Дочь капитана Блада - Нелли Искандерова

За годы, проведённые на Тортуге, Хэндс видел много таких же молодых повес, и каждый, обретая свободу на берегу, спешил насладиться жизнью, кипевшей и бурлившей вокруг него, подобно океану. «Интересно, с какого корабля этот франт?» - подумал Хэндс.

Незнакомец вдруг остановился, будто ища кого-то.

- Эй, юноша! Ты кого-то ищешь? Кто твой капитан? - обратился к нему Хэндс, надеясь, наконец-то, обрести собеседника.

- В каком смысле?

- Ты, наверное, юнга?

- Да, в общем, что-то вроде того, - улыбнулся юноша. Внимательно оглядев бывшего шкипера с головы до ног, он уставился на шахматную доску, будто пытаясь найти решение давно мучавшей Хэндса проблемы.

- Ты с какого корабля? - спросил его старик

- Я с галеона, что на пристани, - кивнул он в сторону гавани, где среди шлюпов и барок высился огромный красный красавец с белоснежными парусами.

- Мой капитан - Питер Сильвер. А Вы кто?

- Сейчас никто, пожалуй, - с горечью усмехнулся старый пират. - Но когда- то я был шкипером на «Удаче». Меня зовут Натаниэл Хэндс,

Старик кивком указал незнакомцу на лежащий рядом обрубок красного мангра

- Присаживайся ко мне, поговорим. О чём ты задумался?

- Да так, о жизни, да и о своей судьбе тоже. Мне надо принять одно важное решение, но никак не придумаю, каким оно должно быть.

- Хочешь, сыграем в шахматы, поговорим.

Морщинистое лицо Хэндса озарила улыбка, а в умных карих глазах мелькнули задорные искорки. Незнакомец явно начинал ему нравиться.

- Надеюсь, ты не спешишь с поручением от своего капитана?

- Нет. Я свободен и могу задержаться настолько, насколько захочу.

- Умеешь играть в шахматы? - спросил шкипер, желая поддержать разговор. Его заинтриговали необычные манеры собеседника, который вёл себя спокойно и с достоинством, что никак не напоминало поведение мальчика на побегушках.

- Это хорошая игра. Она мне нравится, - бесстрастно заметил юноша, вновь устремляя взгляд на доску с фигурами. Чёрный ферзь занимал удобную позицию, угрожая белому королю. Но и сам он находился под угрозой обстрела. Прямо напротив него, на противоположной стороне доски, пристроилась похожая на шлюп белая ладья.

- Это игра мудрецов. Знаешь, почему? - Хэндс пристально взглянул на собеседника. Тот молчал, сосредоточившись на чёрной точёной фигуре ферзя.

- Шахматы - отражение нашей жизни, - не дожидаясь ответа, добавил старик, - мы все - как пешки на чёрно-белой доске.

- Почему? - незнакомец наконец-то оторвал взгляд от ферзя и взял его за талию своими тонкими пальцами. Ферзь на мгновение повис в воздухе, затем уверенно переместился на белое поле, прямо напротив короля. Белая ладья не могла причинить ему вреда - она служила единственной защитой несчастному владыке с большой чёрной диагонали, откуда вёл обстрел слон-канонир.

- Взгляни сюда, - старик, забыв об угрожающей его монарху опасности, указал рукой на расставленные на доске фигуры. - Видишь короля? Он может сдвинуться всего на один шаг. Король бессилен - им правит его окружение - министры, фавориты или фаворитки. Но если ему поставлен мат - партия проиграна. Поэтому мы всегда защищаем короля как символ, независимо от того, любим его или ненавидим. В жизни всё точно так же - вспомни несчастного Карлоса или нашу добрую старушку Анну. Теперь взгляни на ферзя...

Хэндс кивком указал на угрожающую его королю чёрную фигуру, которая по мановению руки юноши в считанные секунды переместилась с одного конца доски на другой,

- Ферзь свободен в своём выборе. Именно он делает политику при королевском дворе - и в шахматах, и в жизни. На Востоке его называют визирь, а в Европе - ферзь или королева. Мужчина или женщина, это тот, кто более других приближён к королю и правит от его имени. Но и он не всевластен. Им управляет тот, кто двигает фигуры. Ферзь может быть убит или подвергнут опале, и тогда его могуществу приходит конец. Ещё есть конь - придворный интриган...

Старик ласково потрепал своим потрескавшимся пальцем деревянную облупившуюся холку белого коня, расположившегося недалеко от своего повелителя:

- Конь выдумывает всякие комбинации, и не знает, что и они часть большой партии. Итог её, в конце концов, зависит не столько от интриг коня, сколько от воли того, в чьих руках фигуры.

Юноша молча слушал, подперев голову рукой, будто слова шкипера затронули тайные струны его души.

- Большинство из нас - пешки, - старик бросил задумчивый взгляд на пристань. - Пешки идут лишь туда, куда ведёт их судьба. Они могут сделать лишь один шаг - вперёд. Многие гибнут, но, если выдержат испытания, то могут стать самой сильной фигурой - ферзём. В жизни точно так же. Провидение ведёт нас по заранее определённому пути, но сами мы не лишены права выбора. Делая очередной шаг, мы решаем, остаться ли человеком или превратиться в человекоподобных зверей, не знающих чести и совести. Как и в шахматах, большего в жизни добивается тот, кто выдержит все искушения - а этого не смог даже сам Морган.

Молодой человек молчал. В воздухе повисла неловкая пауза, прерываемая беспрестанными криками базарных торговцев. Но собеседники их не слышали - юноша был погружён в свои думы, а Хэндс внимательно рассматривал незнакомца, стараясь уловить ход его мыслей. Немногие из тех, с кем ему довелось беседовать, проявляли такой интерес к его рассуждениям. Большинство считало его обыкновенным чудаком. «Какое же решение он должен принять?» - подумал старик, пытаясь проникнуть взглядом в глубину синих глаз собеседника.

- Скажи, Хэндс, трудно стать шкипером? - юноша, по-видимому, решил сменить тему

- Да, в общем-то, не так сложно, - пожал плечами старик. - Когда я в первый раз вышел в море, мне было четырнадцать. Через шесть лет в схватке с испанцами погиб наш шкипер, и я занял его место. Ты хочешь стать шкипером?

- Нет, я не думал об этом, - в голосе юноши Хэндсу почудились нотки сомнения. - Не знаю, просто, хотел бы я стать флибустьером или искать себя в мирной жизни.

- Не думай, что все флибустьеры - отъявленные мерзавцы. Жизнь всегда оставляет тебе выбор. Помни - в любом случае ты можешь остаться человеком. Если ты вырос в Новом Свете, то наверняка знаешь, что призы берут все - начиная от адмиралов и кончая теми, кто ходит в море на шлюпках, установив на них единственный парус. Даже Колумб и Васко де Гама, открывшие эти земли Европе, не избегали удачи, если она шла к ним в руки.

Молодой человек молчал, полностью погрузившись в свои думы. Наконец, будто бы решившись на что-то, он поднял голову, и взгляд его стал жёстким и властным. Он уже ничуть не напоминал юнгу.

- Какие системы сигналов ты знаешь? - неожиданно спросил он

- Я хорошо знаю инструкции Руперта, Нарборо, Рассела, - удивлённо ответил Хэндс, не ожидавший таких познаний от юноши, которому вряд ли можно было дать восемнадцать