Бунт на «Баунти» - Джон Бойн

Снова наступило долгое молчание – сэр Роберт обдумывал услышанное. Капитан ответил по-честному, добавить к тому, что он сказал, было, в общем-то, нечего. Я стоял у двери, сгорая от желания узнать, в чем состоит точная суть проступка и, самое главное, кто его совершил, однако, услышав по соседству, в камбузе, шаги мистера Холла, вынужден был от двери отойти – не хватало еще, чтобы меня застукали за подслушиванием и надавали мне по ушам, да так, что в них до конца дня колокола будут трезвонить. Впрочем, коридора я не покинул, надеясь, что кок вернется туда, откуда пришел, и я смогу опять приложить ухо к двери, однако пару мгновений спустя она отворилась и из каюты выступили капитан Блай с сэром Робертом. Первый, увидев меня, сердито нахмурился.

– Стало быть, вы уходите в ближайший час? – спросил сэр Роберт, лицо которого еще оставалось красным, но уже не тем, с каким он, грозно топая, поднялся на борт, – по-видимому, полученные от капитана обещания умиротворили его.

– Именно так, сэр, – ответил капитан. – Нам предстоит долгое плавание. Вокруг Австралии, затем вверх, к Отэити. Я бы сказал, на пару месяцев.

– В таком случае желаю вам благополучия и доброго пути, – сказал сэр Роберт и протянул капитану руку. – Жаль, что наше знакомство завершилось столь неутешительным образом.

– Как и мне, сэр Роберт, но будьте уверены, я предприму все шаги, какие необходимы для искупления нашего пребывания здесь, и напишу вам, как только получу результаты расследования.

Сэр Роберт кивнул, а капитан повернулся ко мне.

– Тернстайл, – сказал он с ноткой сарказма в голосе, – поскольку ты совершенно случайно и неожиданно оказался у меня под рукой, может быть, ты проводишь нашего гостя до палубы?

– Конечно, сэр, – ответил я, не решаясь взглянуть ему в глаза.

– А вы, мистер Фрейер, будьте любезны, пошлите ко мне мистера Хейвуда и мистера Кристиана.

– Да, сэр, – сказал мистер Фрейер.

Через несколько минут я, молча сопроводив сэра Роберта до палубы, вернулся в трюм; на сей раз капитан забыл плотно прикрыть дверь каюты, и это позволило мне ясно слышать проводившееся внутри следствие. На мое счастье, пропустил я совсем немногое, поскольку, что бы ни наговорил в мое отсутствие мистер Кристиан, капитан этого и слышать не желал.

– Я призвал вас не для того, чтобы обсуждать это, – резко произнес он. – Я попросил вас присоединиться к мистеру Хейвуду, потому что вы были с ним на балу и знаете его лучше, возможно, чем кто-либо другой из членов команды.

– Сэр, – начал паскудник, – мне неизвестно, что вам наговорили, но…

– А вы, сэр, – закричал капитан голосом, какого я никогда у него не слышал – ни во время перепалки с мистером Фрейером, ни даже после порки Мэттью Квинталя, – держите рот закрытым, и накрепко, пока я не обращусь к вам, не задам вопрос и не потребую от вас ответа. Вы покрыли позором меня, сэр, мой корабль, да заодно уж и военный флот Его Величества, вы понимаете это? Вы сознаете, что теперь говорят о нас в поселении сэра Роберта? А потому помалкивайте, пока я не прикажу вам говорить, или, Богом клянусь, я выпорю вас собственноручно, вы поняли?

Молчание. Затем «так точно, сэр» – тонким, дрожащим голосом.

Некоторое время никто не произносил ни слова, я слышал только, как капитан расхаживает по каюте.

Наконец он произнес голосом более спокойным, но тем не менее полным тревоги:

– Скажите, мистер Кристиан, ведь вы провели в обществе мистера Хейвуда значительную часть вечера?

– Значительную, сэр, – ответил мистер Кристиан. – Но не весь вечер.

– И вы знакомы с мисс Уилтон? Признаюсь, я не помню, чтобы меня ей представляли.

– Да, сэр. Я свел знакомство с ней как раз во время вечера.

– Теперь вы, мой-дорогой-юный-друг, – сказал мистер Блай. – Известно вам, в чем вас обвиняют?

Никакого ответа.

– Можете говорить, – рявкнул капитан.

– Неизвестно, сэр, честное слово, неизвестно. Я был на палубе, думал о своем, работал вместе с матросами, и тут приходит сэр Фрейер и говорит, что вы желаете меня видеть, а я не знаю, что я такого сделал, клянусь вам.

– Ха! – усмехнулся капитан. – Вы хотите уверить меня, что пребываете в полном неведении относительно выдвинутых против вас сэром Робертом обвинений?

– Да, сэр.

– В таком случае вы либо невиновны и тяжко оклеветаны, либо виновны и в дополнение ко всему прочему нагло лжете командующему вами офицеру.

– Я не виновен, сэр.

– Не виновны в чем?

– В том, в чем меня обвиняют, сэр.

– Да, ответ всеобъемлющий, – помолчав, сердито произнес капитан. – А вы, мистер Кристиан, вы столь же несведущи по части обвинения?

– Должен признаться, сэр, – тихо и спокойно ответил мистер Кристиан, – у меня нет никаких сведений относительно того, в чем сэр Роберт обвиняет мистера Хейвуда. Я сохранил о том вечере воспоминания самые приятные.

– Как и я, сэр, как и я! – воскликнул капитан. – Но теперь меня уведомили, что присутствующий здесь мистер Хейвуд, которому выпала честь несколько раз танцевать с мисс Уилтон, подопечной, кстати сказать, сэра Роберта…

– Я танцевал с ней, – поспешил сказать мистер Хейвуд, – не отрицаю. Танцевал два вальса и польку, но я думал, что это позволительно.

– Два вальса и польку, вот как? – осведомился капитан. – А почему, позвольте спросить, вы сочли уместным уделить этой девушке столь чрезмерное внимание?

– Ну, сэр, – поколебавшись немного, ответил мистер Хейвуд, – я могу сказать лишь, что она хороша собой. И превосходно танцует. Я думал, что моя благосклонность покажется ей лестной.

– Думали, стало быть? И что вы сделали по окончании танцев?

– Я самым смиренным образом поблагодарил ее за доброту, сэр, и вернулся к мистеру Кристиану.

– Это правда, мистер Кристиан?

– Ночь была долгой, сэр, – сказал мистер Кристиан. – И мы, каждый из нас, танцевали, разговаривали с другими гостями. Я не могу в точности припомнить тот миг – у меня не было причин как-то отметить его для себя, – но после множества бесед с мистером Хейвудом я хорошо узнал его как джентльмена и уверен, что он говорит правду.

– В таком случае, сэр, мы пришли к расхождению во мнениях, – сердито заявил капитан. – И расхождению весьма серьезному. Ибо мисс Уилтон утверждает, что вы, мистер Хейвуд, пригласили ее пройтись по парку, дабы подкрепиться в тамошнем буфете, а во время прогулки обратились к ней с чрезвычайно бесстыдным, непристойным предложением.

– Ни за что на свете, сэр! – вскричал мистер Хейвуд, и, должен признать, голосом столь уязвленным, что я наполовину поверил ему.

– Ах, ни за что на свете? То есть вы утверждаете, что не приглашали мисс Уилтон на прогулку?