Потерянная империя - Грант Блэквуд

Все дружно кивнули.

— Четвертая строка — «Две стрелы полуночных на четверти день рассекут» — уже сложнее. Но поскольку мы уверены, что смотреть нужно сверху, «стрелы полуночные» могут означать стрелки часов, указывающие на цифру двенадцать. «На четверти день рассекут» — значит, Блэйлок поделил «циферблат» на четыре секции: двенадцать, три, шесть и девять. Таким образом, слова «Gyrare раз, gyrare дважды», вероятно, намекают, что первую спираль следует повернуть на «три часа», а вторую — на «шесть часов».

Милхаупт продемонстрировал свою мысль, повернув оба чертежа: конец верхней спирали указывал теперь вправо, конец другой — вниз.

— Есть какие-нибудь соображения? — Профессор обвел слушателей выжидающим взглядом.

Никто не ответил.

— Вот и у меня нет, — развел он руками. — Что там с последней строкой?

Сельма зачитала:

— «Слова Древних — слова отца Альгаризмо».

— По поводу первой части, — начала Реми, — у нас есть догадки, на что намекал Блэйлок.

— Вы об ацтекских символах внутри колокола? — точно Чеширский кот, расплылся в улыбке профессор. — Понятия не имею, как они переводятся. Но вы, похоже, знаете?

— Знаем, — ответил Сэм. — Символы взяты из ацтекского календаря, соответствуют тринадцати месяцам.

— Мистер Блэйлок увлекался ацтекской культурой?

— «Увлекался» — мягко сказано, — усмехнулась Реми.

— На «отце Альгаризмо» мы, признаться, застряли, — сокрушенно вздохнул Фарго.

— Могу вас обрадовать. Не зря я, выходит, интересовался столь малоизученной наукой, как история математики! Нет никакого отца Альгаризмо. Очередная уловка мистера Блэйлока! «Альгаризмо» — это производное от слова «алгоритм», только по-португальски означает слово «цифра».

— Если перевести целиком, получается: «Слова ацтеков в сочетании с цифрами», — подвела итог Реми. — Сэм, ты у нас знатный шифровальщик. Ничего в голову не приходит?

Фарго кивнул.

— Может быть… Вроде припоминаю испещренную точками страницу в журнале. Никакого текста, одни точки. Или померещилось?

— Нет-нет! Я тоже ее помню, — встрепенулась Венди. — Сейчас найду.

Девушка убежала в архив.

— Ага! Вижу, заработали шестеренки, — улыбнулась Реми мужу. — Что скажешь?

— По-моему, сочетать ацтекские слова с числами не нужно. Их нужно перевести. Например, взять символ, означающий «вода», и заменить буквы соответствующими цифрами.

Жена быстро набросала в блокноте ряд чисел: «3,16,5,1».

— Простой подстановочный шифр, — заметил Милхаупт.

— Верно, — согласился Сэм. — Я думаю, спирали тут, так сказать, для красоты. Взгляните на развернутые чертежи. Если спирали выпрямить, то получим две линии символов: горизонтальную и вертикальную.

— По сути, система координат, — проговорила Реми.

Из интеркома раздался голос Венди:

— Я нашла нужную страницу! Вывожу на экран.

Сельма быстро включила пультом телевизор. Страницу действительно усеивали «архипелаги» как будто бессистемно сгруппированных точек — ряд за рядом, колонка за колонкой.

— Сколько групп? — поинтересовался Фарго.

Реми как раз занималась подсчетом.

— Сто шестьдесят девять. Тринадцать вдоль, тринадцать поперек, — объявила она. — То же количество, что и на твоей «спиральной» системе координат, Сэм. Столько же месяцев и в ацтекском календаре.

— Итак, у нас победитель! — улыбнулся профессор. — Теперь остается лишь подставить точки в систему координат и разгадать, что это все означает.

Иногда Сэму казалось, что на распутывание блэйлоковской головоломки ушло уже несколько месяцев, поэтому теперь, когда до развязки было рукой подать, он не без удовольствия, с новыми силами ринулся в бой, посвятив обдумыванию «Тайны системы координат» весь вечер и несколько утренних часов следующего дня.

Сначала пришлось записывать значения ацтекских символов на английском, а потом заменять буквы цифрами — процесс простой, но трудоемкий. Следующим этапом стала подстановка «архипелагов» точек в соответствующие ряды и колонки. Получившаяся в результате картинка напоминала судоку, составленное объевшимся ЛСД наркоманом. Теперь осталось это раскодировать. Фарго перебрал всевозможные шифровальные способы в надежде, что хоть какой-то подойдет. Около полуночи один наконец сработал: система двоичного типа, где позиции точек определяют, какие числа используются в сетке координат.

— Ты сам это подобрал? Опробовал? — спросила Реми, выслушав теорию мужа.

— Да. За исключением «пустых» групп, все они обозначают широту и долготу. Это карта.