Хочу Румынию! Подлинная история Влада Цепеша Дракулы - Максим Андреев

Во времена междоусобицы после смерти Мирчи Великого бродяги на дорогах стали вызывать раздражение, города стали закрывать перед ними ворота, а в Европе появились законы о нищенстве, которые строго соблюдались – бродяг хватали и заставляли работать, убегавших ловили и клеймили, а трижды задержанного за попрошайничество могли и повесить.

Ко времени воцарения Влада бродяги и нищие стали бичом Цара Ромынеяскэ, это были обозлившиеся на все и на всех люди, вернее двуногие существа, для которых не было ничего святого, жестокие, лживые и коварные. Днем попрошайки, ночью разбойники, они грабили и убивали всех без разбора, а их банды держали в страхе целые области в государстве, парализуя его торговлю, ремесла, промыслы, а значит, жизнь. К 1458 году нищие и бродяги в Валахии стали врагами городов и сел, и Влад III Дракула с ними церемониться не стал.

По Трансильвании и Валахии через Карпаты проходил один из важнейших торговых путей Юго-Восточной Европы, от Варецкого перевала через Сигишоару, Брашов и Бузэу на Дунай, Черное море и далее в Азию. Еще одна торговая дорога шла из Австрии и Венгрии к Морю через Тимишоару и Сибиу, а по Молдове проходил знаменитый Днестровский торговый путь. Многочисленные разбойничьи банды от Моря до Карпат захватывали путешественников и небольшие купеческие караваны, грабили села и деревни и даже проникали в города. После назначения наместников второго Дракона в городах стало спокойней, но многочисленные разбои сменило еще более многочисленное воровство.

С начала лета указ-христовул Влада о смертной казни за разбои и воровство и о запрете бродяжничества и попрошайничества на всей территории Валахии и Трансильвании читался на городских рыночных площадях. Наказание за преступления было установлено одно – публичное сажание на кол прямо на месте преступления. К середине июля мне были известны все места на валашских дорогах, где в течение многих лет совершались грабежи и насилия.

Через несколько дней после нашего возвращения из Буды тридцать групп моих мастеров тайной стражи под видом торговых караванов со стороны Дуная, Венгрии, Предкарпатья и Молдовы вошли на румынские дороги, и даже «Альба-Регия» и «Альба-Юлия» ушли по Дымбовице на Дунай и на запад к Оршове, у которой были нередки речные нападения на купеческие суда. По три на каждом торговом пути, эти группы одна за одной одновременно двинулись к Тырговиште от Тимишоары, Арада, Бекешчабы, Оради, Сату-Маре, Хуста, Мармации, Черновиц, Тыргу, Биказа, Васлуя, Бырлада и Брэилы. На все эти торговые караваны моих мастеров разбойники напали у Решицы, Лугоша, Беюша, Залэу, Байя-Маре, Борши, Регины, Соваты, Чуку, Одорхеи, Нехояше, Абруда, Лудуша, Медиаша и даже у Девы. После коротких боевых столкновений десятилетиями терзавшие Цара Ромынеяскэ разбойные банды были стерты в пыль. Перед посадкой на колы они выдали все свои тайные убежища, в которых еще оставались их многочисленные товарищи. Тут же воины Влада Неистового, заранее собранные у Бистрицы, Сигишоары, Хацега, Фэгэраша, Тыргу, Крайовы, Вылчи, Бузэу и Джурджени, атаковали их одновременно, не оставив от разбойничьих гнезд камня на камне. За несколько дней румынские земли накрыла сеть второго Дракона, и к августу 1457 года разбойников вокруг Карпатских гор больше не было – они высоко и дружно сидели на колах вдоль валашских дорог, радуя и успокаивая многочисленных купцов, тут же повезших во все стороны света летние товары.

Сразу же после уничтожения разбойников тысячи наших воинов начали приводить торговые пути и дороги в полный порядок, расширили и обезопасили их на перевалах, расчистили старые и вырыли новые колодцы, на расстоянии одного дня пути друг от друга построили постоялые дворы и установили сторожевые заставы.

