Крайности Грузии. В поисках сокровищ Страны волков - Алексей Бобровников

Так как на этой части маршрута Цалка – главная гастрономическая достопримечательность – позволю себе остановиться на ней подробнее.

Место, куда мы зашли, не имеет названия. По виду это водительская столовка какого-нибудь южного городка. Стулья с потертыми деревянными спинками, вытащенные из заброшенной школы; бетонные стены и жестяная крыша, а вместо окон – камуфляжная сетка. Посреди двора стоит большая металлическая жаровня, на которой жарится рыба и шашлык.

В заведении железный пол, напоминающий днище баржи. Под полом протекает маленькая речушка, впадающая в огромное озеро, начинающееся в полукилометре.

Именно здесь Грузия перестает быть столичной, а становится сама собой – жаркой, вкусной, немного неряшливой и полной сюрпризов.

Двое мужчин за соседним столом готовятся к выяснению отношений. Еще два-три пассажа, градус растет, достигает высшей точки, знамена багровеют, вздымаются выше, и вот уже руки поднимаются над столом, чтобы схватить обидчика… Одного слова может быть достаточно, чтобы спустить с привязи псов задетой гордости и чести.

Но ничего не происходит. Выражение лица говорящего меняется, воинственный трепет как будто сдуло ветром.

«Пи…ц», – произносит он по-русски – первое знакомое слово из лексикона жителей постсоветского пространства; слово, передающее беспомощность и безнадежность.

«Пи…ц», – и грузин опускает руки.

Значит, не было мести или атаки. Видимо, один собеседник излагал другому цепь событий, которая привела его к состоянию, описанному вышеозначенным словцом.

Снова все спокойно, посетители за соседним столиком заказали полироль – крепкое, но довольно вкусное пиво местной пивоварни.

Я смотрю на реку сквозь маленькие отверстия в полу.

В половодье, когда река поднимется на несколько метров, вода не разрушит это заведение, а лишь слегка подтопит его.

Это одна из причин, почему столовая в Цалке существует дольше, чем некоторые дворцы, построенные у бурных рек.

По настоятельной рекомендации моего нового знакомого мы заказываем рыбу рябушка. Это удивительно вкусная маленькая рыбешка (никто из местных жителей не смог вспомнить, как она называется по-грузински), которую можно есть вместе с хвостами и головами.

Горячая, хрустящая рябушка и холодные, остуженные в родниковой воде пиво или лимонад – идеальный завтрак, и я с таким рвением принялся за него, что чуть не откусил себе пальцы.

«А еще тут большие кобри», – сказал мой визави.

«Большие? Насколько большие?» – спросил я, стараясь не выдать тревоги.

Я наслышан о змеях, которые довольно часто встречаются в Грузии в летние месяцы, и меня неоднократно предупреждали о необходимости запастись «антигюрзином», если соберусь отправиться на юг страны, в пустынные районы окрестностей монастыря Давид Гареджа.

Но кобры? Я впервые услышал о них.