Черный парус, адские берега - Павел Горьковский

– Запросто выиграть дамочку в кости у здешних кровососов – дурням всегда везет!

– Платье из дорогих, значит, он сможет запросить хороший выкуп у ее семейки!

Кажется, на палубу вывалила уже вся команда, от такого позорища щеки у Джерри горели сильнее, чем закатное солнце. Женщина – не юная, но еще вполне молодая и очень привлекательная – слабо застонала, повернула голову, ветерок подхватил ее растрепавшиеся локоны, в солнечных лучах они сверкали, как чистое золото. Дама неуверенно попыталась приподняться, открыла глаза – огромные и синие, как весеннее небо. Даже суровый мистер Уилл залюбовался незнакомкой:

– Она прекрасна, как богиня Аврора! Приятель, сознайтесь, как вам удалось раздобыть такое сокровище?

Пока Джерри лихорадочно соображал, что ответить, произошло неизбежное – на палубу выбралась невольная виновница случившегося – сеньорита Флора. Девушка увидала даму и сразу же нахмурилась самым воинственным образом, заверещала на своем вульгарном английском:

– Кто ее сюда притащил?

– С вашего позволения, сеньорита, дама собственность мистера Джеремаи! – галантно ответил португальский лоцман и прищелкнул каблуками.

– ЧТО? С какого позволения? Зачем он приволок эту сюда? – Угольные очи сеньориты метнули молнии, достойные штормовой тучи.

Но настоящая буря была впереди и заняла не больше времени, чем грозовой раскат. Сеньорита поджала губы, сбросила туфли, выдернула из ножен лоцмана, опешившего от такой неожиданности, шпагу и сделал выпад в сторону Джерри:

– Ты все, все испортил! Ты разнес в щепки всю мою жизнь!

Ему повезло не погибнуть в тот же миг, он успел отпрыгнуть в сторону, пока сеньорита подбирала тяжелый подол – какой-то доброхот подал ему шпагу, и клинки со звоном ударились друг о друга. Зрители расступились, оставляя достаточно места для самого необычного поединка, на который им приходилось делать ставки – пари на бой «леди против джентльмена» стали заключать практически сразу.

Конечно, Джерри сознавал, что кругом виноват, но шанса оправдаться ему не оставили. Он фехтовал очень прилично и поначалу, как и подобает джентльмену, предоставил сопернице некоторую фору. Но противник оказался быстрым и ловким, как разъяренная кошка. Клинок разорвал его рубаху, оцарапал предплечье, выпад за выпадом его уверенно теснили к шканцам. Когда лица соперников оказались совсем рядом, разделенные лишь скрещенными клинками, девушка прищурила глаза и прошипела:

– Знаешь, если господь даст мне сына – я никогда не отдам мальца в колледж!

Именно эти слова, а не свист и улюлюканье многочисленных зрителей, стали последней каплей, упавшей в чашу добронравия Джерри. И он решился поступить так, как никогда не поступил бы с джентльменом. Когда почувствовал, что от худшего поражения в жизни его отделяет всего один шаг, он сделал этот шаг! – всей ступней наступил на подол сеньориты Флоры. Ткань затрещала, юбка из шелка оторвалась от корсажа платья, сеньорита инстинктивно взглянула на дыру, – Джерри улучил момент и выбил у нее шпагу, поднял трофей с палубы и раскланялся под бурные овации корабельной публики.

– Я тебе ненавижу! – выкрикнула девушка. Со всей силы отпихнула победителя с дороги, решительно двинулась через дек к белокурой даме. Под звук клинков незнакомка начала приходить в себя, сперва села, затем попыталась встать, цепляясь за фальшборт.

– Идемте, миледи. Леди здесь нечего делать – здесь нет ни одного джентльмена! – Сеньорита Флора подхватила безвольно пошатывающуюся даму под руку и потащила за собой в каюту. Дверь громко хлопнула, ключ звякнул в замке.

Остаток дня Джерри провел сидя в трюме, грустил и подкармливал крыс хлебными корками – подальше от людских глаз, пока боцман Лари не отыскал его и отконвоировал незадачливого «молодого джентльмена» в кубрик, на ужин.

– Пойдем, братишка, глупо сидеть здесь, еще и без жратвы, из-за пустоголовой бабы. Что леди, что шлюшки, все они ревнивые, как кошки, нет никакого с ними сладу. Не бери в голову, у тебя еще будет по десятку таких девок в каждом порту!

– Таких – навряд ли, – хмыкнул мистер Уилл, он успел переодеться в щегольской камзол и шелковую рубашку, позаимствованные из гардероба капитана. – Неловко оставлять наших гостей без ужина. Полагаю, вам, святой отец, как в некотором роде нейтральной стороне, будет уместно пригласить леди разделить с нами скромную трапезу.

Отец Алонсо удалился со сдержанной улыбкой, но вернулся обеспокоенный:

– Мне не открыли, но я явственно слышал всхлипы и стоны! Что-то случилось!

Не сговариваясь, джентльмены бросились к двери каюты, приложив значительное совместное усилие, выбили ее и замерли на пороге. Им открылось зрелище поистине душераздирающее!