Валашские дороги стали безопасны и удобны, но вдруг изначально увеличилось число разбоев в городах. Недобитые разбойники от дорог попрятались там, где было большое количество жителей. Влад сказал мне, что казненных разбойников на дорогах горожане не видят, поэтому для искоренения преступности требуются активные действия и публичные акции в населенных пунктах. Господарь сам придумал собрать нищих и убогих на пиры в двадцати главных городах Цара Ромынеяскэ, и я только подобрал в них большие старые здания, которых не было жалко.

На пиры по всей стране собрались нищие, убогие и калеки или выдававшие себя за них, и мы спросили у них в разгар веселья: что нужно людям, чтобы навсегда избавиться от невзгод и голода? Никто из разгулявшихся дневных бродяг и ночных разбойников не попросил им дать работу, все они только жрали и пили каждый в три горла. Мы тихо вывели из домов настоящих калек, которых оказалось только двое из каждых десяти, заперли входы и зажгли веселые дома со всех сторон прямо на глазах сотен собравшихся жителей, чтобы они воочию увидели кару, настигшую наконец их притеснителей и насильников.

Бродяг и разбойников в Валахии больше не было, но воровство еще оставалось, и мы весь август и сентябрь ловили воров на месте преступления и сажали их на колы на рыночных площадях, не забывая, конечно, вовремя убирать их трупы, чтобы не вызвать в городах эпидемий чумы и холеры.

В середине сентября мы все собрались в Тырговиште, и я доложил Владу, что за два летних месяца были посажены на кол все воры и разбойники Валахии и Трансильвании, которых в общей сложности оказалось двенадцать тысяч, то есть страну многие годы терзало целое войско убийц и насильников.

Влад еще раз разослал христовулы по всей стране с запретом разбойничать и воровать людям любого сословия и достатка под угрозой казни на колу. Во всех городах Валахии прошли народные гуляния, и второй Дракон в знак искоренения преступности поставил на мраморный столик у фонтана на рыночной площади Тырговиште золотую чашу для питья. Вся страна знала, что с осени 1457 года расправа за преступления будет быстрая, справедливая и беспощадная. С 1457 года в Валахии стали говорить, что молоко в стране стоит дешевле воды.

Цара Романа оживлялась и расцветала прямо на наших глазах, но у нас опять не получилось отдохнуть от бесконечных трудов. 20 сентября по линии тайной стражи в Тырговиште пришло письмо из Буды от архиепископа Витеза, который сообщал, что венгерские бароны Фридриха III собирают большое войско на западе страны, и настоятельно просил Влада с воинами прибыть в Буду в первых числах октября.

Мы вышли из Тырговиште с четырехтысячным войском Влада и семью тысячами воинов боярских дружин. Все понимали, что впервые после времен Мирчи Великого участвуют в каких-то эпохальных исторических событиях, важных не только для Валахии, но и для всей Европы. У Сигишоары и Быстрицы мы должны были встретиться с войском Штефана, чтобы вместе двумя дорогами прибыть в Буду. Мы проходили через Предялский перевал, не забыв поклониться месту гибели наших отцов, и я докладывал своему другу, что на самом деле происходит в борьбе за венгерскую корону.

Венгерские бароны собирали свои дружины в Ракошмезе, и количество их воинов достигало пятидесяти тысяч. Вокруг Витеза объединялись горожане и военные дворяне во главе с дядей Матиаша Михаем Силади и его другом Гараи. У партии Хуньяди тоже было около пятидесяти тысяч сторонников, но, в отличие от воинов, горожане не могли противостоять дружинникам баронов, шансы которых на победу в сражении были выше. Матиаш все еще находился в плену у Подебрада в Праге, где с ним могло случиться что угодно, и в октябре 1457 года борьба за корону в Венгрии зашла в тупик.