Синее золото - Клайв Касслер

Выполненное из темного тонированного стекла или пла­стика, «яйцо» сливалось со склоном. Вот оно остановилось у платформы. Открылся люк, и на воздух выбрались двое в бе­лых халатах. Завала опрометью бросился вверх по лестнице, вернулся в кладовую, снял халат и как можно аккуратнее сло­жил его на полку. Никем не замеченный, он вернулся на от­крытую для посещения территорию. В ответ на вопроситель­ный и недовольный взгляд гида сказал:

— Я искал bапо.

Покраснев, девушка ответила:

— Ой, ну конечно. Я провожу. — Она похлопала в ладо­ши, привлекая внимание группы. — Наша экскурсия подхо­дит к концу.

Раздав туристам по пакетику тортилий, экскурсовод про­водила их в зону рецепции. Когда машины и автобусы уеха­ли, Остин с Завалой сравнили заметки.

— По лицу вижу, ты что-то нашел.

— Еще как! Правда, не знаю, что именно я увидел. — Зава­ла кратко пересказал свои приключения.

— То, что они мутят у себя под водой, явно секретное, — сделал вывод Курт. — Пошли пройдемся.

Они обогнули здание фабрики и уперлись в увенчанный колючей проволокой сетчатый забор всего в нескольких сот­нях футов от обрыва.

— Немного портит вид на океан, — заметил Завала.

— Посмотрим, что с другой стороны бухты.

Напарники вернулись к пикапу и выехали на дорогу. Им попалось несколько спусков к морю, и каждый был перекрыт все тем же забором. Они уже собирались бросить все, как вдруг им встретился рыбак с удочкой и полной улова корзи­ной. Он как раз поднимался от воды. Подозвав рыбака, Зава­ла спросил, как можно попасть к океану. Мужчина поначалу насторожился — видимо, принял двух гринго за работников пекарни. Впрочем, при виде двадцатидолларовой купюры ли­цо рыбака осветилось улыбкой. Он сказал: да, забор мешает пройти к воде, однако под ним можно пролезть.

Он провел Завалу и Остина узкой тропкой через кусты вы­сотой до плеча. Указал на заветную лазейку и ушел, пряча в карман неожиданный и приятный доход.

Забор в этом месте и вправду был поврежден: под выгну­той вверх секцией даже имелся неглубокий подкоп. Завала первым пролез под забором и придержал сетку для Остина. Дальше они прошли по заросшей бурьяном тропинке к краю скалы и оказались в самой южной точке мыса. Похоже, рыбак успел протоптать собственную тропку вниз, в менее крутой части склона. Специалистам НУМА интереснее было взгля­нуть на лагуну без препятствий. Конструкция из темного ме­талла сильно походила на крепость из фильмов о Конане. Рас­смотрев ее в бинокль, Остин перевел окуляры на склон. Уло­вил отблеск солнца на рельсе — точно там, где поместил его в описании Завала. Присмотрелся к широкой горловине ла­гуны, где волны бились о скалу, и вновь перевел окуляры на фабрику.

— Своеобразно, — усмехнулся Остин. — Если просто вот­кнуть на ровном месте большое предприятие, среди местных пойдут дурные слухи. А если придумать легенду и впустить на территорию толпы туристов, будет тебе достойное алиби для тайных махинаций.

Забрав у напарника бинокль, Завала присмотрелся к про­тивоположному склону.

— Зачем им водонепроницаемый лифт?

— Ответа у меня нет, — покачал головой Курт. — Думаю, видели мы достаточно.

Надеясь застать что-нибудь интересное, Остин и Завала просидели на месте еще несколько минут. Однако, не увидев ничего, кроме парящих в небе чаек, напарники вернулись к машине. Завала не отказался бы расспросить рыбака: не ви­дел ли тот чего-нибудь подозрительного, — но местный, по­лучив деньги, убежал. Сев в машину, они отправились в сто­рону севера.

Остин вел молча. Завала по опыту догадался: партнер раз­рабатывает в голове план и, когда тот будет готов, расскажет все в деталях. И вот у самой Энсенады Остин произнес:

— НУМА все еще проводит полевые испытания под Сан- Диего?

— Вроде да. Я после гонок собирался проверить, как про­двигается работа.

Остин кивнул. На обратном пути напарники травили байки о прошлых приключениях и подростковых шалостях в Мек­сике. Машины на таможне продвигались с черепашьей скоро­стью. Тогда Остин показал удостоверение сотрудника НУМА, и офицер пропустил их без очереди. Вернувшись в Сан-Диего, Остин и Завала поехали в муниципальную гавань, где остави­ли машину на стоянке и пошли по пирсу мимо десятков па­русных и моторных судов. В самом конце дока, отведенного под корабли размером побольше, они отыскали коренастую широкую лодку футов восемьдесят пять в длину. На аквама­риновом корпусе белела надпись «НУМА».

Поднявшись по трапу на борт, напарники спросили у ма­троса, где капитан. Тот проводил их на мостик, там смуглый мужчина сверялся с графиками и таблицами. Джим Контос был лучшим из шкиперов НУМА. Сын ловца губок, он по­знакомился с морем, едва встав на ноги.

— Курт. Джо. — Контос широко улыбнулся. — Какая при­ятная неожиданность! Я слышал, вы где-то поблизости, но не думал, что найдете время почтить своим визитом мою «Три­глу». Что-то задумали? — Он взглянул на Завалу. — Хм, впро­чем, у тебя на уме всегда одно и то же.

Губы Завалы изогнулись в типичной легкомысленной ус­мешке.

— Мы с Куртом вчера гонялись у побережья.

Взгляд капитана помрачнел.

— Да уж, слышал, что случилось с вашей лодкой. Очень, очень жаль.

— Спасибо за сочувствие, — ответил Остин. — Значит, ты и про китов слышал?

— А как же! Странная история. Узнали, что их убило?

— С твоей помощью, может, и выясним.

— О чем разговор! Конечно, я помогу.

— Нам бы твою «Триглу» и батискаф на время. Собираем­ся понырять к югу от границы.

Контос рассмеялся.

— Насчет большой просьбы вы не шутили. — Чуть поду­мав, он пожал плечами. — Почему бы и нет? Мы как раз вер­нулись с полевых испытаний. Достанете устное разрешение на работу в мексиканских водах — лодка ваша.

Кивнув, Остин позвонил в НУМА, поговорил несколько минут и наконец передал трубку Контосу. Тот выслушал со­беседника, кивнул, задал пару вопросов и отключился.

— Ну, курс на юг. Ганн дал добро. — Руди Ганн был управ­ляющим производством НУМА в Вашингтоне. — Но только на два дня. Шеф хочет, чтобы вы с Джо вернулись поскорее. Есть работенка. Да, и еще, Ганн предупредил: у него нет вре­мени лично отмазывать вас от таможни.

— Если кто спросит — скажем, что заблудились, — изобра­зил невинность Остин.

Контос указал на ряды мерцающих лампочек и реле на пульте.

— Попробуй соври с такой электроникой. «Тригла» с виду страшная, но от жизни нисколько не отстала. Если прижмут, все дела уладит государственный департамент. Когда плани­руем выдвигаться?

— Нам только акваланги прихватить. Дальше — как ты ре­шишь.

— Решаю: время отбытия семь утра, завтра, — сказал Кон­тос и отдал команде новые распоряжения.