Заря империи - Сэм Барон

Дом казался странно тихим. Эсккар поспешно оделся. Во второй комнате никого не оказалось, а дверь, ведущая вниз, была закрыта. Когда он ее открыл, до него донеслись приглушенные голоса и запах жареного мяса из кухни. Он сбежал вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и увидел Гата, выходящего из кухни. Он уже оделся для сражения и держал в руке кусок курицы.

— Доброе утро, командир. Я как раз собирался тебя будить, — и продолжил, прежде чем Эсккар успел ответить: — Мы решили дать тебе поспать подольше. Наши заняли посты на стенах, а с вершин гор за нами наблюдает лишь несколько варваров. — Он поморщился. — Ты, наверное, пойдешь помыться перед завтраком? От тебя до сих пор воняет, как от лошади.

— Где Трелла?

Почему она его не разбудила? Варвары ведь могли атаковать на рассвете.

— Там, где и должна быть. С женщинами. — Гат откусил кусок куриной ножки. — Хорошая курица. Думаю, она предназначалась тебе на завтрак.

Эсккар выругался на улыбающегося солдата, затем широкими шагами прошел мимо него в кухню. Там жена Бантора поддерживала огонь в печи. Завтрак был готов. На полпути к столу Эсккар решил, что Гат прав.

— Подожди, Аннок-сур, — сказал он.

Эсккар отправился к колодцу, снял одежду и ею же стал тереть тело. Слуга, вышедший из дома, доставал из колодца одно ведро воды за другим, пока Эсккар не почувствовал себя чистым. Чище можно было стать, только искупавшись в реке. Он обернул мокрую одежду вокруг талии, вернулся в комнату и снова оделся, на этот раз для сражения.

Он не торопился, плотно затягивая набедренную повязку, затем надел чистую льняную одежду, зашнуровал сандалии, которые Трелла купила ему в самый первый день, и проверил, чтобы широкие кожаные ремешки были плотно завязаны вокруг икр.

В комнату постучали, и вошел слуга с толстой кожаной броней. Он привязал кожаные наручи к нижней части правой руки Эсккара, затем прикрепил наплечник. Эсккар прицепил большой меч к ремню, который застегнул на талии, и заткнул за пояс нож, почти такой же длины, как короткие боевые мечи. Под конец слуга протянул бронзовый шлем, но Эсккар покачал головой.

— Оставь его. Слишком жарко.

Он благодарно кивнул слуге и вернулся в кухню, там быстро проглотил остатки курицы, разрывая ее пальцами и запивая водой, поел хлеба.

— Соли, Аннок-сур.

Она протянула ему миску с неровными кристаллами.

Люди, которым приходилось сражаться или работать на жаре, чувствовали себя лучше, съев побольше соли, хотя никто не знал, почему. Эсккар проглотил горсточку не самого приятного кушанья и запил остатками воды.

— Удачи тебе сегодня, командир, — пожелала Аннок-сур, когда он закончил завтрак, вытерла руки тряпкой и проводила его до двери. Ей предстояло выполнять свои обязанности. — Удачи тебе и Бантору.

Эсккар остановился и повернулся так резко, что она на него налетела.

— Спасибо вам обоим за то, что вы сделали для Треллы. Бантору повезло, что у него такая хорошая жена. Только не передавай ему, что я это сказал.

Она рассмеялась и коснулась его плеча.

— Я многое не говорю Бантору, командир.

Выходя на улицу, на яркий солнечный свет, Эсккар подумал о том, что ему не говорит Трелла. Его воины превратили двор в командный пункт. Гат сидел за центральным столом вместе с Джаленом и несколькими солдатами. В углу двора кучкой собрались дюжина мальчишек-посыльных. У каждого из них на руке бросалась в глаза красная повязка, чтобы их сразу же опознавали солдаты и пропускали, куда требуется.

Писари находились рядом с помощниками Эсккара, которые будут руководить обороной. Никар и другие члены Семей сидели за вторым столом. У каждого были свои обязанности и помощники. Просторный двор едва вмещал всех, кто отвечал за оборону Орака.

Эсккар подошел к центральному столу, напомнив себе, что сегодня нужно отдыхать, когда и где только удастся.

— Все заняли свои места по боевому расписанию, командир, — официально обратился Гат. — Бантор и Сисутрос находятся у ворот вместе с Корио и его старшим сыном. Джален охраняет вторые ворота. Малдар будет командовать солдатами со стороны реки, а я — теми, кто находится на северной стене. Хамати и Алексар командуют восточной и западной стенами. Все позавтракали, ведра наполнены водой. Все в сотый раз прослушали инструкции, хотя я уверен, что они про них забудут, как только первый варвар направится к стене.

В нескольких словах Гат передал Эсккару всю информацию, которая тому требовалось, и одновременно сообщил, что все идет так, как нужно.

— Значит, мне стоило подольше поспать. Может, вы не стали бы будить меня, пока сражение не закончится?

— Может, они не будут атаковать еще много часов, а то и дней, — рассудительно предположил Гат. — Вначале они попробуют испугать нас одним своим присутствием. — Он посмотрел в глаза командира. — А теперь пора осмотреть людей и сказать им те же слова.

“Он имеет в виду, что мне давно пора браться за работу”.

— Ну, давай начинать.

Они вышли на улицу, где у стены стояло еще несколько посыльных. За Эсккаром и Гатом следовали Джален с Малдаром. Мальчишки радостно закричали и приветствовали мужчин, Эсккар улыбнулся в ответ. Но ему был уготован еще один сюрприз. Его ждали четыре члена клана Ястреба, включая двух самых последних.

— Это твоя личная охрана с этой минуты, — пояснил Гат. — Эти четыре головореза наименее ценны для клана Ястреба, поэтому их назначили твоими телохранителями. Если останутся трезвыми, то от них может быть какая-то польза.

Каждый оказался выше среднего роста, двум было меньше двадцати лет. Всех отличали хорошо накачанные мускулы и широкая грудь. Они выглядели так, словно на завтрак могут жевать камни, хотя все улыбнулись грубой похвале Гата. На каждом было столько кожаной брони, сколько удалось надеть, на груди у каждого красовалась эмблема клана Ястреба. Эсккар начал возражать, но Гат его перебил:

— Побереги дыхание. Они получили приказ: не дать тебе погибнуть. Поэтому даже не пытайся прогнать их, и не иди ни на какой глупый риск. Они этого не позволят.

Гат пошел дальше, не дожидаясь ответа и продолжения спора.

Эсккар покачал головой и последовал за ним. На обычно людных улицах сейчас было очень мало народу. Большинство нервно приветствовали его. У главных ворот снесли последние дома, чтобы образовался пустой участок, длиной примерно пятьдесят шагов. Этот участок сужался вдоль стен в каждом направлении, но всегда оставалось по крайней мере двадцать шагов между стеной и ближайшим зданием, чтобы воины легко могли перемещаться из одного места в другое.

Эсккар уставился на ворота. Они крепились на четырех огромных бревнах, по два с каждой стороны. Для бревен в земле выкопали глубокие ямы, и еще закрепили камнями. По верху ворот шли небольшие деревянные желоба, уже наполненные водой. Под ними проходил мостик, чтобы люди, стоя на нем, могли опрокидывать содержимое желобов на ворота и таким образом гасить огонь.