Авантюристы. Морские бродяги. Золотая Кастилия (сборник) - Густав Эмар

На палубе несчастного фрегата поднялась жуткая паника. При первом залпе канониры подбежали к своим пушкам и начали осыпать картечью кусты. Но флибустьеры надежно спрятались, и артиллерия фрегата напрасно тратила снаряды.

Монбар с редким умением расположил своих людей вдоль берега и постоянно отдавал приказания, заставляя их ложиться на землю в ту минуту, когда раздавались выстрелы испанцев, а самим безостановочно стрелять.

Таким образом битва продолжалась пять часов. Благодаря воинскому искусству своего командира флибустьеры не потеряли ни одного человека.

К полудню Монбар заметил, что испанцы стали стрелять реже. На палубе находилось всего несколько солдат. Шпигаты изрыгали потоки крови. Монбар понял, что наступила решительная минута.

– На абордаж, братья! – воскликнул он, первым бросаясь в баркас.

– На абордаж! – взревели флибустьеры, устремляясь вслед за ним.

Легкие суденышки вмиг причалили к фрегату, и авантюристы ринулись на палубу. Испанцы, несмотря на понесенные потери, героически сопротивлялись, но скоро, подавленные численно, испуганные видом страшных флибустьеров, которые слыли непобедимыми, они были вынуждены оставить палубу и бросились в трюм, где еще некоторое время пытались продолжать бессмысленную борьбу.

– Никакой пощады! – вскричал Монбар.

– Никакой пощады! – вторили ему флибустьеры.

Началась страшная резня. В эту минуту негр, полумертвый от страха, бросился к ногам адмирала.

– Ты кто? – спросил его Монбар.

– Палач! – отвечал негр, рыдая.

– А-а! – закричал Монбар громовым голосом. – Братья! Вот палач, которого губернатор Кубы послал казнить вас. Ведь это правда, негодяй?

– Увы, сеньор капитан.

– Ну так ты исполнишь свою обязанность! Братья, приведите пленных.

На окровавленной палубе фрегата произошла ужасная сцена. Все испанские пленные были подведены к грот-мачте, где их заставили стать на колени. Флибустьеры окружили их.

– Эти люди осуждены на смерть, – сказал Монбар негру, подавая ему топор. – Действуй!

Убийство началось. Палач отрубал головы пленным.

– Постой! – вскричал Монбар, бесстрастным взором следивший за этой страшной казнью.

В живых остался только один пленник.

– Я дарую тебе жизнь, – сказал ему Монбар, – но с условием, что ты убьешь человека, который отрубил голову твоим друзьям.

Пленник, как пантера, бросился на испуганного палача, вырвал у него топор и моментально отрубил ему голову. Негр повалился на трупы убитых им испанцев.

– Хорошо, – сказал Монбар, – ты свободен. Ступай… Нет, постой.

Достав из кармана какие-то бумаги, он вырвал листок, кровью вывел несколько строк, описывавших случившееся, и, передав эту странную депешу пленнику, который был ни жив ни мертв от страха, сказал:

– Отдай эту бумагу губернатору Кубы и расскажи ему о том, как Монбар Губитель поступил с палачом, присланным им. Прощай!

Пленника бросили в лодку, и он добрался до берега вне себя от ужаса.

Однако на этом дело, предпринятое Монбаром, еще не закончилось. Трупы испанцев были брошены в море, палуба вымыта, паруса приведены в порядок, и фрегат наконец вышел в Наветренный пролив^[43]. Но вместо того, чтобы идти дальше в открытое море, как предполагали флибустьеры, адмирал приказал держаться берега.

К четырем часам пополудни фрегат на всех парусах подошел к бухте Санта-Мария. Там на якоре стояли четыре бригантины.

Застигнутые врасплох, испанцы почти не сопротивлялись, и менее чем за полчаса все четыре бригантины перешли во власть флибустьеров. Это были прекрасные суда, хорошо вооруженные и почти новые. К сожалению, у Монбара не хватало людей, чтобы увести их. Кроме того, надо было торопиться: в Пуэрто-дель-Принсипе били в набат, народ хватал оружие и начинал собираться на берегу.

Монбар приказал забрать наиболее ценные вещи. Когда все было перенесено на фрегат, бригантины были потоплены вместе с испанцами, которые лежали связанные на палубе.

– Дело сделано, – сказал Монбар со зловещей улыбкой.

Флибустьеры осыпали картечью толпу, собравшуюся на берегу, и фрегат вышел в открытое море, преследуемый криками бессильной ярости.

К семи часам вечера «Жемчужина» подошла к «Тигру», крейсировавшему недалеко от берега.

Монбар, не желая показываться донье Кларе с руками, еще дымившимися от крови ее несчастных соотечественников, передал командование «Тигром» Франкеру, приказав обращаться с пассажиркой с глубочайшим почтением. Он перевел на «Тигр» пятнадцать человек, чтобы увеличить его команду, а сам поднял на фрегате адмиральский флаг. Потом оба корабля направились к острову Аруба, где Монбар назначил собраться всему флоту и куда другие суда, по всей вероятности, уже прибыли.

Подвиг отважного флибустьера вселил ужас в испанцев и привел к страшным последствиям в будущем.