Потерянная империя - Грант Блэквуд

Занзибар

— Мы потеряли человека, — сказал в телефонную трубку Итцли Ривера.

— Неужели? — рассеянно откликнулся президент Куаутли Гарса.

Даже на расстоянии в десять тысяч миль чувствовалось, как мало его это интересует.

— Яотль. Утонул в проливе. Тело не нашли. Он был хорошим бойцом, господин президент.

— Который отдал жизнь ради благого дела. Что ж, ему сам Бог велел. На языке науатль «Яотль», как ты знаешь, означает «воин». Ему уготована встреча с Вицлипуцли и вечная жизнь в Омейокане, — ответил Гарса, подразумевая бога войны, защищающего солнце от темных сил, и священнейшую сферу тринадцати ацтекских небес. — Разве это не достойная награда?

— Разумеется, господин президент.

— Итцли, надеюсь, отчет окончен?

— Нет. Еще кое-что. Вероятно, Фарго нашли корабельный колокол.

— В каком смысле «вероятно»?

— При обыске судна мы обнаружили в блокноте рисунок корабельного колокола.

— Опиши! — встрепенулся Гарса. — Неужели тот самый?

— Да обычный набросок. Наверное, они и не догадываются, что у них в руках. Однако, по всей видимости, намереваются увезти колокол с острова. Рядом с рисунком стояло название транспортной компании и время. Место погрузки чуть южнее занзибарского аэропорта.

— Исключено! Итцли, колокол должен остаться на острове. Исследования Фарго нужно зарубить на корню. Немедленно.

— Понимаю, господин президент.

— Ты знаешь, где они будут и когда. Помни: на карту поставлено все!

— Корабельный колокол в спа-центре! — весело улыбнулась Реми мужу, стоящему в тени на противоположной стороне усыпанного галькой патио.

Сэм устало кивнул. Целый час они пеленали трофей в простыни, вымоченные в теплом водном растворе азотной кислоты. И вот теперь по закутанному, источающему пар колоколу медленно расползалась разъеденная кислотой пленка серо-зеленых морских наростов.

— Через сколько менять?

Фарго глянул на часы.

— Еще десять минут.

Тремя часами раньше, разобрав плот на части и растащив бревна в стороны, Фарго из мангровой лагуны отправились вдоль побережья на юг, в залив Менаи. У штурвала осталась Реми, а Сэм тем временем по телефону ввел Сельму в курс дела и объяснил, что нужно. Через сорок минут, когда катер огибал южную оконечность Занзибара, Вондраш перезвонила.

— Она, конечно, поменьше вашего бунгало, зато в уединенном месте. Агент обещал оставить ключи под ковриком. Оплачено за неделю.

— Что и где?

— Вилла на восточном побережье острова, в двух милях к северу от отеля «Тамаринд-Бич». Над верандой навес в красно-зеленую полоску. На пляже есть старый каменный причал.

— Сельма, ты чудо! — Сэм отключился и тут же набрал домашний номер Абаси Сибале.

Абаси без лишних вопросов согласился подъехать на пикапе к причалу виллы. Увидев на палубе «Андреяля» корабельный колокол, он лишь с улыбкой покачал головой:

— Как бы вы однажды не заскучали у нас на острове!

— Гляну, как там гость, — сказал Сэм.

— А я послежу, чтобы колокол не сбежал, — отозвалась Реми.

— Если попытается, не чини препятствий.

— Ни в коем случае!

Оба безумно устали и почти возненавидели треклятую железяку. Сколько усилий стоило его поднять, сколько опасностей пережить! Впрочем, хороший сон наверняка изменил бы их отношение к добытому трофею в лучшую сторону. А если еще через пару часов отквашивания в азотной кислоте удастся прояснить интересующие детали…

— Пистолет-то оставь, — прыснула Реми.

Улыбнувшись в ответ, Сэм прошел через патио к застекленным дверям. Площадь виллы в тосканском стиле, которую сняла Сельма, составляла около двух тысяч квадратных футов. Штукатурка горчичного цвета давно выгорела, по стенам вились ползучие растения, а венчала постройку красная черепичная крыша. Внутреннее убранство представляло собой смешение современного стиля с элементами традиционного. Фарго направился к задней спальне, где обитал «гость». Руки и ноги распластанного на постели Яотля были привязаны к четырем столбикам кроватных спинок. При виде посетителя пленник приподнял голову.

— Эй, в чем дело? Где я?

— Хм… Тут смотря кого спрашивать, — пожал плечами Фарго. — К примеру, ваши приятели уверены, что вы курсируете либо в сторону Момбасы физиономией вниз, либо по закоулкам акульей пищеварительной системы.

— В смысле?

— Ну, после того как мы вас вырубили…

— Н-ничего не помню… Как вам удалось? — недоуменно проговорил он.

— Просто незаметно подкрался да огрел по голове дубинкой. Теперь вас считают покойником. Уже… — Сэм взглянул на часы. — Часов шесть.

— Нет, они не поверят! Меня отыщут.

— Напрасная надежда. А что за имя такое — Яотль?

— Имя как имя, — отрезал пленник.

— Есть хотите? Пить?

— Нет.

Фарго усмехнулся.

— Да ладно, ничего зазорного в этом нет.

— Делайте быстрее свое дело и покончим с этим.

— И что мы, по-вашему, намерены делать? — поинтересовался Сэм.

— Пытать?

Фарго округлил глаза.

— М-да… гнусная же у вас подобралась компания, раз вы так рассуждаете.

— А зачем тогда меня захватили?

— В надежде, что вы пожелаете ответить на некоторые вопросы.

— Вы американец, — вдруг заявил Яотль.

— Как вы догадались? Неужели по моей обаятельной улыбке?

— По акценту.

— А вы, полагаю, мексиканец.

Ответа не последовало.

— А судя по оружию и повадкам вашей шайки, вы военный. Возможно, бывший.

Яотль сузил глаза.

— Вы из ЦРУ.

— Я? — удивился Фарго. — Ничего подобного. Хотя друг у меня там есть.

Сэм сказал истинную правду. Работая в УППОНИР, он проходил тренинг на военной базе ЦРУ Кэмп-Перри. Инженеров отправили туда для того, чтобы, познакомившись с изнанкой разведывательной работы, они лучше разбирались в нуждах секретных агентов. В то же время там оказался оперативный сотрудник резидентуры Руб Хейвуд. Они с Сэмом подружились и с тех пор поддерживали связь.

— А у него, в свою очередь, тоже есть друзья, — добавил Фарго. — Например, в Турции, Болгарии, Румынии… Кажется, это называется «экстрадиция». Вы наверняка о таком слыхали. Суровые парни в черном заталкивают тебя в самолет, на несколько недель ты исчезаешь, а затем возвращаешься — с устойчивой аллергией на дрели и электричество.