Усыпальница - Боб Хостетлер

— Простите, что вас интересует?

— Вы не хотите прокомментировать это заявление?

— Какое заявление? Боюсь, я не понимаю, о чем вы.

— Значит, вы утверждаете, что эта новость застала вас врасплох?

— О какой новости вы говорите?

Рэнд начал выходить из себя.

— Вы говорите, что не знаете о его претензиях?

— Мистер Бернштейн, я понятия не имею, о чем вы говорите. Не могли бы вы ввести меня в курс дела? Будьте добры, объясните, что вы хотите узнать.

— Вы профессор Рэндал Баллок, не так ли?

— Да, — подтвердил Рэнд.

— Вы обнаружили в Тальпиоте кости первосвященника Каиафы?

— Да.

— Один из оссуариев, который, как вы сами об этом заявили, вы лично обнаружили, представляет собой богато украшенный ящик из известняка с именем Каиафы, написанным на двух его сторонах. Это верно?

— Я действительно нашел этот оссуарий, а не заявил об этом, — устало ответил Рэнд. — И надпись на нем есть: «Иосиф бар Каиафа». В остальном вы правы, да.

— Вы в курсе, что Расан Азиза, известный коллекционер антиквариата, сделал заявление, что он продал вам оссуарий Каиафы?

— Что?!

— Азиза заявил также, что на проданном вам оссуарии не было никаких надписей, пока он находился в его собственности, только изысканная отделка?

— Это розыгрыш?

Рэнд был окончательно сбит с толку.

— Прошу прощения?

— Вы уверены, что правильно набрали номер? Тут какая-то ошибка.

— Нет, сэр, я так не думаю. Израильский Департамент древностей пересмотрел свой вердикт относительно оссуария, учитывая свидетельства мистера Азизы.

— Вы шутите. Что это еще за Азиз?

— А-зи-за. Расан Азиза, коллекционер антиквариата. Он живет здесь уже много лет, точнее десятилетий.

— И он сказал, что продал мне оссуарий Каиафы?

— Да, сэр, и он утверждает, что у него есть договор купли-продажи с вашей подписью.

— Ну что ж, это просто невозможно.

— Значит, вы утверждаете, что он лжец?

— Я этого не утверждаю, поскольку просто не знаю этого человека. И даже не слышал о нем, пока вы не упомянули его имени.

— Вы отрицаете, что были с ним знакомы?

Это становилось больше похоже на допрос, чем на интервью.

— Хватит этой ерунды в стиле сериала «Закон и порядок», — тон Рэнда стал резким. — Кто бы ни был этот парень и что бы он ни говорил, могу лишь сказать, что оссуарий Каиафы был найден там, где он был найден, в гробнице в Тальпиоте, и на момент раскопок на нем были и декоративный орнамент, и надпись. У меня есть фотографии, доказывающие это. Могу хоть сейчас отправить их вам по электронной почте.

— Эти фотографии, когда они были сделаны? — спросил Бернштейн.

— В течение двух дней, когда велись раскопки.

— Азиза заявляет, что продал вам оссуарий в прошлом году. Ваши фотографии могут опровергнуть это?

Рэнд опешил.

«Конечно нет, — подумал он. — На них только оссуарий и надписи, и фотографии были сделаны внутри гробницы».

Нет никакого способа доказать, что находки были в гробнице до того, как Рэнд туда попал.

— Нет. Думаю, что нет, — ответил он.

— Вы хотите сделать заявление?

Рэнду очень хотелось послать этого парня далеко и надолго, но он сдержался.

— Да. Я готов сделать заявление. Вы готовы?

— Да, сэр, можете начинать.

— Я не знаю Расана Азизы. Никогда с ним не встречался. Я нашел оссуарий Каиафы в гробнице в Тальпиоте и не производил никаких манипуляций ни с оссуарием, ни с найденным внутри него свитком. Пойдет?

— Превосходно, — ответил журналист.

— Это все, что вам было нужно? Если да, то я тоже хочу спросить…

— Извините, у меня остался еще один вопрос.

— Пожалуйста.

— Вы можете прокомментировать статью в «Джерузалем пост» о том, что вы находились под следствием у израильской полиции?

— Что?!

Все эта история становилась все более абсурдной и возмутительной. Рэнд был готов к тому, что следующей вопрос будет о его контактах с пришельцами.

— В статье говорится, что со времени ваших исследований в Тальпиоте вы находитесь под следствием у израильской полиции.

Рэнд прижал телефон к другому уху.

— Слушайте, я не понимаю, что происходит, откуда вы взяли все эти безумные истории…

— Вы отрицаете, что находитесь под следствием?

— Да, безусловно. Уже прошел не один месяц с тех пор…

— Вы не участвовали в какого-либо рода незаконной деятельности?

— Нет!

Рэнд ругнулся и принял окончательное решение.

— Слушайте, если вы хотите поговорить о значении моего открытия, особенно об исключительной важности свитка, я буду более чем рад продолжить разговор. В противном случае я все сказал.

— Спасибо, профессор Баллок, — ответил Бернштейн. — Думаю, я узнал все, что хотел.

И повесил трубку.