидной охраны углубиться так далеко на север, в гнездилище дикарей, да еще в разгар мятежа… – Наместник покачал головой. – Ладно, свободны. Занимайтесь войной, а эту загадку оставьте до лучших времен.

Покинув ставку претора и вновь очутившись в гуще привычной гарнизонной суеты, трибуны обменялись понимающими взглядами, и Скавр медленно, облегченно выдохнул, после чего поделился соображениями:

– Похоже, Павл решил, что лучше иметь в должниках легата с двумя трибунами, чем выкладывать все как есть претору.

Его коллега повел плечом.

– Согласен. Хотя спалось бы куда спокойнее, если б точно знать, куда именно подевался треклятый Эксцинг, а заодно и тот недобитый субчик…

Скавр задумчиво кивнул, устремив рассеянный взгляд вдоль главной улицы форпоста. В дальнем конце ее, у распахнутых ворот, хлопотали караульщики, руководя прибытием конвоя с припасами, который, преодолев долгий марш с юга, впервые после начала восстания бригантов появился в Шумной Лощине. Люди трибуна закопали все преторианские трупы, найденные в лесу, однако что Эксцинг, что последний солдат, охотившийся за Фелицией, будто в воду канули.