Королева легионов Афины - Филип Гриффин

Марта уже вернулась с подмогой. Она привезла с собой не просто кандалы и повозки. Как раз в тот момент, когда она вернулась в Магнис, туда прибыли конники, посланные из Роксетера. Все двадцать человек приехали вместе с ней. С их помощью женщины надели на способных самостоятельно передвигаться пленных кандалы и уложили серьезно раненных на телеги. Они были уже готовы отправляться в Магнис, когда на входе в виллу появилась Пинноса.

Ее глаза опухли и покраснели от слез. Судя по всему, она рвала на себе волосы от горя, и теперь они свалявшейся паклей свисали с ее головы.

— Куда вы их везете? — крикнула она. Ее голос был страшным, хриплым и изменившимся до неузнаваемости.

— В тюрьму в Магнисе, госпожа, — ответил начальник гарнизона, старый солдат, повидавший на своем веку не одну военную кампанию.

— Ну уж, нет! — Пинноса отдернула руку от головы, держа в пальцах огромный клок волос. Волосы полетели на землю. Пинноса же резко схватилась за меч. — Они уйдут туда, откуда пришли. Я не успокоюсь, пока не очищу эту землю от таких мерзавцев, как они.

— Но, госпожа…

— Но, Пинноса… — двинулась навстречу ей Урсула.

— Либо… — она подняла меч, — я уничтожу их всех, здесь, сейчас, немедленно! Я очищу эти осиротевшие камни, оскверненные той мерзостью, которую сотворили эти сволочи, очищу их собственной кровью! — Ее глаза горели такой безумной яростью, что начальник гарнизона напрочь лишился дара речи. — Ну, что ты выбрал, начальник гарнизона? Кровавое омовение этих каменных плит или иное очищение этой земли?

— Для этого мне нужен прямой приказ, госпожа.

— Ты же подчинишься приказу принцессы Урсулы, Дочери короля Дионота? Или нет?

Он кивнул в ответ.

Пинноса перевела полубезумный взгляд на свою подругу.

— Ну? Что скажешь?

Урсула знала, что под маской гнева Пинноса скрывает сильнейшую боль и страдания. «Если я не пойду за ней следом по пути ее безумия, то уже не смогу вызволить из той бездонной пропасти, которая раскрывается у нее под ногами».

Наконец, не отводя взгляда от Пинносы, она произнесла:

— Командир, пошлите половину своих людей для сопровождения пленных до лодок. Остальные должны будут остаться здесь, все осмотреть и помочь семьям вернуться в свои дома. — Она оглядела девушек, расположившихся возле телег с ранеными. — Мы же вшестером поедем с вами в сопровождении.

Начальник гарнизона нахмурился, но поклонился в знак повиновения.

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Как только начальник гарнизона стал отдавать приказы своим людям, Пинноса глубоко вздохнула. Она вложила меч в ножны и пошла по дороге, ведущей к реке. Бриттола двинулась было следом за ней, но Пинноса взмахом руки велела ей остановиться. Урсула подошла к девушкам, обняла отвергнутую Бриттолу и объяснила им свое решение.

Долгое путешествие к побережью не заладилось с самого начала. Бандиты из-за раненых не смогли передвигаться с хорошей скоростью, как бы их ни хлестали солдаты. Немного позже этим же днем удалось разыскать еще одну телегу. Телега была брошенной, и по счастливой случайности солдаты нашли ослов для упряжи неподалеку в опустевшем фермерском хозяйстве. На эту телегу посадили «тихоходов», и лишь после этого удалось двигаться быстрее.

Пинноса отправилась вместе со всеми, но вела себя странно: исчезала и появлялась, не покидая основной караван, однако и не становясь его частью. Когда пришло время разбивать первый лагерь на ночевку высоко в горах, ее нигде не могли найти. Однако ночью Урсула проснулась и увидела, что над ней стоит Пинноса. Несмотря на все ласковые уговоры, Пинноса отказалась прилечь и отдохнуть. Постепенно усталость заставила Урсулу саму закрыть глаза и оставить подругу в темноте наедине со своими страданиями.

На второй день военная дорога, по которой они шли, вывела на самую высокую вершину, и караван приступил к долгому спуску к побережью. Вторая ночь прошла в нормально оборудованном военном лагере, со всеми удобствами и хорошим набором провизии. Пинноса появилась здесь незадолго до наступления темноты и привязала Артемиду вместе с остальными лошадьми. Она знаками показала подругам, что хочет побыть одна, и настояла на том, что будет ночевать отдельно. Правда, она поела и даже выпила немного вина. Урсула с облегчением заметила, что Пинноса все-таки легла отдохнуть и даже уснула, впервые за последние три дня.

На третий день пути они столкнулись с единственным неприятным происшествием. Проезжая через городок под названием Люентиний, в котором велась добыча золота, они привлекли к себе внимание довольно большой группы бойких шахтеров. Несмотря на все усилия начальника гарнизона и его людей, караван был окружен, пленников стали избивать и глумиться над ними. Но самым страшным было то, что шахтеры бросали злобные взгляды и на молодых девушек. Урсула успела обнажить свой меч, готовясь защищаться, когда вдруг снова появилась Пинноса. Она летела по дороге, догоняя караван. Артемида неслась галопом, красная накидка всадницы развевалась за спиной. Пинноса набросилась на шахтеров с боевым кличем и длинным мечом наперевес. Выбрав самого крупного и тупого шахтера, безошибочно распознав в нем вожака этой группы, Пинноса пошла прямо на него, заставив того сначала пятиться, а потом и вовсе спасаться бегством. Вожак споткнулся и упал, но Пинноса не отступила. Тогда он поднялся на ноги и опрометью бросился бежать прочь от гарцующего коня и яростной женщины с мечом наперевес. Увидев это бегство, шайка подельников толстяка подрастеряла пыл и теперь ограничивалась лишь криками да издевками, пропуская сквозь свой строй пленников и их конвоиров.

С того случая Пинноса хоть и не присоединилась к основной группе, но стала навещать ее гораздо чаще.

— Она медленно, но верно приходит в себя, — сказала Урсула, обращаясь к Кордуле. — Может быть, скоро этот кошмар закончится, и…

Внезапно она услышала радостные крики пленников. Урсула тронула поводья Быстрой, подгоняя ее вперед, и добралась до головы каравана одновременно с начальником гарнизона. Ирландцы радостно на ломаном английском объяснили, что нашли каменную гряду, которая отмечала дорогу к пещере, где они спрятали свои лодки.