Парфянин. Ярость орла - Питер Дарман

– Что?! – у меня сразу упало настроение.

– Ты у нас теперь знаменитый воин, да и в любом случае принцу Хатры не следует долго оставаться в холостяках.

– Я еще слишком молод, – буркнул я.

– Вздор, тебе уже двадцать два, и ты достаточно взрослый, чтобы жениться. Насколько я могу судить, вавилонская принцесса Акссена вполне тебе подходит. – У меня тут же пропал всякий аппетит. – Возможно, нам удастся так устроить, чтобы ты с ней познакомился. Дочь царя Вавилона укрепит позиции Хатры в империи.

– Я бы предпочел жениться на девушке, которую полюблю.

– Ты же не крестьянин, Пакор. Принцы женятся с целью создавать и укреплять союзы и обеспечивать безопасность своего царства, – с укором сказала она. – Кроме того, разве кто-то уже украл твое сердце?

– Конечно, нет!

Она улыбнулась.

– Тогда у тебя не может быть никаких возражений против того, чтобы встретиться и познакомиться с принцессой Акссеной, не так ли? Говорят, она отличается большой красотой. Я уверена, что из такого брака вполне может возникнуть и любовь.

Я собрался было протестовать и дальше, но потом передумал. Внешний вид моей матери обманчив: говорит она мягко и часто молчаливо соглашается, но у нее сильная воля, и ее нелегко переубедить. Поэтому я просто кивнул и стал думать о том, как избежать встречи с этой принцессой Буйволицей.

Мать хлопнула в ладоши, зовя служанок, чтобы те убрали со стола.

– Ну, вот и отлично, – сказала она.

Я поднялся на ноги и поцеловал ее в щеку:

– Спасибо, мама.

Чувствуя себя несколько обиженным и удрученным, я покинул ее и направился в зал совета. День нынче был жаркий и безветренный, но в вымощенном мраморными плитами дворце оказалось прохладно и тихо. Я занял место рядом с отцом, который выглядел посвежевшим и, кажется, пребывал в хорошем настроении. Он о чем-то беседовал с Ассуром. Вообще-то, все были уже в сборе – Бозан, Ассур, Виштасп, Адду и Коган.

Двери закрыли, и отец заговорил суровым, мрачным тоном:

– Мы уже два раза подвергались нападению римлян, и настало время нанести им ответный удар. Мир не наступит, пока Рим не поймет, что Парфия, а особенно Хатра, это не ягненок, но лев. С этой целью я намерен напасть на Сирию, пройдя через пустыню. Я сам возглавлю это предприятие. Наша сила в быстроте и скрытности, поэтому я не беру с собой тяжелую конницу, а только конных лучников. А в качестве подкрепления в этом небольшом приключении я намерен нанять кое-какое количество воинов из племени аграсиев.

– Но, господин мой, – запротестовал Бозан, – эти аграсии сущие подонки, они перережут тебе глотку так же легко, как поднимают руку, чтобы тебя приветствовать!

– Я знаю, Бозан, и также не сомневаюсь, что они помогали римлянам грабить Сирхи. Но стоит предложить им достаточно золота, и они продадут тебе собственных матерей и дочерей.

– Я бы предпочел их верблюдов, – заметил Бозан.

Аграсии – это кочевое племя, обитающее на Аравийском полуострове. Подобно другим племенам этого региона, они сплошь воры, попрошайки и разбойники, нападающие на неосторожных путешественников. Мы тратили значительные средства на то, чтобы держать аграсиев подальше от торговых путей, и часто предпринимали карательные рейды в их пустыню. Но этих кочевников трудно отыскать. Иной раз нам везло и удавалось вырезать и уничтожить этих негодяев, оставив их кости белеть на солнце. Но они, прямо как навозные мухи, кажется, были неистребимы и точно так же надоедливы. Их единственным достоинством, отчасти искупающим все прочие недостатки, являлось то, что их нетрудно было нанять на службу, если им хорошо заплатить.

– Только смотри, будь всю дорогу настороже, – добавил Виштасп.

– Этот рейд – лишь часть нашего ответа римлянам, – сказал отец.

Он поднялся и подошел к большой карте Парфянской империи, висевшей на стене. Вытащил из висевших на поясе ножен кинжал и пустил его в ход как указку.

– Мы направим второй отряд, поменьше, вот сюда, против Каппадокии[9]. Пять сотен всадников на быстрых лошадях – этого будет достаточно, чтобы дать римлянам отведать блюд по их собственным рецептам. Бозан, ты возглавишь этот набег.

Бозан широко улыбнулся и провел ладонью по выбритой голове.

– С удовольствием, мой господин!

– Только помни, – продолжал отец, – это всего лишь рейд. Набег. Цель – быстро нанести удар и убраться прочь. Пакор отправится с тобой, ему следует продолжить свое военное образование.

Я посмотрел на Бозана и улыбнулся, а тот одобрительно кивнул в ответ. Это было отличное решение. Шанс снова побывать в бою наполнил меня радостью, тем более что это позволит мне убраться из города и отделаться от намерений матери меня женить. Адду прокашлялся, довольно громко.

– Ты хочешь что-то сказать, господин мой Адду? – спросил отец.

– Э-э-э, только вот что, твое величество, – ответил Адду, робко поднимаясь со стула. Отец сделал ему знак оставаться на месте. – Хотя я уверен, что эти набеги добавят славы твоему имени, они повредят торговле. Смею напомнить, что Пальмира, Петра и Баальбек, все города в этом районе, на которые ты намерен напасть, имеют большое значение для Хатры. Если они будут разрушены, наши доходы упадут.

– Я помню о важности торговли для нашего города, – сказал отец. – Можешь быть спокоен, мы не будем нападать на караваны и на торговые центры. Мы атакуем их передовые военные посты и поселения. Вдоль границ пустыни расположено немало укрепленных фортов. Я надеюсь внезапным налетом захватить врасплох один или пару и предать их огню.

– Но что будет, если римляне ответят запретами на торговлю? – спросил Адду.

Отец, это было хорошо видно, уже начинал терять терпение. Он сел и уставился на своего казначея.

– Могу тебя уверить, господин мой Адду, что последнее, чего хотят римляне, это приостановки торговли с Востоком.

– Верно, – поддержал его Бозан. – У этих ублюдков ненасытный спрос на львов и тигров для их цирковых представлений, а еще им вечно не хватает шелка.

Ассур скривился от сильных выражений Бозана, но тоже согласно кивнул:

– Господин мой Бозан совершенно прав, даже если слова, коими он выражает свое мнение, несколько вульгарны. А мы не можем оставить нападения римлян без наказания.

– Однако, твое величество… – начал было Адду.

– Хватит! – резко бросил отец. – Решение принято. Мы выступаем через семь дней.

Адду уныло уставился в стол.

– В городе немало римлян, твое величество, – в первый раз заговорил Коган. – Если они узнают про задуманный поход, то, несомненно, дадут знать об этом своим хозяевам.