Смерть и золото - Уилбур Смит

– Ну и как ты себя чувствуешь? – тихонько спросил Гарет, прищуриваясь и стараясь сфокусировать взгляд.

– Великолепно, – ответил Джейк и блаженно ему улыбнулся.

– Клянусь Господом, эти ребята здорово умеют употреблять.

– Продолжай заливать им в глотку, Пердун. Хорошо начал, продолжай в том же духе – они уже завелись. – И он пустым бокалом ткнул в сторону улыбающихся, но вполне трезвых гостей.

– Я был бы весьма тебе признателен, если бы ты воздержался от употребления этой клички, старик. Отвратительная кликуха, да? Отнюдь не в лучшем стиле. – Гарет дружески хлопнул Джейка по плечу, чуть не промахнувшись. На его лице появилось озабоченное выражение: – Я как смотрюсь, еще ничего?

– Ты смотришься так же, как я себя чувствую. Нам пора бы отсюда выбираться, пока они не перепили нас окончательно и мы еще не валяемся в стельку пьяные.

– О Господи, снова он за свое! – опасливо пробормотал Гарет, когда принц снова поднял свой до краев наполненный бокал и выжидательно огляделся по сторонам.

– Наполним бокалы, мой дорогой Суэйлс! – провозгласил он, перехватив взгляд Гарета.

– С удовольствием! – У Гарета не было выбора – только разделить и этот тост, одним махом опрокинув в рот содержимое своего бокала, после чего он поспешил перехватить официанта, который уже подскочил, чтобы снова наполнить бокал принца.

– Тоффи, старина! Мне страшно хочется показать тебе сюрприз, который я для тебя приготовил! – Он ухватил принца за руку, в которой был бокал, и выдернул его у того из пальцев. – Пошли! Все! Вон туда, ребята.

На лицах седобородых придворных явно читалось решительное неудовольствие и нежелание куда-то уходить из шатра, и Джейку пришлось помогать Гарету. Они широко раскинули руки и, производя шикающие звуки, словно сгоняя кур, в итоге сумели-таки заставить всю группу двигаться по дорожке через лес, и через сотню ярдов она вывела их на открытую площадку размером с поле для игры в поло.

Группа замерла в изумленном молчании, когда они увидели выставленных в ряд четырех «железных леди», сверкавших на солнце свежей серой краской с пулеметами «виккерс» с их толстыми цилиндрами кожухов водяного охлаждения, торчащими из амбразур и из щегольских боевых башен, украшенных горизонтальными полосами цветов эфиопского национального флага – зеленого, желтого и красного.

Придворные как сомнамбулы позволили подвести их к ряду стульев, расставленных под зонтами, и, не отводя взглядов от боевых машин, упали на эти стулья. Гарет встал перед ними как школьный учитель, но слегка покачиваясь.

– Джентльмены, мы имеем здесь самые современные многоцелевые бронированные машины, когда-либо поступавшие в вооруженные силы любых мировых держав. – Он сделал паузу, чтобы принц мог перевести его слова остальным, а сам с видом триумфатора повернулся к Джейку: – Заводи моторы, старина!

Когда первый двигатель ожил и зарокотал, старички придворные вскочили на ноги и зааплодировали, как толпа зрителей на боксерском матче.

– Пятнадцать сотен фунтов за каждую! – прошептал Гарет, сверкая глазами. – Они заплатят по пятнадцать сотен!

Ли Михаэль пригласил их на ужин в свой салон на борту «Данноттар касл», и, невзирая на протесты Джейка, некий портной, готовый выполнять самые срочные заказы, изготовил для него вполне приемлемый смокинг, подходящий к его высокой и угловатой фигуре.

– Я в нем как в маскарадном костюме, – протестующее заявил Джейк.

– Ты в нем выглядишь как герцог, – возразил на это Гарет. – Он придает тебе некоторый стиль. Стиль, Джейк, душа моя, – главное, нужно всегда помнить про стиль. Стиль! Если ты выглядишь как бродяга, люди и относятся к тебе как к бродяге.

Ли Михаэль Сагуд был одет в потрясающе расшитую мантию – сплошь золото, алый и черный, – застегнутую у горла аграфом с темно-красным рубином размером со спелый желудь, в плотно облегающие бархатные бриджи и туфли, расшитые нитью из двадцатичетырехкаратного[10]золота. Ужин был великолепный, а сам принц пребывал в расслабленном, добродушном настроении.

– Ну так, мой дорогой Суэйлс. Цены на пулеметы и остальное оружие были согласованы давно, несколько месяцев назад. Но о бронированных машинах тогда разговору не было. Не угодно ли сообщить мне разумную цену, за которую вы могли бы нам их продать?

– Ваше высочество, я рассчитывал на определенную цену задолго до того, как узнал, что дело мне предстоит иметь именно с вами. – Гарет глубоко затянулся гаванской сигарой, которой его угостил принц, собираясь с мужеством и настраиваясь на жесткую торговлю в расчете на дикий, почти невероятный шанс крупно заработать. – Теперь же, несомненно, я готов всего лишь покрыть собственные расходы и ограничиться весьма скромной прибылью, которую мы разделим с моим партнером.

Принц изящным жестом выразил свое удовольствие.

– Две тысячи фунтов за каждую, – быстро произнес Гарет, почти скороговоркой, соединив все слова в одно, чтобы фраза прозвучала не столь шокирующее. Но Джейк тем не менее чуть не подавился виски с содовой, глоток которого только что отпил.

Принц задумчиво кивнул.

– Понятно, – сказал он. – Это, вероятно, раз в пять больше их истинной стоимости.

Гарет изобразил шок и обиду.

– Ваше высочество!..

Но принц заставил его замолчать, подняв руку.

– В течение последних шести месяцев я немало времени потратил на изучение и оценку разнообразных образцов военного снаряжения. Дорогой мой Суэйлс, прошу вас, не нужно оскорблять нас обоих этими протестами.

Воцарилось долгое молчание, и атмосфера в салоне стала напряженной, как гитарная струна. Потом принц тяжко вздохнул.

– Я вполне мог себе позволить оценивать предложенные мне образцы вооружения, но не имел возможности их купить. Великие державы мира лишили меня этого права – права защищать собственную страну от нападения хищника. – В темных глазах принца застыла тысячелетняя тоска и усталость, гладкий лоб нахмурился от тяжких дум. – Моя страна не имеет выхода к морю. Все импортируемые товары должны поступать через территории французского и английского Сомалиленда или итальянской Эритреи[11]. Италия – хищник; французы и англичане не лучше, потому что наложили на нас эмбарго.

Ли отпил из стакана, потом нахмурился, глядя на него, словно это был хрустальный шар, в котором можно прочитать будущее.

– Великие державы готовы отдать нас на растерзание этому фашистскому тирану, а наши руки, в которых должно быть оружие, связаны у нас за спиной.

Он снова тяжело вздохнул, потом поднял взгляд на Гарета. Выражение его лица изменилось.