Глаз Лобенгулы - Александр Косарев

«Еще чего, — размышлял я, мстительно удаляя очередную цифру, — на взятки тратиться! Для меня главное — дядю Володю вытащить, а потом что-нибудь придумаю. Посуду мыть буду, автомат продам на толкучке, матросом на корабль устроюсь… Выкрутимся как-нибудь».

Когда мозговой штурм иссяк, я решил охладить разгоряченную голову в бассейне. Схватив полотенце, пулей выскочил из дома, но в поисках ближайшей дороги с непривычки слегка заблудился и в результате вышел к наиболее удаленному от дома его концу. На противоположной стороне затейливой конструкции с фонтанами и миниатюрными искусственными водопадами увидел группу молодежи. Среди прочих была и Найтли, но я, поскольку она стояла ко мне спиной, решил не привлекать ее внимания. Повесив рубашку и шорты на ближайший куст, я осторожно съехал в прохладную воду по выложенному цветной плиткой пандусу.

Бассейн господина Лау представлял собой не привычное взгляду цельное сооружение, а состоял из нескольких округлых секторов. Поэтому я расслабленно плескался в одной из секций, будучи полностью скрыт высокими бортиками от других. С противоположного берега доносились задорный смех, музыка, и, убаюканный этой благодатью, в какой-то момент я, видимо, потерял бдительность.

— Эй, Алекс, доброе утро! — вернул меня к реальности звонкий голос Найтли.

Быстрыми движениями обмотав волосы вокруг головы и дав мне возможность несколько секунд полюбоваться контурами ее роскошной фигуры, она спустилась в воду и поплыла в мою сторону. Встретившись в центре рукотворной лагуны, мы дружелюбно улыбнулись друг другу.

— Вы так незаметно появились, — кокетливо пожурила меня девушка. — Если б не ваша рубашка на акации, я бы и не догадалась, что вы рядом.

— Джеймсам Бондам положено сохранять секретность, — не слишком удачно отшутился я.

— Как жаль, что противный Крис испортил нам вчерашний вечер, — стрельнула нимфа глазами в мою сторону. — Может, продолжим беседу сегодняшним вечером?

— Я бы с удовольствием, Найтли, но, к сожалению, мне сегодня придется уехать, и вернусь я в лучшем случае дня через два…

— Жаль, — произнесла она негромко. И добавила капризно: — Ну просто наваждение какое-то: стоит в доме появиться интересному гостю, как папа находит повод его отсюда выпроводить! Это ведь он организовал ваш скоропалительный отъезд? Да? Я права?

— Не совсем, — уклончиво проговорил я (вряд ли я мог упрекнуть господина Лау в излишней отцовской ревности: скорее, моя деловая поездка была организована им ради меня же — чтобы дать мне возможность заработать денег).

Не дождавшись вразумительного ответа, Найтли перевернулась на спину, и ее рельефно прорисованные под купальником груди предстали передо мной во всей красе.

— А дети у вас есть? — неожиданно спросила она, мечтательно глядя в бездонное африканское небо.

— Нет.

— А я хотела бы иметь малыша, — призналась она без тени смущения или кокетства. — У моей подруги Омалии в прошлом году родилась девочка. Такая хорошенькая!

— Хотите почувствовать себя мамой?

— Конечно! Пеленать, кормить, укладывать… Вы, мужчины, даже не представляете, как это приятно и интересно…

«Саня, — ожил внутренний голос, — пора на берег!»

Как по заказу, у кромки бассейна появился. Вилли.

— Это за мной, — моментально сориентировался я. — Извините, Найтли, но вынужден вас покинуть.

— Увидимся за обедом, — мило улыбнулась она. — Не забудьте: обед в половине второго.

— Спасибо, друг, за своевременное появление, — искренне поблагодарил я Зомфельда по дороге к дому.

— Ерунда, — ухмыльнулся он. — Меня шеф относительно дочки своей давно предупредил. У нее же, едва ей шестнадцать стукнуло, прямо дар какой-то открылся… Да ты и сам, наверное, уже заметил: мужики рядом с ней совсем разум теряют, обо всём на свете забывают. Мой предшественник рассказывал, что последние лет пять из-за нее в городке чего только ни творилось, каких только страстей ни кипело… Двое, вроде, даже застрелились, так и не добившись взаимности. Я ведь, если честно, и на своей шкуре ее чары испытал, даже уходить хотел со службы…

— Почему же она замуж до сих пор не вышла?

— Да я слышал, рок какой-то над их семьей по женской линии, — понизил голос Вилли. — Вроде бы как, после первой брачной ночи женщины и пяти лет не живут.

— Не может быть! — опешил я.

— Точно тебе говорю, как на духу. Мать Найтли тоже ведь погибла аккурат перед пятой годовщиной свадьбы… Кстати, а босс, мне кажется, на тебя виды имеет.

— В каком смысле?

— Дело в том, — продолжал Вилли делиться секретами семейства Лау, — что пока его дочь не выйдет замуж, у него, в силу того же рока, не могут родиться другие дети.

— А что, у них с Дайлен своих детей нет?

— В том-то и дело! Хозяину до зарезу хочется иметь или детей, или внуков, а не получается ни того, ни другого: и дочь замуж не торопится, и жена из-за этого не может наследником обеспечить. Вот папочка и мучается поисками потенциального зятя.

— Ну, а если начистоту, Вилли, — остановил я излияния телохранителя, когда мы поравнялись с домом, — разве тебе самому не нравится Найтли?

— Поначалу готов был жизнь отдать за одну ночь с ней, — приложил Зомфельд правую ладонь к сердцу, — но со временем успокоился. Чего и тебе желаю.

— Спасибо, я справлюсь, — заверил я всегда молчаливого, а ныне не в меру разговорившегося собеседника.

* * *

Вернувшись в комнату, я принялся анализировать услышанное. Похоже, высказанная Зомфельдом гипотеза о специфическом даре дочки хозяина сводить мужчин с ума имеет право на существование. Иначе чем еще объяснить тот факт, что я и сам едва не онемел, когда впервые ее увидел?

Больше всего, признаться, меня озадачивало поведение самой Найтли: она казалась на удивление чистой и открытой. Однако если Вилли прав, Игги постарается сделать всё возможное, чтобы я влюбился в его дочь и увез бы ее в итоге на другой континент. Таким образом он решит насущный вопрос о потомстве: либо заведет своего ребенка, либо я обеспечу его внуками. То, что я уже женат, вряд ли его беспокоит. Вручит нищему русскому полмиллиона долларов в качестве приданого, и куда ж тот денется?

Да, ситуация, надо признать, сложилась крайне щекотливая. Я подошел к панорамному окну и с тоской взглянул на столь радовавший меня накануне пейзаж. Плавные изгибы шустрой речушки и белоснежные виллы Литлтауна на противоположном берегу уже не прельщали ни свежестью красок, ни изысками архитектуры. Нехорошие предчувствия закрались в сердце.

«Надо сваливать отсюда и как можно скорее, — решил я. — Вот только съезжу к Систенсу, заработаю немного деньжат… Никакого проводника в экспедицию брать не буду. Куплю в книжном магазине карты ЮАР, Мозамбика и буду действовать по обстоятельствам».