Белгравия - Джулиан Феллоуз

– Можно я положу руку тебе в карман? Я так замерзла… Зря выскочила без накидки.

И он, конечно же, снял с себя пальто и укутал девушку, и вскоре ее рука, переплетясь с его рукой, грелась в кармане.

– Значит, я могу поехать с тобой в Индию? – спросила Мария.

– Если хочешь, – ненадолго задумавшись, ответил Чарльз. – Мы можем сделать эту поездку нашим свадебным путешествием, если твоя мама не будет возражать.

– Если она попытается возразить, ей придется иметь дело со мной.

Чарльз рассмеялся:

– Ты, должно быть, считаешь меня глупым. Я ведь все это время ни о чем не подозревал.

– Разумеется, не считаю! – яростно запротестовала Мария. – Как там сказано в Библии? «Для чистых все чисто». Тебе самому не по вкусу интриги, поэтому ты ничего и не заподозрил.

Чарльз покачал головой:

– Допустим, интерес, который проявлял ко мне мистер Тренчард, был объясним. Как-никак старый друг моего отца – я, по крайней мере, так считал; так что, наверное, меня можно извинить за то, что я принимал его помощь, не задаваясь вопросами. Но леди Брокенхёрст? С чего бы это графиня почувствовала внезапное стремление вложить деньги в предприятие молодого коммерсанта, которого едва знает? Другой человек, более проницательный, чем я, наверняка бы что-то заподозрил. – Чарльз вздохнул, сокрушаясь о своей недогадливости.

– Ерунда, – сказала Мария. – Весь мир считает, что лучше быть излишне доверчивым, чем излишне подозрительным.

И с этими словами она подняла к нему лицо, и Чарльз с неимоверным удовольствием запечатлел на ее губах поцелуй. В тот момент молодые люди еще не знали этого, но Чарльзу суждено было любить Марию с неослабевающей страстью до самой смерти. И пожалуй, одного этого уже было бы вполне достаточно для счастливой развязки нашей истории.

Тем же вечером Анна сидела за туалетным столиком, а миссис Фрэнт расчесывала ей волосы. Джеймс и Оливер еще оставались внизу, в библиотеке, с удовольствием потягивая бренди, а Чарльз и миссис Поуп вернулись в Холборн. Прежде чем расстаться, решено было, что Чарльз с матерью переедут в Брокенхёрст-Хаус, как только пожелают, так что хотя бы этот вопрос был улажен. Анна не завидовала миссис Поуп, если той придется стать чем-то вроде бесплатной компаньонки графини, но, по крайней мере, вдова викария не будет проводить свою жизнь в одиночестве.

– Думаю, мне надо искать новую камеристку, – сказала Анна.

Миссис Фрэнт раньше доводилось служить камеристкой, и она знала эту работу, но обе понимали, что совмещать одному человеку две должности слишком трудно.

– Утром я наведу справки, мэм. Предоставьте это мне.

Миссис Фрэнт не намерена была оставить выбор за миссис Тренчард, которая в прошлый раз, принимая решение в одиночку, остановилась на этой отвратительной, бесчестной мисс Эллис. Миссис Фрэнт, в отличие от хозяйки, не проведешь, она хорошо разбирается в людях.

– Позвольте мне внести одно предложение, мэм?

– Говорите.

– Мы можем утвердить Билли на должности дворецкого? Да, он молод, но прекрасно знает дом и привычки мистера Тренчарда, а к тому же явно желает попробовать себя.

– Если вы считаете, что Билли справится… – Анну несколько удивило, что миссис Фрэнт просит назначить на такую должность человека тридцати с небольшим лет. – Но разве в этом случае на ваши плечи не ляжет дополнительная ответственность?

– Обо мне не беспокойтесь, мэм.

Миссис Фрэнт была убеждена, что, если обеспечит Билли теплое местечко, он навсегда останется у нее в долгу. Если она будет управлять дворецким и сама выберет госпоже камеристку, ее жизнь станет намного проще. А именно к этому миссис Фрэнт и стремилась.

– Но решение, разумеется, полностью остается за вами, мэм, – прибавила она и положила гребень на столик. – Я могу быть свободна?

– Да, – сказала Анна. – Спасибо. Спокойной ночи.

И экономка закрыла за собой дверь, оставив Анну наедине с ее мыслями. Миссис Фрэнт надеялась, что хозяйка согласится на ее предложения, все наладится и жизнь пойдет своим чередом.

Было уже поздно и моросил мелкий дождик, когда Джон Белласис возвращался из грязного сомнительного ресторана в мрачную дешевую гостиницу, в которой остановился. Он приказал своему слуге Роджеру распаковать вещи и по возможности привести в порядок комнаты, но все это было неважной заменой апартаментам в «Олбани», хотя те и были довольно скромными. Джон подумал, что Роджер вряд ли надолго у него задержится. Оставаться слишком далеко от старых друзей и любимых мест, и ради чего? Что может принести ему жизнь изгнанника во французском городе Дьепе? Да и что делает тут сам Джон? Здесь он вряд ли в безопасности. Правда, по его следу сразу не выслали полицию, как он того опасался, но это вовсе не значило, что его навсегда оставят в покое. Надо постоянно перемещаться, единственный выход – не оставаться на одном месте слишком долго. Но как он будет жить? И на что? Белласис вдруг поймал себя на том, что пытается вспомнить, как по-французски «ростовщик».

Но тут морось превратилась в настоящий дождь, и Джон припустил бегом.

Оглавление

Эдмунд Белласис и София Тренчард

Анна и Джеймс Тренчард, 1815

Анна и Джеймс Тренчард, 1841

Грейс и Стивен Белласис

Джон Белласис

Графиня и граф Брокенхёрст

Чарльз Поуп и леди Мария

Оливер и Сьюзен Тренчард

Мода 1815 года

Мода 1815 года

Мода 1840 года