Борджиа - Мишель Зевако

Хозяин гостиницы прервался.

– Продолжайте, любезный, – попросил Рагастен. – Вы очень интересно рассказываете.

– Ах, – вздохнул хозяин, – теперь я перехожу к самому странному эпизоду этой истории. Итак, граф Филиппо решил скорее покончить с собой, чем покинуть жену. Наступила ночь… Очень холодная ночь. Ветер завывал в горных ущельях… Слуга разжег огонь в палатке графа… Глубокой ночью граф, который не мог сомкнуть глаз, увидел рядом с собой какого-то человека, абсолютно неизвестного ему. Несмотря на холод, он был в легкой шелковой одежде. Он ничего не говорил, только смотрел на графа Филиппо и как-то странно улыбался. «Кто ты?» – спросил граф. Вместо ответа незнакомец рассмеялся и сунул свои ноги в пламя костра. Огонь, бушевавший вокруг, не тронул засунутых в костер ног. Графу удалось заметить, что это вовсе и не ноги, а раздвоенные копыта. Тогда он понял, с кем имеет дело, и осенил себя крестным знамением. «Ты узнал меня, – сказал дьявол, вздрогнувший от графского знамения, – но предупреждаю тебя, что если ты попытаешься повторить этот знак, я вынужден буду уйти, а ты потеряешь последний шанс увидеться с женой, и Беатриче станет добычей Якопо Рыжего». – «Молчи!» – сказал граф, скрипя зубами от охватившей его ревности. Сатана снова расхохотался. «Хочешь вернуться в Монтефорте? – спросил он. – Хочешь уничтожиь Якопо Рыжего и его банду? Хочешь снова увидеть Беатриче?» – «Говори! – сказал граф, задыхаясь. – Чего ты хочешь от меня?» – «Ничего… Или почти ничего! Я могу дать тебе средство пробить ущелье в горах, достаточно широкое, чтобы ты смог провести войско, застать врасплох бандитов, триумфально войти в Монтефорте и освободить Беатриче…» – «Что надо делать?» – «Всё очень просто. Ты дашь расписку, а я дам тебе золотое кольцо, и ты его наденешь на палец… При помощи этого кольца ты одним движением пробьешь необходимый проход через горы. Пройдет десять лет, и ты на этом самом месте вернешь мне кольцо… Если ты этого не сделаешь, душа твоей Беатриче, будет принадлежать мне». – «А если я верну кольцо?» – «Я возьму его, и тогда уже твоя душа будет моей собственностью. Согласен?» – «Согласен! – решительно сказал граф Филиппо. Давай перо и чернила! Я подпишу пергамент!» Сатана тщательно проверил подпись, сложил пергамент, который куда-то исчез, а потом вручил графу золотое кольцо. «Через десять лет, день в день, точнее – ночь в ночь, верни мне кольцо! – напомнил дьявол. – Иначе душа твоей Беатриче будет принадлежать мне!» Сказав это, дьявол пронзительно расхохотался и исчез под землей. А граф, не теряя ни минуты, вышел из палатки и затрубил в рог, собирая своих воинов. Он объявил, что надо идти на приступ. Воины посчитали его безумным. Но граф подошел к скале и вытянул руку. Тотчас послышался страшный грохот, словно тысячи громов загремели на небе. И войско, одновременно удивленное и перепуганное, увидело, как раскрылась гора, рухнули скалы и до самых стен Монтефорте пролегла проезжая дорога. Позднее теснину, по которой проходит дорога, назвали Адским ущельем. Именно по ней войско Чезаре Борджиа однажды пошло на штурм Монтефорте. По нему войску Чезаре суждено пройти еще раз…

– Да, именно по нему, – задумавшись, вторил хозяину гостиницы Рагастен.

