Проклятие тигра - Коллин Хоук

Я сидела на краешке кровати и размышляла обо всем, что рассказал мне Рен. Теперь, глядя на тигра, я думала — или даже надеялась, — что попросту выдумала всю эту историю. Может быть, у меня начались галлюцинации после путешествия по джунглям? Или все-таки нет? Неужели под этой полосатой шкурой в самом деле скрывается человек?

Рен растянулся на полу, положив голову на лапы. Он долго-долго смотрел на меня своими прекрасными синими глазами, и я поняла, что все это было правдой.

Рен сказал, что шаман придет на рассвете, а значит, у меня оставалось еще несколько часов. Кровать выглядела заманчиво. Немного вздремнуть было бы очень кстати, но я чувствовала себя ужасно грязной. Первым делом нужно было вымыться, поэтому я отправилась обследовать ванну и выяснила, что наполнять ее предстоит старым дедовским способом, то есть при помощи ведра.

Я принялась за тяжкий труд — накачать воду в ведро, вылить его в ванну и начать все сначала. Могу сказать только одно: по телевизору все это выглядит гораздо проще, чем в жизни. Я думала, у меня руки отвалятся после первых трех ведер, однако мысль о том, как приятно будет выкупаться, заставила превозмочь боль. В конце концов мои бедные руки убедили меня в том, что половины ванны будет вполне достаточно.

Сбросив кеды, я взялась за пуговицы рубашки и успела расстегнуть ее почти до половины, когда вдруг вспомнила, что я не одна. Запахнув полы рубашки, я обернулась и наткнулась на взгляд Рена.

— Нечего сказать, хорош джентльмен! Нарочно притаился, как мышка, да? Нет, мистер, так дело не пойдет. Лучше тебе посидеть снаружи, пока я моюсь. — Я взмахнула рукой. — Иди-ка… посторожи дом или займи себя еще чем-нибудь.

Я распахнула дверь, и Рен нехотя выбрался наружу. Быстро раздевшись, я влезла в едва теплую воду и стала оттирать свою грязную кожу домашним травяным мылом отшельника. Хорошенько вымыв голову куском мыла с запахом лимона и шалфея, я прополоскала волосы и немного полежала на спине, погрузившись в размышления. Вот что я ввязалась? Почему мистер Кадам ничего мне не рассказал? Чего они все от меня ждут? И сколько мне еще торчать в джунглях Индии?

Вопросы лихорадочно роились у меня в голове, заглушая трезвый голос разума. Любые более-менее связные мысли разлетались в стороны, подхваченные вихрем смятения. В конце концов я оставила попытки разобраться во всей этой путанице, вылезла из ванны, вытерлась, оделась и впустила Рена, который лежал перед домом, привалившись спиной к двери.

— Все, теперь можешь вернуться. Я полностью одета.

Рен вошел в дом, а я уселась с ногами на кровать и принялась расчесывать свои спутанные волосы.

— Вот что, Рен, когда мы отсюда выберемся, я устрою мистеру Кадаму хорошую головомойку. А ты не радуйся, с тобой у меня будет разговор особый. У меня к тебе очень много вопросов, так что готовься заранее!

Я заплела волосы и завязала их зеленой лентой. Потом закинула руки за голову, улеглась на подушку и стала смотреть в бамбуковый потолок. Рен положил голову на матрас и уставился на меня виноватым тигриным взглядом.

Не выдержав, я рассмеялась и погладила его по голове — сначала неуверенно, но Рен так доверчиво потянулся ко мне, что я быстро преодолела свою робость.

— Все нормально, Рен. Я не сержусь, честное слово. Мне просто обидно, что вы мне не доверяли.

Он лизнул меня в руку и растянулся на полу, а я повернулась на бок и стала смотреть на него.

Наверное, я уснула, потому что когда открыла глаза, в хижине было темно, а на кухне тускло светилась лампа. Возле стола сидел какой-то незнакомый старик.

Я села и потерла глаза, поражаясь тому, что так долго проспала. Шаман ловко ощипывал листья с растений, разложенных на столе. Когда я встала, он поманил меня к себе.

— Ага, маленькая леди! Много спала. Очень усталая. Очень-очень усталая.

Я подошла к столу, и Рен двинулся за мной. Он зевнул, выгнул спину, по очереди потянул лапы, а потом уселся возле моих ног.

— Голодная? Поесть. Хорошая еда, ммм? — Шаман почмокал губами. — Очень вукусно! — Встав со своего места, маленький старичок зачерпнул несколько ложек ароматной овощной похлебки с травами, кипевшей в глиняном горшке на дровяной плите, обернул миску теплой лепешкой и подошел к столу. Он поставил передо мной миску, довольно кивнул и снова уселся обрывать листья с растений.