Гнев духов - Александр Прозоров

— Пахнет, — не стал спорить охотник, натягивая штаны.

— Вот и я говорю, что пахнет. — Она еще помешала, принюхалась, потыкала острым кончиком палочки в мясо. — Сварилось!

Корец быстро переместился на пока еще пустой лежак дома, девочка достала свернутые из бересты ложки и застыла с ними в руках, глядя на угощение: оно было еще слишком горячим. Прежде чем они смогли наконец-то перекусить, Могучий Саблезуб успел сложить с собой пару кусочков вяленого мяса, проверить и заткнуть за пояс топор, выбрать гарпун, осмотреть копье, еще раз перебрать заплечную сумку, надеть теплую охотничью куртку.

Золотая Тень очень боялась, что мясо, засушенное еще до зимы, не успеет развариться — но, замоченное еще накануне и кипятившееся все утро, оно оказалось мягким, как свежее. Даже свекольные корешки получились тверже. А долгое пребывание под крышей, сперва в доме Грозного Вепря, а потом и у них, придало вареву приятный кисловато-дымный аромат копчености. Она поняла, что стала хорошей хозяйкой, и гордо посмотрела на мужа. Но Камыш, жадно уплетая угощение, ничего особенного в нем не замечал. Девочке даже немного взгрустнулось: старалась, старалась… А ничего особенного, выходит, не вышло?

— Меня Грозный Вепрь ждет, — сказал Могучий Саблезуб, отставляя полупустой корец. — Вдвоем к ловушкам пойдем. Побегу.

— Ладно, — со вздохом кивнула юная хозяйка. — Скорее возвращайся.

Золотая Тень — как всегда поступала мама с отцом — обняла его, прижавшись щекой к щеке, и отступила:

— Про трут не забудь!

— Помню!

Из селения детей Хозяина Реки в лес уходило семь тропинок. На две больше, нежели домов в селении. По молчаливому уговору считалось, что по той, что вела к святилищу, уходил ставить силки шаман Беседующий-с-Небом. Вдоль реки вверх и вниз отправлялись за добычей Парящий Коршун и Упрямый Лось. По той, что начиналась за Священной Ивой, ходили Тихий Уж с почти взрослым Трескуном, этим летом ждущим посвящения в охотники. По тропе напротив, что ближе всего к дому Могучего Саблезуба, искали добычу Сильный Лосось, его сын Летящий Зимородок и отец Медвежий Хвост. За старым пнем начинался путь Черного Стрижа. Здесь же иногда бывал и Мощный Волк, но старый мастер редко пытался охотиться. Его умение превращать кусочки камней в ножи, наконечники и топоры приносило ему куда больше мяса, нежели самые удачливые силки на самой оживленной звериной тропе. Чуть левее пня привычно перепрыгивали узкий ручеек Грозный Вепрь и Могучий Саблезуб.

Камыш никогда не слышал, чтобы охотники договаривались, где и чьи угодья находятся, однако каждый понимал, что если все отправятся в одну сторону, то вскоре добычи там не останется ни для кого. Тропинки доставались от отцов сыновьям, каждый из мужчин с детства знал все ямки и бугорки именно своих угодий, знал любимые зверями ходы и места лежки, знал, где кто кормится и куда убегает от опасности, в каком месте на кого ставить ловушки. И потому никто не рвался бросить свой участок и пойти за добычей к соседу.

Пусть Могучий Саблезуб теперь и не принадлежал семье Грозного Вепря, но вот мальчик Камыш, которого духи подменили на удачливого охотника, все же был его сыном, и потому семейная тропка тоже стала как бы общей.

Таиться поблизости от селения смысла не имело, и Грозный Вепрь, оглянувшись на сына, без опаски спросил:

— И как тебе, Могучий Саблезуб, понравилось быть мужем?

— Охотник должен иметь жену, Вепрь, — с достоинством ответил Камыш. — Разве не так?

— Должен, — согласился его отец. — Но охотники выбирают себе жен своего возраста. Ты же попросил Золотую Тень. Девочку, которой всего восемь зим. Ты не жалеешь об этом, Могучий Саблезуб?

— Она хорошая хозяйка, Грозный Вепрь.

— Разве это все, что нужно охотнику от жены?

— Я знаю, — не очень уверенно ответил Могучий Саблезуб, — Великая Праматерь приносит детей женам, а не мужьям. Но Золотую Тень передал мне ее отец, я отдал за нее подарок, я добыл ожерелье клыков, у нас есть дом. Мы исполнили все нужное согласно заветам Хозяина Реки. А значит, Великая Праматерь обязательно принесет нам детей.

— И это все?

— Золотая Тень говорила, что муж и жена должны спать под одним одеялом, — уточнил Камыш, — а у нас две разных шкуры. Но я добуду еще двух волков, и она сможет сшить все шкуры в одну. Тогда будут выполнены все условия, и дети смогут появиться.

Грозный Вепрь даже замедлил шаг, обдумывая его ответ, тряхнул головой, потер затылок. Кивнул:

— Беседующий-с-Небом был прав, ты избран духами. Непонятно только, зачем. Но они все еще играют тобой и ни на миг не отпускают своим вниманием.

— Мы такие же, как все, — не поверил Могучий Саблезуб. — Мы немного моложе, но ничем не отличаемся от вас. У нас такой же дом, я получил жену по общему обычаю. Почему шаман указывает именно на меня и Золотую Тень?

— Ты забыл, Могучий Саблезуб? Ты получил посвящение по воле духов, а не по обычаю племени. Ты получил жену самым молодым из всех охотников, кого только помнит наше племя. И ты выбрал самую юную жену, которая только бывала в племени Хозяина Реки. Могла ли Великая Праматерь ожидать так быстро таких перемен? Мне жаль, но у нее наверняка нет для вас детей так рано. Тебе придется ждать, пока пройдет еще пять или шесть зим, и возраст Золотой Тени станет возрастом обычной женщины.

— Это сказал Беседующий-с-Небом? — Могучий Саблезуб остановился вовсе.

— Духи играют тобой, сынок. Никто не знает, что они могли задумать. Но Золотая Тень еще не готова стать матерью. Поверь мне, не шаману. Она еще не готова.

— Мне нужно сказать Золотой Тени, чтобы она не ждала детей?

Охотники несколько мгновений помолчали, и Грозный Вепрь вдруг хлопнул себя по лбу:

— Прости, Могучий Саблезуб, я совсем запутался. Ведь я хотел рассказать тебе совсем о другом! О том, что очень и очень важно. О том, что должен знать каждый охотник, но никогда и никому не должен выдавать этой тайны. Только своему сыну и только после того, как сын приведет к себе в дом свою избранницу. — Грозный Вепрь повернулся и быстро пошел по тропе, напутствуя Камыша через плечо: — Ты выбрал себе жену. Она останется с тобой на всю жизнь. Она станет поднимать тебя на рассвете, она будет приносить тебе детей, дарованных Великой Праматерью, она будет готовить ту еду, что будешь есть ты и твои дети, она будет следить за твоим домом и твоими припасами.

— Я знаю, Грозный Вепрь!

— Ты ничего не знаешь! — остановившись, повернулся к нему отец. — Женщина слаба и беззащитна. Она не может сама добыть косулю или тетерева, она не способна защититься от саблезубого льва или волка, ей не по силам нарубить и принести дров для своего дома. Она слаба. Но если она доверила себя тебе, твоей силе и умению, если выбрала тебя из других охотников, она обязательно постарается стать для тебя самой лучшей. Она станет готовить для тебя самую вкусную еду, шить самую красивую одежду, держать дом в тепле и порядке лучше всех других.