Небесный спецназ Сталина. Из штрафной эскадрильи в «крылатые снайперы» - Георгий Савицкий

Заранее рассчитывая на успех, немцы подтянули всю свою авиацию к самой линии фронта. Вражеские аэродромы были настолько близки к линии боевого соприкосновения, что, находясь над полем боя, мы видели пыль от взлетавших самолетов. Все действия врага были рассчитаны на то, чтобы ошеломить, сковать нашу авиацию. Такова была обстановка первого дня сражения, которое научило меня и других молодых летчиков нашего полка сложному искусству группового воздушного боя.

Временами в небе над Курской дугой создавалась столь сложная обстановка, что руководство боем по радио до крайности усложнялось. На второй день сражения, поднявшись в воздух, мы могли видеть примерно такую картину. Часть наших истребителей, составлявшая воздушный заслон, вела бой с немецкими бомбардировщиками и сопровождавшими их «Мессершмиттами». В этом гигантском клубке дралось по меньшей мере двести – двести пятьдесят самолетов. Несколько ниже, над полем боя, «висело» около пятисот наших штурмовиков и бомбардировщиков. Они громили боевые порядки подвижных войск противника и скопление немцев около одной из переправ.

С появлением наших «Ильюшиных» и «Петляковых» немцы подняли в воздух большое количество истребителей. Произошло массовое столкновение «Мессершмиттов» с нашими «Яковлевыми» и «Лавочкиными». В этот день бой принял настолько яростный и упорный характер, что отдельные группы и пилоты снижались до бреющего полета. Я был свидетелем гибели двух «Мессершмиттов», разбившихся о землю. Это произошло из-за того, что упорно дравшиеся вражеские пилоты в азартном бою на малой высоте не смогли справиться с осадкой своих машин»^[22].

Лейтенант Иван Кожедуб не думал о наградах и званиях. Он воевал за свою страну, и каждый сбитый им стервятник шел в общий счет Великой Победы. «Юнкерс» или «Хейнкель» – и меньше бомб упадет на наших солдат или заводы, школы, больницы. Если «фоккер» или «мессер» упадет, прошитый его очередью, то вернутся из боевого вылета молодые и неопытные еще сержанты и лейтенанты.

Американцы Толивер и Констебль написали книгу об Эрихе Хартманне – «Белокуром рыцаре Третьего рейха». Там описывается, как «эксперт» люфтваффе одного за другим сбивает самолеты неуклюжих русских. Победы, большей частью дутые, ведь «доблестные» «эксперты» люфтваффе не брезговали приписками.

Показателен в этом смысле позорный случай, произошедший с летчиками-истребителями на другом театре военных действий – в Северной Африке.

Там звено «экспертов» люфтваффе из 4/JG-27 под командованием обер-лейтенанта Фогеля и его ведомых меньше чем за месяц, в августе 1942 года, сбило шестьдесят пять самолетов противника. Эти «эксперты» использовали «блестящую» тактику: взлетали и расстреливали весь свой боекомплект в песок где-нибудь в пустыне, над безлюдным районом. После посадки они со спокойной душой рассказывали о «сбитых» неприятельских самолетах, которых «хваленые» немецкие асы и в глаза не видели!

Когда обман раскрылся, то летчиков всего-навсего разослали служить по разным авиационным подразделениям!

Хотя в любых других войсках таких «летунов» ждал бы трибунал с весьма суровым приговором. Ну а в Красной Армии таких бы просто поставили к стенке без лишних разговоров^[23]!

Но растиражированный образ гитлеровской пропаганды «Die Helden an der Luftwaffe» («Героев Люфтваффе») живописал их «феерические победы» над сотнями и тысячами русских самолетов. Правда, в ВВС Красной Армии не было столько самолетов, сколько «насбивали» в своих отчетах немецкие пилоты.

В отличие от них самый результативный советский ас был весьма скромен и никогда особо не расписывал свои победы. Да и в отношении противника придерживался весьма объективной оценки, знал – если пренебречь этим, то рано или поздно потеряешь осторожность и врежешься в землю огненным метеором.

И все же он отмечал, что гитлеровцы уже не могут выдерживать прежнего накала сражений.