Гладиатор. Книга 2. Уличный боец - Саймон Скэрроу

Деметрий принял нового постояльца очень неохотно, но не посмел показать это Милону. Оставшись наедине с Марком, он указал на угол возле прилавка и проворчал:

– Спать можешь здесь. Будешь получать кашу по утрам и то, что останется к концу дня. Днем ты будешь разносить вино клиентам и убирать помещение.

Марк оглядел грязную штукатурку стен и остатки пищи вокруг ножек столов и скамеек и подумал, а было ли это помещение чистым хоть когда-нибудь.

– Главное, – продолжал Деметрий, – старайся не раздражать Милона. Если он садится за стол, не жди, когда он попросит, а сразу же неси ему вино. Ему и его людям. Если они хотят есть, скажи мне, и я разберусь сам. Наливай им вина, пока они не уйдут или не отключатся. Ясно?

– Да.

Деметрий дал ему подзатыльник.

– Да, господин, – вот так надо отвечать мне.

– Да, господин.

Деметрий уперся кулаками в бока и уставился на Марка.

– Клянусь Юпитером, не знаю, что он в тебе увидел. Думаю, скоро он разочаруется в тебе, если прежде этот противный Касос не всадит нож тебе в спину. – В глазах старика промелькнула жалость. – Не надо было тебе приходить в Рим, парень. Я видел многих подобных тебе. Из десяти приходящих за своей удачей девять умирают в сточных канавах.

– У меня не было выбора, господин, – ответил Марк.

– Но теперь ты здесь. Постарайся извлечь из этого побольше пользы. Начни с того, что подмети пол. Давно не убирали. Метла вон там, в углу.

Остаток дня Марк подметал пол, относил еду и вино Милону и его людям, когда все кончалось. Поздно вечером бандиты разошлись по домам, чтобы выспаться и протрезветь. Когда Марк пришел собрать кубки и то, что осталось от хлеба и колбасы, Милон подозвал его.

– Да, господин?

Марк остановился у его кресла. Несмотря на огромное количество выпитого, Милон внимательно оглядел его и совершенно отчетливо произнес:

– Касос аккуратно выполнял свою работу. Но в тебе есть что-то еще, помимо того, что видит глаз.

Марка охватила тревога, но он постарался справиться. На его лице не дрогнул ни один мускул, и он не произнес ни слова.

– Ты слишком молод, чтобы сейчас войти в банду, но будь поблизости, молодой Юний. Здесь, в Яме, тебя ждет хорошее будущее.

– Да, господин. Спасибо, господин.

Милон громко рыгнул и с трудом поднялся:

– Пойду посплю. Завтра предстоит работа.

Он подмигнул и ушел, исчезнув в одной из улиц, ведущих из Ямы. Марк смотрел ему вслед, пока его не привлек крик с противоположной стороны. Он обернулся и увидел Касоса и его дружков. Они стояли неподалеку, прислонившись к стене желтого дома. Касос показал Марку, что его ждет, пальцем чиркнув себя по горлу. Потом махнул своей банде, и они не спеша пошли по улице, заткнув за пояс большие пальцы. Женщины, дети и даже мужчины торопливо расступались перед ними. Марк с гневом и отвращением наблюдал за тем, как развязно ведут себя эти хулиганы. Его совсем не радовало, что в первый же день появления в Яме он приобрел врага в лице Касоса.

* * *

На следующее утро Марк проснулся на рассвете. Он немного полежал, привыкая к новой обстановке. Снаружи уже кипела жизнь: женщины, пришедшие к фонтану за водой, громко болтали, а их дети звонко смеялись и кричали. Из-за прилавка доносился громкий храп Деметрия. Марк был рад, что нашел способ приблизиться к Милону, и надеялся, что вскоре подслушает что-нибудь полезное для Феста и Цезаря. Его беспокоила мысль, что его легенду раскроют, хотя она была правдоподобна: Рим притягивал тысячи таких же мальчишек, как он. И по слухам, они страдали даже больше, чем рабы: находились на грани голода и терпели побои хулиганов. Ирония судьбы, подумал Марк. По крайней мере, такие, как Луп и он, имели пищу и кров. Он вдруг почувствовал, что скучает по своей комнатушке в доме Цезаря.

Марк поднялся, потянулся и направился на улицу. Яма оставалась пока в тени, и только самые высокие крыши домов на другой ее стороне купались в солнечных лучах. Со всех сторон к Яме подтягивались первые члены банды, они выходили из своих домов и по узким улочкам шли в таверны, которые уже открывались, чтобы накормить посетителей горячей ячменной кашей с кусочками еще не протухшего мяса.

Деметрий зашевелился, громко всхрапнул в последний раз. Через миг дверь в его комнату открылась, и он вышел, моргая, и ткнул пальцем в сторону Марка:

– Что ты здесь делаешь, бездельник? Думаешь, сегодня выходной? Открой ставни. Зажги огонь и поставь варить кашу.

– Да, господин.

Марк потянулся к железным болтам и распахнул ставни. В помещение хлынул свет, и Марк зажмурился. Он принес из кладовой дрова и поместил их в обложенный камнем очаг в конце прилавка. Используя трутницу Деметрия, Марк зажег огонь, и вскоре сквозь решетку в трубу повалил дым. Все было так, будто он вновь оказался в кухне школы гладиаторов Порцинона. Марк принес воду из фонтана и наполнил почерневший от копоти медный котел, положил туда ячмень, мясо и остатки овощей и помешал. Хотя запах был не слишком приятный, Марк почувствовал, что очень хочет есть. Когда каша была готова, он положил себе порцию в небольшую миску и жадно проглотил ее, прежде чем Деметрий снова появился, одетый в ту же тунику и передник, что и накануне, и, наверное, много дней назад.

– Не подавись, парень! Оставь немного для клиентов, иначе я сдеру с тебя шкуру!

– Прости, господин. Я очень хотел есть.

– Мне все равно. Я не могу позволить, чтобы какая-то уличная крыса съедала мои доходы, вернее, то, что остается от них после того, как Милон заберет свою долю.

В таверну стали приходить первые посетители, в основном трудяги, у которых была работа на Форуме, на Бычьем рынке или на верфи у Тибра неподалеку отсюда (Марк бывал во всех этих местах, когда Фест учил его ориентироваться в городе). Когда они закончили есть и заплатили за еду, оставив на прилавке горсточки медных монеток, явились ранние пташки из банды Милона, многие с большого похмелья. Они сердито потребовали каши и разбавленного вина, и Деметрий с Марком бросились обслуживать их.

Многие члены банды носили безрукавные туники, и на их плечах отчетливо виднелось изображение скрещенных мечей. Марк с тревогой понял, что это «Храбрые парни» – та самая банда, к которой принадлежали похитители Порции, причем одному из них удалось убежать. Перемещаясь между столами, Марк осторожно огляделся, но никого не узнал. К тому же тот человек был серьезно ранен и наверняка умер, даже если и вернулся в Яму.