Охота на Менелая - Марта Таро

Только этого Дмитрию и не хватало. Сейчас государыня начнёт взвешивать, не поспешила ли она, предложив князя Ордынцева вместо своего любимчика Шереметева.

Это было просто оскорбительно, и Дмитрий, не раздумывая, оттолкнулся от колонны и двинулся к группе дам, окружавших Надин. Он успел заметить тревожный взгляд графини Кочубей и любопытство на лицах Ливен и Волконской. Ордынцев по очереди поздоровался с каждой из женщин, а напоследок поклонился Надин и тут же пригласил её на танец.

– Но вы же просили оставить вальс, а сейчас заиграют мазурку, – напомнила ему графиня Кочубей.

– Боюсь, что при таком наплыве поклонников мне будет сложно даже приблизиться к Надежде Александровне, и, если она ещё никому не обещала мазурку, позвольте мне стать её кавалером на этот танец?

– Я свободна, – тихо ответила Надин.

Она положила руку на локоть князя, и они медленно двинулись к середине зала. Ордынцев специально продефилировал мимо помоста, где восседала вдовствующая императрица. Решив, что он просто хочет показать Марии Фёдоровне, что её «совет» принят к действию, Надин совсем успокоилась. Тем сильнее поразили её сказанные между делом слова:

– Сударыня, прошу вас оказать мне честь и стать моей женой. Как вы думаете, времени на размышление до конца мазурки для вас достаточно?

Надин показалось, что пол у неё под ногами закачался. Она непроизвольно вцепилась в рукав своего кавалера и почувствовала, как тот замедлил шаг.

– Вы сможете танцевать? – тихо спросил Ордынцев. – Может, лучше вернуться к вашим дуэньям?

– Только не это, – ужаснулась Надин. – Танцуем!

Ордынцев подвёл её к свободному месту. Перед ними оказалась пара из дамы в ярко-алом платье и высокого гусара в парадном мундире. Гусар оглянулся на звук шагов, и Надин узнала одного из своих поклонников – князя Голицына.

– Надежда Александровна, очень рад вас видеть! – воскликнул тот и суховато добавил: – Ордынцев!

– Приветствую, – коротко ответил князь, и уголки его губ раздражённо дернулись.

Надин даже не успела спросить себя, в чём дело, поскольку тут же узнала ответ. Дама в алом наряде обернулась… и на вишнёвых губах Ольги Нарышкиной расцвела сияющая улыбка.

– Здравствуйте, князь Дмитрий, – нежно сказала она, демонстративно не замечая Надин.

Положение оказалось просто оскорбительным – получалось, что, сделав предложение, Ордынцев поставил невесту рядом со своей любовницей. И как теперь поступить? Повернуться и уйти? Но в присутствии царской семьи это было немыслимо. К счастью, зазвучала музыка, и пары заскользили по паркету.

Надин с давно отточенным изяществом привычно крутилась в сложных и ритмичных фигурах мазурки. Ордынцев оказался прекрасным танцором, он безукоризненно выполнял все шаги, а когда опустился на одно колено, так посмотрел в глаза Надин, что она сразу всё поняла. Так же, как и другие дамы, скользила она вокруг своего кавалера, но только для неё одной мужчина преклонил колено с особой целью. Она поняла, почему Ордынцев выбрал мазурку, а не вальс, и что бы там ни думала красавица Нарышкина, предложение делали Надин.

– Ну, так как? – тихо спросил Дмитрий, вновь встав рядом. Он легонько сжал её пальцы и вопросительно глянул в глаза.

Оба знали, что она должна ответить, но Надин всё никак не могла произнести эти слова. Даже английский герцог, встретивший её впервые в жизни, мгновенно проникся к Надин симпатией, а этот моряк думал лишь о своих деньгах и имениях. Но ведь и сама Надин тоже думала о том же самом. Неизвестно, кто из них был хуже.

Вспомнилось оплывшее лицо Печерского, его наглая усмешка, и острое чувство унижения кольнуло сердце. Надо лишить этого наглеца самой возможности думать о браке с ней… Райской птичкой порхала Надин в объятиях своего кавалера, а он молча ждал её ответа. На последних тактах мазурки она решилась:

– Я хочу, чтобы мы обвенчались через три дня. Свадьбу сделаем очень скромной, а на балу у герцога Девонширского вы представите меня обществу как свою княгиню.

– Согласен, – кивнул Ордынцев. – Договорились!