Тайна Нилии - Поль де Ивуа

— Нет.

Присутствующий при разговоре Робер наклонился и сказал на ухо Жаку:

— Так бывает всегда при гипнотических опытах! Спящий субъект не сохраняет ни малейшего воспоминания о том, что произошло с момента, когда он заснул до пробуждения!

— Я скажу вам, чего вы не знаете! Вы спали странным сном, приказав мне спрашивать вас, и с закрытыми глазами объявили нам о существовании пещеры и подземного коридора, что помогло нам ускользнуть от англичан, — произнес Жак, обращаясь к Нилии.

— Но как же так? Я не знала…

— Георг Кауфман — ученый. Он купил вас, заметив в вас способность поддаваться гипнотическому внушению! По его желанию вы засыпали. Он спрашивал вас, узнавал от вас все, что хотел, и доставлял нужные сведения лорду Биггену. Таким образом вы помогали успеху английской армии!

Нилия побледнела и заломила руки.

— Я это делала?

— Погодите отчаиваться, милое дитя! Вы, вероятно, отгадали мою нежную привязанность к вам и обманули немецкого доктора. Вы дали мне возможность спасти себя и других от плена, вы спасли вождя армии патриотов!

Лицо молодой девушки просияло.

— Я унаследовал власть над вами у вашего тирана. В Абуцине вы заснули и указали нам путь к спасению. А теперь, Нилия, моя дорогая невеста, у меня есть к вам просьба!

— О, — тихо пробормотала она, — приказывайте! Вы мой господин, которого я избрала добровольно! Что нужно сделать?

— Пробил час решительной битвы. Нам нужна победа! И вы должны помочь нам!

— Помочь? Как?

— Позвольте мне вызвать у вас гипнотический сон и узнать от вас, что готовят нам англичане!

Нилия не колебалась. С трогательным доверием она произнесла: я готова!

Слезы появились на ресницах Жака.

— Погодите, я должен вам кое-что сказать!

Медленно, взвешивая каждое слово, он начал:

— Я должен предупредить вас, Нилия, что, соглашаясь на подобные опыты, вы насилуете свою свободу, потому что в будущем вы будете не в состоянии противиться моей воле!

Очаровательная улыбка появилась на губах Нилии.

— Тем лучше. Это мое искреннее желание!

Жак молчал, тронутый любовью этого прелестного создания. Нилия села в кресло и устремила свои большие глаза на Жака.

— Прикажите мне спать!

Через десять минут, веки ее сомкнулись, и она произнесла монотонным голосом:

— Я сплю!

Жак повернулся к Роберу.

— Спрашивайте, генерал!

— Где находится армия неприятеля? Где произойдет решительная битва?

С минуту Нилия молчала, потом губы ее зашевелились.

— Дивизии стоят в Эль-Мелахи и в Эрменте!

— Зачем они защищают эти пункты?

— Чтобы выиграть время. Ядро армии расположилось на высотах левого берега. О, какие окопы! — добавила Нилия с ужасом. — Всюду пушки. Но древние египтяне подготовили путь для своих потомков, — продолжала она. — Есть подземная дорога, дорога гробниц, которая даст возможность захватить неприятеля врасплох!

— Где начинается эта дорога? — спросил Робер.

— Почти в километре от скал, занятых англичанами. Она никому не известна, так как фараон Разифармес хотел скрыть этот путь от всех. При входе, — широкая плита; тут построен пилон храма Асафира. Чтобы проникнуть в галерею гробниц, надо срубить этот пилон!

— Следовательно, у этой галереи два выхода? — спросил француз. — Это несовместимо с обычаями египтян.

— Нет, один выход. Вы должны вырыть другой. Это будет не трудно. Четыре тысячи лет тому назад троглодиты вырыли в граните подземные жилища для своих царей, именно в той скале, где расположились англичане.

— Подле Разифармеса спит другой фараон, и позолоченные залы разделены между собой стеной, в один метр толщиной!

Помолчав с минуту, Нилия добавила:

— Исход битвы находится в зависимости от этого старинного пилона. Необходимо овладеть им! Много людей погибнет тут. Я вижу ослепляющий дым и тени людей среди пламени. Но кто будет победителем? Не вижу… не вижу!

Лицо молодой девушки выразило страдание.

— Довольно, довольно! — пробормотал Жак, взволнованный зрелищем.

— Да, довольно, — согласился Робер, — разбудите ее!

— Теперь у меня в руках ключ к победе, — и я выиграю ее!

Он ушел, а Жак принялся будить свою невесту.

— Что вы мне говорили? — произнесла Нилия, открыв глаза. — Вы хотели усыпить меня и о чем-то спросить!

— Уже все готово!

— Как, это правда? Что я говорила?

— Что следует такому ангелу, как вы, Нилия!

— Мои слова были интересны?

— Еще бы! Они решают, быть может, все, и спасут Египет!

Нилия весело захлопала в ладоши.

— Ну, тогда я очень довольна! Вы говорили еще, что, допуская эти опыты над собой, я отказываюсь от своей свободы? Да?

— О, Нилия! Я никогда не возобновлю опыта без вашего позволения, клянусь вам!

— Не клянитесь. Я не хочу иметь другой воли, кроме вашей, хочу любить то, что вы любите, ненавидеть тех, кого вы ненавидите!

— Но это моральное рабство.

Нилия улыбнулась.

— Быть рабой своего чувства — это свобода любви!

В тот же вечер огромная армия инсургентов двинулась к северу. Земля тряслась под ногами воинов. Всадники скакали по равнине и холмам, разнося приказы начальникам разных корпусов армии.

Робер и Арман были очень заняты. Лотия, важная и серьезная, находилась в войске и ехала обыкновенно между Оретт и Нилией. Она так гордилась любовью Робера, этого француза, который, чтобы заслужить ее нежность, поднял на ноги двадцать народов и теперь шел во главе своей огромной, дисциплинированной армии, словно один из древних завоевателей, имена которых сохранились в истории.

Оретт задумчиво слушала ее. Красивую, благовоспитанную англичанку пугала эта дикая энергия дочери бродячего народа. Но Нилия улыбалась.

Воспитанная цыганами Малой Азии, привыкшая блуждать в обширных равнинах Месопотамии, она отлично понимала Лотию, что, конечно, не мешало ей нежно любить мистрис Оретт и беспрестанно расспрашивать ее обо всем, для того, чтобы быть достойной любви своего Жака.

Англичане приготовились к сопротивлению.

Генерал Гольсон лично принял на себя начальство над осужденными на смерть отрядами. Да, все они, от начальника до последнего солдата, понимали, что обречены на гибель, ради того, чтобы дать лорду Биггену время закончить сооружение окопов.