Первый ключ - Улисс Мур

Вырываясь из рук солдат, Дагоберто вопил:

— Отпустите меня! Отпустите! Я ничего не сделал!

Метрах в ста от него квадратную башню, где находилась Громыхающая мастерская, освещали яркие, разноцветные огни фейерверка.

— Рассказывай это кому-нибудь другому! — сказал солдат в кольчуге, схвативший мальчика и прижавший к стене.

— Я ничего не сделал! — снова закричал воришка. — Это не я был!

— Ах, не ты! Тогда кто же? — спросил солдат.

Ночное небо раскрашивали яркие огни фейерверка.

Другие стражники священника Джанни поспешили в Громыхающую мастерскую.

Дагоберто услышал, как они закричали:

— Эй, вы там! Выходите! Вы в ловушке! Вам не уйти оттуда.

Потом стражник, схвативший Дагоберто, снова потребовал ответа от воришки, и тот уже не смог уследить, что происходит в башне.

— Так кто же это был? — продолжал допрос стражник. — Сколько вас тут, воров?

— Они не воры! Это коммерсанты! — признался Дагоберто. — Мальчик и девочка.

Стражник обернулся к остальным и сообщил им новость:

— Два человека. Мужского пола и женского! Вперёд! Отыскать!

Потом, словно вознаграждая Дагоберто за признание, ослабил хватку, и юный вор медленно сполз на землю.

— Отпусти меня, пожалуйста, — заплакал Дагоберто в надежде, что слёзы разжалобят стражника. — Я не настоящий вор.

— Думаешь, поверю тебе при том, сколько носишь на себе верёвок? Ты ведь из тех, кто бегает по крышам, не так ли?

— Я ещё маленький… — захныкал Дагоберто.

Неожиданный шум заставил стражника обернуться. Двое солдат со всего разбегу налетели на дверь Громыхающей мастерской, желая выбить её.

— И почему они всегда повторяют эту глупость?! — вздохнул стражник. — Она ведь открыта. Как все двери. — Он покачал головой, не одобряя поведения подчинённых. Потом обратился к Дагоберто: — А теперь идём со мной, слышишь, парень? Эй, ты где?

Воришка исчез. Услышав, как что-то прошумело и звякнуло, стражник посмотрел вверх и всё понял: мальчишка был уже на крыше.

— Спустись сейчас же, паршивец! — закричал стражник, глядя на его силуэт на фоне звёздного неба. — Спускайся немедленно, ты понял? Иначе обстреляю из лука! Ты слышал меня, негодяй?

В ответ — молчание.

— Поймаю, — заорал человек, — на всю жизнь засажу за решётку!

Спрятавшись в разных концах огромного ткацкого станка, Джейсон и Джулия затаили дыхание. Если б могли, то остановили бы и биение своего сердца, которое бешено колотилось и, казалось, вот-вот выскочит из груди.

Джейсона скрывала толстая шерстяная пряжа, колыхавшаяся при малейшем движении воздуха, а Джулия спряталась под сложными педалями станка, служившими для работы на этой огромной и сложной машине.

Ребята оказались по разные её стороны, и понимали, что это единственное место, где, может быть, им удастся укрыться. На всякий случай они заранее договорились, что, если придётся бежать в разные стороны, встретятся в том же монастырском дворике, куда вывела их Дверь времени.

В окно доносились грозные крики солдат, окружавших Громыхающую мастерскую. Потом стало слышно, как они с треском высаживают дверь, как лязгают их доспехи и ломаются копья.

Если бы не страх, то ребята посмеялись бы над тем, как эти ненормальные изо всех сил ломятся в открытую дверь, как с криками и шумом суматошно врываются в башню.

Вот тяжёлые шаги поднимаются в комнату с камином, а потом солдаты, видимо, разошлись по другим помещениям Мастерской, которые Джейсон и Джулия даже не видели.

— Сюда! Туда! Стоять! Идти! — всё громче кричали десятки разных голосов, перекрывая грохот падающей мебели, топота ног, чего-то бьющегося и ломающегося.

Не видя друг друга, близнецы молили о невозможном — чтобы никто не заметил эту тёмную комнату, где они прятались. Но не успели они закончить свою молитву, как в проеме двери появился горящий факел в чьей-то крепкой руке и раздался приказ:

— Убертино! Алькмаро! Проверьте эту комнату!

Факел перешёл в другие руки, и солдаты принялись обследовать помещение. Жёлтый свет факелов осветил станок, его сложные механизмы, педали управления, пряжу, основу, уже готовую ткань.

Затаив дыхание, Джейсон смотрел из своего укрытия на пугающие силуэты солдат, чьи осторожные шаги означали, видимо, что их тоже удивило странное сооружение посреди комнаты.

Но потом они вспомнили, должно быть, о приказе и принялись действовать — начали тыкать куда попало своими острыми алебардами, разрывая ткань и пряжу, проникая во все отверстия, какие попадались, принялись двигать деревянные рамы станка, споткнулись о плетёные корзины со шпульками, и те с шумом раскатились по всему полу.

— Нашёл что-нибудь? — спросил Убертино приятеля, немного осмотревшись.

Алькмаро раздавил сапогом несколько шпулек и покачал головой.