– Бесполезно говорить вам, – продолжал свой рассказ хозяин, – что граф Филиппо, благодаря Адскому ущелью, застал врасплох покоренный город. Бандиты Якопо Рыжего были вырезаны все до последнего. Вообразите сами, какова была радость супругов. Несколько лет пробежало в безоблачном счастье. Но роковая дата приближалась, и граф Филиппо день ото дня становился всё мрачнее. И наконец настал канун того дня, когда должна была исполниться десятилетняя годовщина. Граф Филиппо приказал разыскать епископа Монтефорте и долго совещался с почтенным прелатом. К вечеру следующего дня граф отправился на то место, где мы теперь стоим. Пробило полночь. И сразу же появился сатана. «Очень хорошо! – сказал он. – Вижу, что ты верен данному обещанию. Принес кольцо?» – «На, бери!» – сказал граф Филиппо. Сатана жадно протянул руку, но сейчас же отдернул ее с ужасным воем. Граф Филиппо, чтобы не нарушать буквы договора, принес кольцо. Но он положил его в сосуд со святой водой!.. В соответствии с тем же договором, у сатаны было только пять минут, чтобы завладеть золотым кольцом. «Ну же! Бери!» – повторил граф Филипо. Свыше двадцати раз дьявол пытался погрузить руку в сосуд, который держал граф, с каждым разом он кричал от невыносимой боли. В самом деле, соприкосновение со святой водой жгло ему руку точно так же, как нас обжигал бы расплавленный свинец. Наконец, исчерпав силы, с растерзанной рукой, он, отчаявшись, он закричал: «Ты победил!.. Но я тебе отомщу!.. Смотри!» И тогда он ударил в землю черенком своих вил. Одна из скал, в окружении которых стоял граф Филиппо, закачалась у основания и начала крошиться. Казалось, что ее куски отпадают, словно вырезанные искусным скульптором… Скала приняла форму человеческой головы. И голова эта была точным портретом графа Филиппо. «Видишь эту скалу? – закричал сатана. – С нею теперь будут навеки связаны судьбы представителей рода Альма. Когда скала упадет, когда исчезнет эта гранитная голова, потомство твое вымрет и дом Альма исчезнет!» Сказав эти слова, сатана с ужасными проклятиями исчез под землей. …

Закончив рассказ, хозяин гостиницы тяжело покачал головой.

– Мне остается, – сказал он, – показать вам дыру, проделанную трезубцем сатаны, когда он ударил им о землю в этом месте… Хотите посмотреть?

– Честное слово, мне это интересно! – сказал Рагастен.

И он последовал за хозяином. Тот зажег потайной фонарь и стал спускаться по высеченной в граните лестнице.

– Но это же ваш погреб? – удивился Рагастен.

– Да, я использую это помещение под погреб. Вино здесь долго остается свежим. Но идемте дальше.

Хозяин продолжил спуск по некоему подобию колодца и в конце концов добрался до дна. В середине находилась узкая трещина, вероятно, образовавшаяся в результате медленного просачивания грунтовых вод. Эта дырка довольно правильной формы достигала в диаметре ширины черенка от вил или метлы.

– Смотрите! – произнес хозяин с восхищением и с оттенком страха. – Вот абсолютное доказательство, что сатана проткнул здесь почву.

– В самом деле! – отозвался Рагастен, очень внимательно осмотревший дыру.

Потом он не менее тщательно осмотрел всё, что осталось от колодца, и глубоко задумался.

– Чудесно! – сказал он наконец, отвечая собственным мыслям.

– Разве я не говорил! – довольно поддакнул хозяин.

Потом они поднялись наверх. Рагастен взглянул в направлении Монтефорте. В этот момент он увидел трех или четырех галопирующих всадников. В одном из них он узнал Джованни Малатесту. Через несколько минут всадники подскакали к гостинице и спешились. Джованни Малатеста поприветствовал Рагастена.

– Боюсь, заставил вас ждать, синьор!

– Нисколько! Впрочем, времени я зря не терял и познакомился с историей Адского ущелья, а также скалы Голова…

– Эти господа, – кивнул Малатеста в сторону всадников, прискакавших с ним, – будут присутствовать при нашей встрече.

– Добро пожаловать, – сказал Рагастен.