Леопард охотится в темноте - Уилбур Смит

Он спрыгнул с крыши и нашел в бардачке бинокль Тимона.

— Нас преследует пеший отряд, — сообщил он.

— Численность? — спросил Тимон. Забравшись на крышу, Крейг настроил бинокль.

— Восемь человек. Они понесли потери, когда грузовик перевернулся.

Он посмотрел на солнце. Оно уже краснело и теряло свой жар, пускаясь в дымку над землей. Два часа до заката.

— Вы должны перенести меня на более удобную позицию, — сказал Тимон. — Я прикрою ваш отход и постараюсь задержать их огнем. — Крейг явно медлил. — Не теряйте драгоценное время на споры, мистер Меллоу.

— Сэлли-Энн! Налей в котелок воды, — приказал Крейг. — Возьми из неприкосновенного запаса шоколад и богатые белками продукты. Возьми карту, компас и этот бинокль.

Он осматривал местность вокруг «лендровера». Никакого укрытия, кроме самого джипа. Он вывернул сливную пробку из бензобака, чтобы слить оставшееся горючее в землю и лишить преследователей возможности одним удачным выстрелом сжечь машину и Тимона вместе с ней, быстро соорудил примитивную огневую позицию, защитив ее с флангов запасными колесами и стальным ящиком для инструментов.

Он помог Тимону выбраться из машины и лечь на живот между задними колесами. Кровотечение возобновилось, бинты промокли, кожа Тимона посерела, как пепел, а на верхней губе выступили крупные капли пота. Крейг дал ему в руки автомат и из сиденья сделал упор для ствола. Справа от Тимона он положил коробку с запасными рожками. Пятьсот патронов.

— Я продержусь до темноты, — хрипло произнес Тимон. — Но оставьте мне одну гранату.

Они знали, зачем ему была нужна граната. Тимон не хотел сдаваться живым. В самом конце он прижмет гранату к груди и дернет кольцо.

Крейг положил в рюкзак оставшиеся пять гранат, потом свою сумку с документами и рукописью. Из ящика с инструментами он взял моток тонкой проволоки и кусачки, из ящика с боеприпасами — запасные рожки к АК-47. Он разделил содержимое аптечки, оставив две упаковки бинтов, упаковку болеутоляющего и разовый шприц с морфием Тимону. Остальное он положил в рюкзак.

Крейг быстро осмотрел салон машины. Что еще может понадобиться? На полу он увидел свернутую плащ-палатку камуфляжной окраски. Положив ее, он взвесил рюкзак в руке. Больше не унести. Он посмотрел на Сэлли-Энн. Она повесила на одно плечо флягу, на другое — второй рюкзак, в который положила свернутые фотографии. Она была очень бледной, и Крейгу показалось, что опухоль на лбу увеличилась.

— Все в порядке? — спросил он.

— Да.

Он присел рядом с Тимоном.

— Прощай, капитан.

— Прощайте, мистер Меллоу.

Крейг взял его за руку и посмотрел в глаза. Он снова, поразился самообладанию, с которым африканцы встречали смерть.

— Спасибо тебе, Тимон, за все.

— Хамба гашле, — тихо ответил Тимон. — Ступай с миром.

— Шалагашле, — ответил Крейг. — Оставайся с миром. Он встал, его место заняла Сэлли-Энн.

— Вы очень добрый человек, Тимон, — сказала она. — И очень храбрый.

Тимон расстегнул кобуру и достал пистолет. Это был изготовленный в Китае пистолет Токарева. Он протянул его Сэлли-Энн рукояткой вперед. Он ничего не сказал, и, помедлив мгновение, Сэлли-Энн взяла оружие.

— Спасибо, Тимон.

Все понимали, что пистолет, как и граната, может понадобиться в самом конце, чтобы избежать мучения. Сэлли-Энн сунула пистолет за пояс джинсов, наклонилась и поцеловала Тимона.

— Спасибо, — повторила она, быстро встала и отвернулась.

Крейг повел ее прочь быстрым шагом. Он часто оборачивался, чтобы убедиться в том, что «лендровер» находится строго между ними и приближавшимся патрулем. Если у преследователей возникнут подозрения, что двое ушли от машины, они просто оставят у нее половину людей. Остальные же пойдут по их следу.

Через тридцать пять минут они услышали первую автоматную очередь. Крейг остановился и прислушался. «Лендровер» выглядел крошечным черным пятнышком. Уже опускались сумерки, которые делали его почти неразличимым. За первой очередью последовал ураган огня из многих автоматов.

— Он хороший солдат, — сказал Крейг. — Стрелял наверняка. Готов поспорить, их осталось меньше, чем восемь.

Он увидел, как слезы текут по щекам Сэлли-Энн, оставляя на покрытых пылью щеках грязные следы.

— Дело не в смерти, — сказал Крейг, — а в том, как ее принять.

Она немедленно набросилась на него.

— Оставь этот литературный бред для себя! Это не ты остался на верную смерть! — Она мгновенно извинилась: — Прости меня, любимый. Просто страшно болит голова, и он так мне нравился.

Они побежали дальше, звуки очередей постепенно начали стихать, пока не стали похожи на звук шагов по сухой траве где-то далеко позади.

— Крейг! — позвала его Сэлли-Энн. Она отстала шагов на двадцать и явно испытывала страдания. Как только он остановился, она рухнула на землю и опустила голову на колени.

— Через минуту все будет в порядке. Просто голова болит.

Крейг достал упаковку болеутоляющего и заставил ее проглотить две таблетки и запить глотком воды из фляги. Шишка на лбу пугала его. Он обнял Сэлли-Энн за плечи и крепко прижал к себе.

— О, как приятно.

Тишину вечерней пустыни нарушил далекий, приглушенный расстоянием взрыв, и Сэлли-Энн мгновенно напряглась.

— Что это?

— Ручная граната, — объяснил он и посмотрел на часы. — Все кончено, но он выиграл для нас пятьдесят пять минут. Спасибо, Тимон. Да поможет тебе Бог.

— Мы не должны тратить их даром, — сказала Сэлли-Энн и решительно поднялась на ноги. Она посмотрела назад. — Бедный Тимон.

Преследователи всего через минуту должны будут понять, что «лендровер» оборонял всего один человек. Они увидят их следы и пойдут по ним. Сколько солдат смог убить Тимон и сколько осталось?

«Скоро узнаем», — сказал он себе, и тут, с быстротой театрального занавеса, опустилась африканская ночь.

Новолуние наступило всего три дня назад, поэтому пустыню освещали только звезды. С одной стороны выделялся Орион, с другой стороны сверкал огромный крест. Их блеск в сухом воздухе пустыни был чудесным, а Млечный Путь напоминал только что раздавленного детскими пальцами светлячка. Небо было изумительно красивым, но свет звезд, как определил Крейг, оглянувшись, выделяли их следы на песке.

— Привал! — сказал он Сэлли-Энн, и она мгновенно вытянулась на песке. Крейг срубил штыком автомата несколько веток, связал их проволокой и привязал сзади к ремню.

— Вперед! — коротко сказал он, не желая тратить силы на слова. Бежать она уже не могла и медленно пошла перед ним, он шел сзади и тащил за собой ветки. Оглянувшись, он увидел, что следов больше не видно.