Золото Спарты - Клайв Касслер

Позавтракав, Фарго поймали такси, дав таксисту адрес в Паньере, живописном, пропитанном духом Средневековья квартале с узкими улочками и окрашенными в пастельный цвет домами, втиснутыми между зданием ратуши и музеем Вьей-Шарите. Вольфганг Мюллер жил на улице Кордель в светло-желтом двухэтажном домике с белыми ставнями. Они постучали, дверь открыла светловолосая девушка лет двадцати пяти.

— Бонжур, — поздоровался Сэм.

— Бонжур.

— Parlez-vous anglais?

— Да. Я говорю по-английски.

Сэм представился сам и представил Реми.

— Мы ищем месье Мюллера. Он дома?

— Да, конечно. Могу я поинтересоваться, зачем он вам?

Обсудив заранее этот вопрос, Фарго сошлись на том, что лучше сказать правду.

— Мы бы хотели с ним поговорить о «UM-77» и о «Лотарингии», — объяснила Реми.

Женщина слегка вздернула подбородок, во взгляде промелькнуло беспокойство. Видимо, дед ей рассказывал о военных годах.

— Подождите минутку. — Оставив дверь открытой, она направилась в глубь дома. До Сэма и Реми донесся приглушенный разговор, а затем девушка вернулась. — Пожалуйста, проходите. Меня зовут Моник. Сюда, прошу.

Она проводила их в переднюю. Мюллер сидел в кресле-качалке перед телевизором с выключенным звуком; судя по изображению на экране, старик смотрел французский вариант канала с круглосуточным прогнозом погоды. Он был одет в серую, застегнутую на все пуговицы серую кофту, колени укрывал желто-синий шерстяной плед с узором «ромбики». Совершенно лысый, с изборожденным морщинами лицом, Мюллер смотрел на них своими спокойными голубыми глазами.

— Доброе утро, — произнес старик на удивление энергичным голосом.

Трясущейся рукой он указал на расшитый цветочным узором диван напротив.

— Прошу вас. Будете кофе?

— Нет, спасибо, — ответила Реми.

— Моник мне сказала, что вы нашли «Ильзе».

— Ильзе? — переспросил Сэм.

— Так я называл свою «семьдесят седьмую». В память о жене; она погибла в Дрездене во время бомбежек, через несколько месяцев после того, как мы отплыли из Бремерхафена. Вы нашли ее на Ромовом острове, в пещере?

Реми кивнула.

— Мы проводили там кое-какие исследования и наткнулись на вход. Она лежала на дне, почти как новенькая.

— Она все еще там?

Сэм улыбнулся.

— Ну, не совсем. Возникли… сложности. Мы использовали ее как… вы бы, вероятно, назвали это спасательным плотом.

— Не понимаю…

— Главный вход обвалился. Мы проплыли на «семьдесят седьмой»…

— «Ильзе»!

— Проплыли на «Ильзе» по подземной реке до другой пещеры.

Глаза Мюллера широко распахнулись, затем он просиял.

— Поразительно. Я рад, что моя «Ильза» тряхнула стариной.

— Мы собирались переправить ее в США, но если вы хотите, можем…

— Очень любезно с вашей стороны, но нет. Оставьте ее себе. Позаботьтесь о ней. — Он улыбнулся и покачал пальцем. — Вряд ли вы проделали весь этот путь, только чтобы рассказать мне о своей находке.

— И еще мы нашли «UM-34».

Мюллер подался вперед.

— И Манфреда?

— Капитан Бем все еще был на борту. — Сэм рассказал, как они нашли лодку, пропустив лишь ту часть, что касалась их встреч с Архиповым и Холковым. — Сейчас власти занимаются ее подъемом со дна.

— Mein Gott… Мы волновались из-за погоды. Эти лодки не годились для открытого океана. — На несколько секунд глаза Мюллера затуманились, словно он перенесся обратно в прошлое, затем он моргнул и вновь устремил взгляд на Фарго. — Мы с Манфредом дружили. Хуже всего было не знать, что с ним произошло на самом деле. Спасибо вам!

— Мы здесь из-за вина, — сказала Реми.

— Вина? Ах, бутылки… мы собирались отпраздновать окончание миссии. Хотите сказать, они уцелели?

Реми кивнула.

— Одна на борту «тридцать четвертой», одна на борту «Ильзе».

— А третья? Вы ее нашли? Манфреду досталось самое сложное задание, поэтому я дал ему две.

— Мы нашли осколок рядом с местом, где затонула его лодка. Нам неизвестно, как она попала наружу.

Мюллер махнул рукой.

— Превратности войны.

— Просто из любопытства… — сказал Сэм, — можете рассказать нам о ваших заданиях? Что было поручено вам с Бемом?

Мюллер нахмурился и наморщил лоб.

— Думаю, уже можно… — через несколько секунд сказал он. — Да и какая теперь разница. Это было абсурдное задание, с самого начата — выдумка Гитлера. Манфред получил приказ заплыть в залив Чесапик и атаковать военно-морскую базу в Норфолке. Одновременно я должен был взорвать склад боеприпасов в Чарльстоне, но у «Ильзе» возникли проблемы с винтом, поэтому наше отплытие задержали. К тому времени как я ее починил, поступил приказ вернуться в Бремерхафен. Остальное вы знаете, про «Лотарингию» и прочее…

— Вы заплыли на Ромовый остров для переоборудования? Что за переоборудование?

— Должны были установить более мощные аккумуляторы, чтобы увеличить дальность. Еще один идиотский план. Мы оба, и Манфред, и я, знали, что это задание — чистой воды самоубийство.

— Почему же вы вызвались?

Миллер пожал плечами.

— Чувство долга. Юношеский энтузиазм. Ни он, ни я не испытывали особой любви к Гитлеру или к партии, но мы были преданы своей стране. Мы хотели сделать все, что от нас зависит.

— Мы надеялись, вы расскажете нам больше о бутылках, — сказала Реми. — О том, откуда они.

— Зачем это вам?

— Мы коллекционеры. Как выяснилось, это очень древние и очень ценные бутылки.

Мюллер хмыкнул.

— А я и не знал. Гм, а ведь должен был догадаться… Мне их дал мой брат Карл перед отплытием из Бремерхафена. Он сказал, что нашел их… вообще-то, он нашел их здесь — он воевал и принимал участие в оккупации Франции.

— Где именно он их нашел?

— Дайте подумать… — Мюллер почесал затылок. — Память уже не та. В каком-то замке… нет, не замке. Или это был форт? — Он тяжко вздохнул, а затем глаза у него загорелись. — Точно! Он нашел их на одном из островов в заливе… Помните роман Дюма, «Граф Монте-Кристо»?

И Сэм, и Реми читали роман и тут же поняли, о чем речь.

— Остров Иф?

— Да! Он самый. Он нашел их в замке Иф.