Золото Монтесумы - Икста Майя Мюррей

— Нет, дорогая, не совсем так.

— Тогда о чем она думает? Я здесь мучаю Ванду приготовлениями к свадьбе, в любую минуту сюда может нагрянуть портниха, чтобы примерить на ней венец и платье…

Я выкрикнула:

— Пап, мы ищем место гибели Антонио! Помоги мне!

— Лола, я знаю, где был убит Антонио. Раньше это место называлось Сканагальо, долина…

— Мы как раз туда едем. — Я объяснила Мануэлю, что мне может пригодиться любая подробность, известная ему о сражении флорентийцев с жителями Сиены и об участии в нем Антонио.

— Хорошо, дай вспомнить… Хотя стоит мне только услышать про этого Марко Морено, как меня в жар бросает!.. Сейчас, дай подумать… Так вот, в XVI столетии, во время так называемых итальянских войн, Сиена оказалась заложницей напряженных отношений между Францией и Италией. Город стремился добиться независимости от Испании. Император Карл V имел там испанский гарнизон. Но Медичи тоже хотели владеть этим городом.

— Хорошо, а кто еще?

— Козимо вступил в союз с Карлом V против французов, поддерживавших повстанцев Сиены. В числе защитников Сиены был такой генерал, Пьетро Строцци, непримиримый враг Козимо. В 1554 году его солдаты совершали опустошительные набеги на окрестности, занимаясь мародерством и убивая союзников императора Карла V. Но летом произошло решающее сражение, к которому и подоспело войско Медичи.

Эрик нажал на педаль газа.

— Судя по карте, скоро мы будем на месте.

Машина свернула с шоссе на ухабистую грунтовую дорогу и покатила на запад. Лучи восходящего солнца упали на долину, поросшую причудливо изогнутыми сикоморами. И тут я заметила какого-то человека на другом склоне долины. На нем была рубашка, в предрассветных сумерках показавшаяся мне серой. Это мог быть фермер или виноторговец. Он был слишком далеко, и я не могла разглядеть его, но все-таки видела, что он один и время от времени нагибается, как будто осматривает траву под деревьями.

— Кто сражался на стороне Медичи? — кричала я в телефон, когда Эрик затормозил.

— В основном наемники.

Эрик откинулся на спинку сиденья и утомленно закрыл глаза.

— Под командованием маркиза Мариньяно было около пяти тысяч воинов, — продолжал Мануэль. — Обе армии состояли из наемников, правда, сиенская была слабее. За несколько месяцев до генерального сражения его войско было разгромлено, а оставшиеся в живых были или ранены, или деморализованы. Противостояние двух армий продолжалось несколько месяцев, до начала августа. К этому времени Антонио прибыл в лагерь императора — на его деньги была нанята по меньшей мере треть солдат, и сражались они скорее за Козимо, чем за Карла V. А потом, уже во время сражения, что-то произошло. Кажется, была очень плохая погода, это внесло сумятицу, и вместо сиенцев Антонио принялся убивать флорентийцев посредством какого-то экзотического взрывчатого вещества, а потом и сам был убит…

— Пап, у меня в магазине есть книга, история этой войны. Она называется «Господь любит Могущество».

— Знаю, автор — Грегорио Альбертини. Обожаю эту книгу. В ней — с твоего разрешения, я возьму ее — Альбертини дает любопытное описание сражения…

Тут в наш разговор ворвалась моя мать:

— Лола!

— Привет, мама!

— Имей в виду, я не сержусь на тебя!

— Хорошо.

— Это отец сердится. А что ты ему сказала? У него такой вид, будто он вот-вот свалится в обморок…

— Я только…

— А ты знаешь, что через час начнется предсвадебная вечеринка? А поскольку у тебя нет друзей, кроме сестры и твоего милого, мне пришлось пригласить всех моих знакомых…

— Ой… Ну да… Правильно, мам.

— А тебе известно, что Иоланда тоже сбежала и собирается искать тебя?

— Что? Как это — сбежала?!

— Не ори так в салоне! — недовольно проворчал задремавший Эрик. — У меня прямо в ушах звенит!

— Да, эта противная девчонка сбежала! — подтвердила мама. — Вчера она вычитала в блогах, что в сиенский Дуомо ворвались двое или трое неизвестных латиноамериканцев, и вбила себе в голову, что это была именно ты, а поскольку ей до черта надоели все эти репетиции свадьбы и кружевные наряды для подружки невесты… — Дальше она понизила голос и озабоченно зашептала: — И еще ее взволновал этот сумасшедший вздор, что нес Эрик. О Томасе, понимаешь? Насчет того, что якобы он похоронен в Италии. И это несмотря на то, что я чуть голову не потеряла, когда искала его в джунглях! Потому что мне казалось, что я все еще люблю этого старого дохлого проходимца! Ну ладно. Так вот, она, твоя сестра, все пыталась до тебя дозвониться, но ты не отвечала, тогда она потеряла терпение и умчалась сломя голову! Ты же знаешь, какая она!

— Это плохо, — отметила я, подумав о татуированном человеке.

С тех пор как Томас пропал, моя единокровная сестра пребывала в глубокой депрессии. Моя сестра… как бы это выразиться… очень своеобразный человек, и если бы она узнала, что де ла Роса прикинулся погибшим и покинул свою дочь, вся ее трагическая меланхолия обратилась бы в жуткую ярость, которая в «Экзорцисте», может, и кажется праведной и великой, но в реальности просто ужасает.

— Кто из них прилетает сюда? — поинтересовался Эрик.

— Иоланда, — ответила я.

— Твоя сестра? Что ж, нам будет очень уютно…

— Она приземлилась в Риме уже несколько часов назад, — продолжала моя мать. — Эта сумасбродка заявила, что найдет тебя, а может, даже и могилу Томаса. Я слышала, папа что-то говорил о золоте Монтесумы?

— Да, есть вероятность, что мы найдем его здесь, но…

— Но как? У тебя есть надежная версия? Да? Гм-м… думаю, вряд ли ты обойдешься без моей помощи… Но звучит очень интригующе! Мы с Мануэлем тоже пытались найти эти сокровища, еще в восемьдесят третьем, в Бразилии. Университет выделил нам на это грант, но должна сказать, что большую часть времени мы брели по колено в воде через Рио… Кажется, Томас тоже охотился за золотом Монтесумы. Значит, вы в Италии! Потрясающе! А здесь сплошные хлопоты и разговоры, решено, что никакой охоты не будет, целыми днями торчат эти подружки невесты, а уж выглядят они ужасно нелепо в своих нарядах. И где ты предполагаешь провести следующие несколько дней?

Я едва понимала, о чем она тараторит.

— Что?

— Я спрашиваю, где ты будешь?

— Не знаю, мама… Где-нибудь здесь. А когда вылетела Иоланда?

— Вчера. Послушай, ты мне не ответила.

— Но я не знаю. Если повезет, может, в Венеции.

— В Венеции. Превосходно! Надо же, куда тебя занесло! И все как-то вдруг! Полетела сориентироваться, не найдется ли чего, потом срочно вернешься, чтобы выскочить замуж. Правда, так время до свадьбы пролетит быстрее…

— Но ты ведь не собираешься лететь сюда? — робко осведомилась я.