Фараон - Кристиан Жак

Отражение в стекле привлекло внимание малыша Аменемхета – он замахал ручками и ножками, радуясь игре солнечных лучей, которые проникали в комнату через застекленное окно, только что установленное мастерами. Единственная мастерская в столице производила этот новый товар, которым скоро обзаведутся и царский дворец, и загородные дома богачей.

Было чему удивиться и Старику. Оказалось, что пить вино из стеклянного кубка очень приятно. Алебастр и другие минералы, понятно, из употребления не выйдут, но какое же это наслаждение – всласть полюбоваться цветом благородного напитка и только потом выпить!

Война закончилась, фараон пребывал на вершине своего могущества и популярности. Календарные праздники отмечались с размахом, к вящей радости населения. Работали простые люди тяжело, зато и выходных хватало. Приближался самый любимый из праздников – Упет^[62], символизирующий духовное и материальное процветание Египта.

Царственной чете полагалось выехать из северного Мемфиса на юг, в Фивы, и путь ее был разбит на множество этапов, дабы могла она ходатайствовать перед богами о незыблемости царской власти. Жители больших и малых городов, равно как и селяне, целых одиннадцать дней отдыхали и веселились.

Не до веселья, однако, было дворцовому управителю Кенне и Старику. Государь прибывает в Фивы, свою столицу, и все должно быть организовано на высочайшем уровне.

Кенна пробежал глазами список.

– Жирная говядина, кувшины с вином и пивом, мясо домашней птицы, корзины с фруктами, овощи всех видов, жбаны с медом… Чего тут не хватает?

– Хлеба и сладкой выпечки, – проговорил Старик. – Не беспокойся понапрасну, главный пекарь в Карнаке, да и кондитер тоже, – люди серьезные, управятся.

– Легко тебе говорить! А если выйдет заминка, с кого, по-твоему, спросят?

– С тебя, и ты сам будешь в этом виноват. Прекрати дергаться понапрасну и проверяй, проверяй, проверяй!

* * *

Мой сын растет на глазах… Красивый мальчик, понятливый и смешливый. Теща хорошо о нем заботится, буквально глаз с малыша не спускает. Я же никак не дождусь, когда он научится разговаривать. Сатья с бесконечной нежностью утешает маленького Аменемхета, когда он расстраивается и плачет, и вскоре он улыбается снова.

В нашем семействе пополнение – щенок по кличке Геб, черный и длиннолапый. Он уже всюду во дворце побывал, всюду сунул свой любопытный нос. Наш малыш его просто обожает.

Это самое настоящее счастье… Оно очень хрупкое, и поэтому я постоянно напоминаю себе, что силы зла и разрушения рядом и тоже не дремлют. И приказываю позвать Тьянуни.

– Последние твои рапорты удивительно кратки: «Ситуация под контролем».

– Так оно и есть, ваше величество.

– Неужели в Митанни сидят сложа руки?

– Наша победа при Мегиддо стала для них неожиданным и болезненным ударом, а последующими кампаниями вы доказали, что крепко держите в руках свои владения. По донесениям шпионов, о новых союзах против Египта пока нет и речи. Вы вмешались вовремя и продемонстрировали свою силу.

Как приятно это слышать! Но моего скепсиса это не отменяет. В обычаях Митанни действовать исподтишка, а их оружие – наветы и ложь, разве не так?

Тьянуни угадывает мои сомнения.

– Противник не ожидал, что вы отреагируете так скоро, что египетская армия настолько велика и сильна. Мегиддо был и остается открытой раной.