Небесный спецназ Сталина. Из штрафной эскадрильи в «крылатые снайперы» - Георгий Савицкий

Волин резко взял ручку управления на себя, набирая высоту.

– Эскадрилья, атакуем конвой. Ведомый – прикрой!

Волин свалил свою «Аэрокобру» на крыло, переводя истребитель в стремительное пике. От вида надвигающейся со страшной скоростью водной поверхности кровь застыла в жилах. Но в перекрестье коллиматорного прицела маячил силуэт немецкого торпедного катера «Шнелльбот».

Торпедный катер «Schnellboot» был непростой целью. Он имел водоизмещение 49 тонн, а суммарная мощность трех дизелей в 2850 лошадиных сил позволяла развивать ему скорость хода в 35 узлов. Так что название свое он с лихвой оправдывал.

Вооружение у «Шнелльбота» тоже было весьма серьезным для такого типа кораблей: помимо двух 533-миллиметровых торпедных аппаратов с двумя запасными торпедами, на борту имелись еще и два 20-миллиметровых спаренных зенитных автомата. Эти скорострельные «двадцатимиллиметровки» были мощным зенитным оружием. Вдобавок на некоторых торпедных катерах Кригсмарине устанавливались еще и крупнокалиберные зенитные пулеметы. Спаренные пулеметные установки на турелях размещались по обеим сторонам мостика за круговой броней. Так что маленький и верткий кораблик превращался в настоящего «огненного ежа». И вот на такого «ежа» сейчас пикировал майор Волин.

Пальцы жмут гашетки пушки и пулеметов, а в перекрестье прицела – корма немецкого торпедного «Schnellboot». Александр целится туда, где расположены двигатели. И – попадает! Хлесткие очереди превращают в решето люки машинного отделения и надмоторные жалюзи. А попутно еще и «сковыривают» кормовую турельную установку с 20-миллиметровой скорострельной пушкой. Немецкий катер теряет ход, а его корму заволакивают клубы черного дыма. А вслед за командиром эскадрильи на «Шнелльбот» пикируют и остальные «Аэрокобры», извергая огонь, раскаленную сталь и свинец из жерл своих пушек и пулеметов. Немецкий торпедный катер попадает под настоящий ливень огня! Мощные 37-миллиметровые снаряды рвутся на ходовом мостике и в рубке, не спасает даже броня. А раскаленные свинцовые осы жалят наповал всех, кто находится на палубе – за штурвалами наводки зенитных установок и турелями пулеметов. Тяжелые пули 50-го калибра «Кольт-Браунингов» рвут человеческую плоть, отрывают конечности, дробят кости. И пена в кильватерном следе из белой превращается в розовую…

Но в этот момент второй торпедоносец «Шнелльбот» ставит дымовую завесу, прикрывая подбитый корабль. Ну, и ладно, тому все равно – крышка.

В принципе цель не они, а вот эти две моторные шхуны, которые так перегружены, что еле тащатся. С их палубы тоже стреляет что-то автоматическое, однако же их зенитный огонь слаб, и против стремительных «Аэрокобр» военные «транспорты поневоле» ничего сделать не могут. И снова ливень огня обрушивается на немецкий конвой. Драпать вздумали?!! А нате вам, сто немытых вам в душу!

Начинает стрелять и быстроходная десантная баржа – «Marinefahrprahm», а это уже куда опаснее.

Эта серия боевых надводных кораблей оказалась настолько удачной, что состояла на вооружении немецких ВМС и некоторых союзных им флотов в годы Великой Отечественной войны.

Обладавшая сильной армией и военно-морским флотом, Германия к началу Второй мировой войны не имела ни одного массового высадочного средства. Поэтому в операции по захвату Норвегии и Дании «Везерюбунг» основным средством для перевозки войск к намеченным для захвата плацдармам стали быстроходные крейсеры и эсминцы. Но из-за неприспособленности этих боевых кораблей к подобным задачам десантные соединения на них не имели ни тяжелой артиллерии, ни танков, ни автомобилей. По тем же причинам во время высадки десанта с крейсеров в Осло-фьорде и районе Бергена пришлось пересаживать людей на торпедные катера и малые тральщики. В Копенгагене германские суда просто пришвартовывались к причалам, и войска высаживались на набережную. В тех же случаях, когда противник оказывал сопротивление, Кригсмарине нес значительные потери.

При разработке плана по захвату Великобритании в ходе операции «Морской лев» предполагалось высадить в первых эшелонах около 700 тысяч человек и 125 тысяч лошадей.

Поэтому понадобилось и современное десантное средство. В кратчайшие сроки был разработан проект десантной баржи – MFP.

«Marinefahrprahm» оказалась настолько удачной, что впоследствии использовалась и по прямому своему назначению, и как канонерская лодка, и даже как самоходная зенитная батарея. В последней своей ипостаси быстроходная десантная баржа была особенно опасна для советских истребителей. На ней устанавливалось одно 75-миллиметровое или даже 88-миллиметровое орудие и три спаренных 20-миллиметровых зенитных автомата. Однако это вооружение могло дополняться еще одной пушкой «acht-acht»^[65] и парой скорострельных зениток, а еще – крупнокалиберными пулеметами на турелях. Настоящий «крейсер ПВО» в миниатюре!

«Marinefahrprahm» были практически неуязвимыми для торпед из-за своей малой осадки. Их осадка составляла менее двух метров в корме и меньше метра – в носу. MFP превосходили различные катера противника по мощи артиллерийского вооружения, в то же время будучи достаточно защищенными от огня легкого оружия. Количество огневых средств ПВО, размещенных на MFP, с учетом сравнительно небольших размеров барж делали их очень сложными целями для авиации противника. А три дизеля «Deutz» общей мощностью 1170 лошадиных сил обеспечивали скоростной десантной барже вполне приличную для такого корабля скорость в 10,5 узла. При этом дальность хода составляла 1075 миль при экономичной скорости в 7,5 узла.

В дальнейшем на основе «Marinefahrprahm» типа «D» выпускались также артиллерийские самоходные баржи «Artilleriefahrprahm», имеющие дополнительное бронирование от 20 до 100 миллиметров, и 105-миллиметровые орудия главного калибра, а также усиленное зенитное вооружение.

Быстроходные десантные баржи «Marinefahrprahm» довольно широко применялись гитлеровцами и их союзниками на всех морских театрах боевых действий, и особенно на Черном море и Азове. Здесь для них были практически идеальные условия.

Хотя – нет. В данный момент условия для данной самоходной баржи были весьма не идеальны. И советские «Аэрокобры» прилагали для этого все усилия. Истребители кружились над немецким караваном ангелами мщения. Уже горела одна из моторных шхун, а вторая застопорила ход.

Но расплата за такой успех пришла очень быстро и была страшна. Огненные очереди зенитных «Флак-систем» разнесли в обломки сразу пару «Аэрокобр». Вот так переменчива фронтовая судьба: оба сбитых летчика побывали в самых серьезных переделках, в самых жестоких воздушных схватках, однако погибли на штурмовке. Напоролись на прицельные трассы 20-миллиметровых снарядов. И только крики заживо сгорающих людей разнеслись над морем, и только тоскливые крики чаек были им ответом…

– Сволочи! – Майор Волин, на глазах которого разыгралась эта трагедия, рванул на себя ручку управления самолетом, а потом снова устремился в пике после горки.