Пистолет для мертвеца - Майк Резник

Эрп оторвал кусочек от стейка и метнул им в койота. Животное отскочило в сторону, осторожно обнюхало мясо и, забыв о всякой осторожности, набросилось на подачку.

– На всякий случай, вдруг это какой-нибудь законник, – пояснил Эрп.

– А если это самый обычный койот, он потащится за нами до самого лагеря валапай.

Эрп вздохнул.

– Наверное, здорово было жить во времена, когда не было этой чертовой магии.

– Магия была всегда. На Западе она не нова, это мы здесь в новинку. – Холидей немного помолчал. – Дьявол, да она нигде не нова! Ты что, про Мерлина не слыхал?

– Марлин? Рыба, что ли?

– Забудь, – ответил Холидей, медленно поднимаясь на ноги. – Едем дальше?

– Едем, – кивнул Эрп.

Законник с дантистом снова сели на лошадей и отправились дальше на север.

– Сколько нам еще ехать? – спросил Холидей.

– Миль двадцать, может, тридцать. Валапай постоянно кочуют с места на место.

– Ты прежде с ними встречался?

– Пару раз. Нам нужен их вождь Куэсула.

– Разве не шаман? – спросил Холидей.

– Так он еще и шаман, – ответил Эрп.

– Вот ему, наверное, повезло – не надо бояться выборов.

– Он бы разбил соперников в пух и прах, – подтвердил Эрп. – Валапай – племя небольшое. Вождь предпочел не объединяться с апачами, он заключил мир с поселениями белых.

– Хорошо, – сказал Холидей. – Терпеть не могу иметь дело с дураками: они не знают, чего хотят, а если чего и попросят, то назавтра же передумают.

– Дураком Куэсула еще никто не называл.

– Если он до сих пор жив и сумел отвадить апачей и шайенов, то, должно быть, умен. Сколько ему лет?

– Мне почем знать? – пожал плечами Эрп.

– Он сед? Зубы еще не выпали?

– Док, на вид ему лет двадцать с небольшим, – ответил Эрп. – Некоторые седобородые старцы утверждают, якобы так он выглядит последние лет шестьдесят-семьдесят.

– У индейцев же вроде борода не растет?

– Надо же мне было как-то описать древних старцев, – вскинулся Эрп. – Сказать по правде, я даже не помню, заметил ли у них бороды. Помню лишь, что они были седы и с головы до пят покрыты морщинами.

– Либо этот твой Куэсула и впрямь владеет магией, либо он самый чванливый индеец, о котором я когда-либо слышал. Ну, или и то, и другое.

– Как бы там ни было, он неплохо умеет сохранять нейтралитет на земле, где нейтралитет не сильно приветствуется.

Сигара у Эрпа погасла, и он отбросил ее в сторону. К окурку тут же подбежал суслик – обнюхал ее и умчался прочь.

– Вот кто никогда свои легкие не выкашляет, – заметил Холидей.

– Вот дьявол, – произнес маршал, поглядев суслику вслед. – Здорово напоминает мне Юриллу.

– Юриллу? – переспросил Док.

– Это моя первая жена. Точно так же виляла бедрами.

– Ты никогда не говорил о ней.

– Она умерла через несколько месяцев после свадьбы.

– Жаль, – сказал Холидей. – А когда ты женился на Мэтти?

– Официально, – поерзал в седле Эрп, – мы не женаты.

– Однако она называет себя Мэтти Эрп.

– Пусть зовет себя как хочет, – ответил Эрп. – Как-то она призналась, что Мэтти – не настоящее ее имя.

Помолчав, Эрп добавил:

– Она работала шлюхой в Канзасе. Мы познакомились, и она отправилась за мной в Тумстоун – прихватив с собой пару пузырьков лауданума.

– Ну, раз тебя не сдерживает закон, ты тем более должен жениться на Джози Маркус.

– Какой из меня семьянин, Док? Мой союз с так называемой Мэтти миссис Эрп означает, что я не желаю никому и ничему отдаваться целиком, – он снова ненадолго замолчал. – Слишком долго я не мог оправиться после смерти Юриллы.

– Так мы с тобой оба сожительствуем со шлюхами, – пожал плечами Холидей. – Так уж получается, что и сожительствовать-то здесь больше не с кем.

– Если только с актрисой.

– Она для тебя слишком хороша, Уайетт, – улыбнулся Холидей. – Так что женись на ней, пока можешь.

– Я над этим подумываю, – признался законник. – Однако всему свое время. Сейчас пора защищать Эдисона, выиграть для него фору в борьбе с индейской магией.

– Кстати, о птичках: в полумиле слева от нас конный индеец, – заметил Холидей.

– Следит за нами. Да, я его вижу. Воины Куэсула будут вести нас до самого его дома.

Эрп оказался прав: каждую милю Холидей замечал вдалеке конного индейца – разведчики следили за чужаками, не приближаясь и не заговаривая. Шаман этот Куэсула или нет, однако он точно знал, где в какой момент находятся Док с Эрпом и когда они приедут в лагерь.

Когда до стоянки оставалось с полмили, им навстречу выехало шесть воинов: двое поехало впереди, по двое с каждой стороны и еще пара – сзади. Индейцы сопровождали Холидея с Эрпом, даже не попросив сдать оружие, не заговорив с ними. По пути миновали несколько небольших вигвамов, и наконец добрались до внушительного жилища Куэсула. Перед вигвамом сидело две женщины: одна ткала плед, другая чинила одежду из шкур. Словно по команде, обе встали и, собрав вещи, укрылись за вигвамом. Холидей с Эрпом спешились.

Почти сразу же им навстречу вышел Куэсула: высокий, стройный, без единой морщинки. Некоторое время он смотрел на Эрпа, потом произнес:

– Тебя я знаю, – почти без акцента произнес он на английском и обернулся к Холидею: – Тебя встретил впервые, однако много слышал о безжалостном убийце Холидее.

Дантист коснулся полей шляпы.

– И я наслышан о Куэсула, – в ответном взгляде вождя он прочел: «Хорош трепаться, иначе не договоримся».

Куэсула снова обернулся к Эрпу.

– Зачем ты пришел на землю валапай?

– Мой друг лучше объяснит суть дела, – ответил Эрп.

– Прошу, объясняй, Холидей, – обратился к Холидею индеец.

– Недалеко от Тумстоуна есть ранчо, принадлежащее семье Клэнтонов.

– Знаю о них, – сказал Куэсула. – Дурные люди.

– Даже очень, – добавил Холидей. Он вынул из кармана жилетки лист бумаги и вручил его Куэсула. На бумаге было изображено клеймо валапай. – Узнаете?

– Наша метка. Сам знаешь.

– В загоне у Клэнтонов я нашел коня с такой меткой.

– Понимаю, зачем вы пришли ко мне, – сказал Куэсула. – Помочь не смогу. Клэнтоны – враги моей крови, но их от меня защищают.

Холидей нахмурился.

– Не объясните, что это значит?

– Год назад Ковбои угнали у нас коней, и мой сын пытался остановить воров. Клэнтоны его убили. Тогда я пробовал им отомстить, но Вокини защитил их от моей магии. Помочь вам не могу.