Каллаген - Луис Ламур

— Вы знаете многие факты своей истории, сержант, — сказала Мелинда.

— Не больше, чем любой другой ирландец, но не так много, как знает Морт. Как и многие другие науки, история любого народа познавалась тайно в темноте у изгороди или у старых каменных стен. Это была наша единственная школа, да и та запрещалась, если о ней становилось известно защитникам порядка, сильным мира сего.

Члены семьи О'Каллаганов теперь стали «гадкими утятами», вылетевшими из родного гнезда на войну во Франции, Австрии или Испании, и таких семей по всей Ирландии было много. Иногда сыновья возвращались, зачастую умирали на чужбине, иногда женились и оставались за границей; вероятно, Морт тоже поступит так.

— Почему вы так думаете?

Мак-Броуди лукаво подмигнул Мелинде.

— О мэм, вы не обманете меня! Я видел выражение ваших глаз, когда вы провожали его! Будьте уверены, если он вернется на родину, то ни с кем другим, только с вами.

День тянулся медленно. Солнце палило. Ни ветерка. Лошади беспокоились, стремясь вырваться из загона и пощипать траву, но, как и люди, не осмеливались рисковать. Дважды пули залетали на территорию лагеря, а один раз стрела порвала рукав Риджа, когда тот направился к домику.

— Меня беспокоит Мак-Дональд, — сказала тетя Мэдж, — похоже, он станет меня разыскивать.

— Нет, — ответила Мелинда. — Думаю, он достаточно умен, чтобы оставаться дома и ждать.

Беккер помыл лошадей, ожидая, пока резервуар наполнится водой. Ему пришлось ждать долго, поскольку вода капала медленно. В лагере оставалось все меньше продуктов. Уайли и Чемпион умудрились унести с собой недельный запас.

— Если бы мне удалось подстрелить хотя бы одного из них! — в сердцах сетовал Ридж.

— Они не дураки, — сдержанно ответил Беккер. — И явились сюда вовсе не для того, чтобы стать мишенью для пуль.

Вокруг все словно вымерло, лишь струились в воздухе поднимающиеся от песка тепловые волны да жужжали одинокие пчелы, усиливающие ощущение гнетущей жары.

В каменной хижине было прохладней. Гаррик открыл глаза, когда Мелинда подошла к его ложу.

— Есть новости о лейтенанте Спраге и остальных?

— Нет.

Он на мгновение прикрыл глаза. Гаррик был очень молод, лицо его осунулось от боли и страдания.

— Им было тяжело… очень тяжело.

— Каллаген пошел к ним на выручку. Он взял с собой воду.

Ридж принес раненому чашку бульона.

— Хотите покормить его, мисс? Ему нужно восстановить силы.

— Конечно.

Ридж стоял в тени прямо за дверью и смотрел на северо-восток.

— Как тихо! — сказал он. — В любом случае они будут возвращаться ночью.

— У них получится, Джонни, как ты думаешь?

Он пожал плечами.

— Вы говорили, что знаете армейскую жизнь, значит, вы должны понимать, что всякое может случиться. Одни возвращаются, другие — никогда. — Он помолчал. — Похоже, скоро мы получим известие из лагеря Кэйди. Лейтенант Спраг должен вернуться сюда, а Сайкс не такой человек, чтобы смириться с этим. До меня дошли слухи, что майор лезет в драку.

В десяти милях на восток у Мексиканского ручья расположились весьма довольные проведенной операцией Керт Уайли, Чемпион и Спенсер.

— Ты был прав, Чемп, — сказал Уайли. — Тем индейцам форт нужен гораздо больше, чем мы сами. Главное, теперь мы свободны.

— Похоже, что так.

Чемпион казался более знающим человеком и менее оптимистично настроенным. Индейцы хотели, чтобы как можно меньше людей оставалось в лагере, и Чемпион был уверен, что это была одна из причин, почему они позволили им уйти оттуда. Он не сомневался и в другом: если они решат вернуться назад в лагерь Кэйди или пойти навстречу Спрагу, их тут же атакуют. Поэтому выбора не было: их путь лежал на восток, через долину, а эта дорога не представляла никакой опасности.

— Поживем, увидим, — добавил он.

Спенсер покончил со службой в армии, именно этого ему и хотелось. У него был интеллект ниже среднего, поэтому он так охотно слушал бойкие, развязные речи Уайли.

Возможность найти золото была привлекательна, и перед ней он не в силах был устоять. Ему не нравилась жесткая дисциплина в Марл-Спрингс, как не нравился и сам сержант Мак-Броуди — ворчливый, не лишенный здравого смысла человек. Спенсер был доволен, что они сбежали и от него.

— Если удастся, надо разыскать Каллагена, — сказал Уайли. — Могу спорить на последний доллар, что у него есть копия той карты. Так думал Крокер, а у него были причины думать так.

— Ты должен был получить копию от Эллисона.

— Это оказалось не так-то просто. — Уайли не стал дальше развивать эту тему, а Чемпион не настаивал.

Чемпион огляделся вокруг. На восток тянулся пологий склон Колумбийской горы, местами покрытый кедровником и редкими соснами. Он сужался к северу, образуя седловину, откуда можно было попасть в Золотую долину. Отпив немного воды из ручья, Чемпион поднялся, вытирая рот.

— Какой толк торчать здесь, — недовольно сказал он. — Индейцы могут и передумать.

Все трое сели верхом на лошадей. Чемпион прокладывал путь через седловину к бассейну реки, который находился по ту сторону гор. В нескольких милях от них на фоне неба четко вырисовывались гора Тейбл и Твин-Батс. Чемпион недоверчиво смотрел на плоские вершины гор. Сами горы поднимались вверх больше чем на тысячу футов, являясь самой высокой точкой здесь в радиусе нескольких миль. Индейцы, очевидно, вели наблюдение именно оттуда.

Чемпион слонялся без работы, когда встретился с Уайли. До этого он некоторое время работал с пиутами, угоняя лошадей с ранчо и переправляя их в Неваду для продажи. Наворовав лошадей в Неваде, продавал их в Калифорнии. Тот факт, что ему были известны места незаконных сборищ, и привел к нему Уайли.

Уайли был наслышан о Хостиф-Спрингс, но ему хотелось узнать как можно больше о местечке, где процветало конокрадство. В свою очередь, Чемпион, едва только спустил последние деньги, вырученные от продажи ворованных лошадей, проведал, что информацию, которой он обладал, хочет заполучить какой-то человек. Он назначил свою сумму, а когда пронюхал, в чем состояла суть дела, вступил в сделку.

Ему не нравился Уайли. Он мог не обращать внимание на тупоголового верзилу Спенсера, но Уайли он должен был остерегаться, как гремучей змеи. Но где-нибудь в пути — он подкараулит момент — все, чем они будут располагать, перейдет к Чемпиону. Каким образом, он пока и сам не знал, пусть это ему подскажет Господь Бог.

Чемпион прикидывал свои возможности, и кое-что уже теперь говорило в его пользу. Он лучше обращался с винтовкой, чем думал Уайли; он мог так же метко бросать нож, как и стрелять. Более того, прекрасно понимая, что ищет Уайли, он, вполне вероятно, больше знал об этом, чем сам Уайли. Уайли был уклончив в ответах и ничего определенного ему не рассказывал, только ссужал Чемпиона деньгами и кормил обещаниями. Но Эллисон любил поговорить, когда представлялся случай, а Чемпион оказался внимательным слушателем.