Корабль палачей - Жан Рэй

Священник засмеялся:

— Золото? Я много слышал о здешнем золоте, но в мои руки ни разу не попало ни одной золотинки.

Индеец яростно замотал головой:

— Падре говорит неправду. Я знаю, что сокровища сеньора губернатора Хуана Родригеса спрятаны в Консейде, и падре поручено стеречь их. Какота знают стоимость золота и драгоценных камней. Им необходимы золото и блестящие камни, чтобы приобрести ружья, ножи и разные другие полезные вещи. Все, что продадут им жадные белые люди.

— Убирайся отсюда, бандит, — прошипел священник, — пока я не прошелся собачьей плеткой по твоей спине.

— Падре не сделает этого, потому что у меня есть кое-что для продажи ему. Кое-что, имеющее для него ценность, намного большую, чем все сокровища губернатора.

Священник с удивлением посмотрел на индейца:

— Слушаю тебя.

— У меня есть черная шкатулка, в которой падре Санчес спрятал все, что он использовал во время своих магических ритуалов.

Падре Сальвадор пошатнулся, словно получил пощечину. Получается, что бандиты завладели облатками, елеем и предметами культа!

Гавио злорадно ухмыльнулся:

— Если падре не даст нам золота, мы отдадим все, что хранится в шкатулке падре Санчеса, нашим богам: змею Уреку в лесу и священному кайману в реке.

— Ты не осмелишься сделать это!

— Если падре выглянет в окно, он увидит, что черная шкатулка лежит на площади. Но пусть он не надеется завладеть этой шкатулкой, потому что ее стерегут два могучих индейца какота, вооруженных копьями и луками со стрелами.

— Господи, не дай им совершить подобное святотатство! — пробормотал священник и подошел к окну.

Действительно, шкатулка отца Санчеса находилась там, но возле нее не было сторожей.

— Каррамба! — заорал заметивший их отсутствие Гавио. — Что случилось?

Ему ответил звонкий голос:

— Случилось то, что эти грязные псы какота убежали. Не знаю, как далеко они смогут скрыться, потому что их преследует серая тень!

Вдали послышались выстрелы. Четыре ружейных выстрела.

— Вот не стало еще четырех бандитов какота! — радостно воскликнул незнакомый голос. — Будет, чем полакомиться крокодилам!

Гавио задрожал, словно ему внезапно стало очень холодно.

— Падре! — взмолился он. — Возьмите меня под свою защиту! Это голос самого дьявола! Серая тень убьет всех нас…

Отец Сальвадор не смог никого увидеть, сколько он ни осматривался.

— Перестаньте играть в прятки, — попытался он уговорить невидимку. — Покажитесь, я должен увидеть вас.

— Сейчас, падре. Но перед этим Гавио должен поднять руки. Мое ружье нацелено на его голову.

Через минуту из-за зеленой изгороди акаций появился юный индеец в голубой рубашке и панталонах. В руках он держал ружье ремингтон, нацеленное на какоту.

Отец Сальвадор нахмурился. Этот юноша был ему знаком.

— Постой, постой! По-моему, ты помогал отслужить мессу отцу Санчесу?

— Да, падре. Меня зовут Окоти. Я один остался в живых из племени морокуи. И я принес вам шкатулку падре Санчеса с приветствием серой тени. Вы увидите, в шкатулке все сохранилось в целости.

— Вы слышали, падре! — простонал Гавио. — Он говорит про серую тень! Этот мальчишка — настоящий демон! Его нужно убить как можно скорее!

— Это тебя, Гавио, нужно убить! — воскликнул юноша.

Священник встал между индейцами.

— Ты же христианин, Окоти, сказал он. — Ты должен знать нашу заповедь: не убий. Опусти ружье.

Окоти подчинился с явным неудовольствием и пробормотал:

— Встречаются змеи и крокодилы, преступления которых гораздо меньше, чем то, что совершил Гавио. И тем не менее мы их убиваем.

— Что такое серая тень? — спросил священник.

Юноша покачал головой:

— Это тень, и она серая — вот все, что я могу сказать вам. Она дала мне это ружье и научила стрелять из него. Какота — предатели. Серая тень все равно убьет их всех.

Вдалеке раздалось еще несколько выстрелов.

— В них выпущена целая обойма! — весело сообщил Окоти.

— Теперь все какота, которые охраняли шкатулку с дарами, мертвы. Зачем оставлять в живых Гавио, падре? Он самый зловредный из этого племени.

— Не позволяйте ему убить меня, падре! — взмолился Гавио. — И ни в коем случае не позволяйте ему отдать меня серой тени!

— Хорошо, ты можешь остаться у меня, — заявил отец Сальвадор. — Может быть, мне когда-нибудь удастся избавить тебя от зла. Хотя в твоем случае трудно надеяться на успех…

Окоти выглядел разочарованным.

— Может быть, падре, я могу всадить ему пулю в ногу? Тогда он будет хромать до конца своих дней, потому что я постараюсь попасть в сустав.

— Ты не должен коснуться даже одного его волоска, Окоти. Поблагодари серую тень от моего имени и скажи ей, что я буду молиться за нее… И конечно, за тебя. Попроси тень, чтобы она перестала убивать какота. Они достаточно сурово наказаны.

— Хорошо, падре! Я передам тени твое послание! — воскликнул юноша перед тем, как исчезнуть за живой изгородью.

Гавио рухнул на колени.

— Падре, отныне моя жизнь принадлежит вам, и я должен стать вашим слугой!

— Глупости! — пробурчал священник.

— Если я уйду отсюда, серая тень схватит меня. Она не знает жалости. Она всегда наказывает тех, кто… совершил что-то плохое.

— Она не имеет права на это. Только Господь и служители закона могут наказывать.

— Вы не собираетесь бросить меня в черную яму до того, как здесь появится речная полиция?

Сальвадор пристально посмотрел на индейца.

— Нет, не собираюсь. Ты можешь приходить ко мне и уходить, когда захочешь. И если тебе будет нужно, можешь совсем уйти отсюда.

— Но я хочу остаться! Где еще я смогу найти убежище и защиту?

— Тогда оставайся. Возьми этот кувшин и сходи за водой к источнику. Разожги огонь и положи в миску бобы. Приближается время обеда.

Таким образом Гавио, бандит-клятвопреступник, поступил на работу к отцу Сальвадору, чтобы искупить свою вину. Выкуп за черную шкатулку так и не был никогда выплачен.