Ледовые пираты - Дирк Гузманн

— Жар не доберется до нас, потухнет, — предсказывал Штайн. — Море сильнее.

— Надеюсь, что он прав, — обреченно обронил Дариос, обращаясь ни к кому конкретно и ко всем сразу.

— Если вы спросите меня, то я скажу, что нам нужно бежать отсюда, — вставил свое слово Грид Скрежещущий Зубами.

— И оставить в этом аду Альрика, Ингвара, Яа, Магнуса и Джамиля? — Килиан покачал головой. — Никогда!

— Да и не уйдем мы далеко, — показал Эриос на оба дау. Арабские корабли все еще блокировали выход из бухты. Их экипажи были построены и стояли на палубах, держа наготове стрелы и луки.

— Если они не пропустят наш корабль, значит, придется выбираться отсюда вплавь! — не сдержался Дариос. Лицо византийца было искажено ужасом.

Эриос перегнулся через борт корабля и крикнул арабам:

— Не будьте дураками! Вы сгорите точно так же, как и мы.

Никто не ответил ему. Вместо этого с побережья раздались крики. Это был громогласный Яа, обладающий басом, перекрикивающим гул вулкана. Между горящими деревьями и кустами появилась вся группа: лица Ингвара, Магнуса и Джамиля были покрыты шрамами и царапинами, одежда изорвана, волосы обгорели. На руках у Яа лежал Альрик, бледный, как жемчужина.

— С этой минуты, — сурово понизил голос Килиан, — я не знаю, что ужаснее: поток лавы и ожидание того, что будешь зажарен живьем, или видеть нашего кендтманна в таком состоянии.

Альрика внесли на борт. Его дыхание стало частым до предела, веки подрагивали.

Подталкивая товарищей, Ингвар не своим голосом выкрикивал команды. Дариос и Эриос поспешно принесли ему воду и чистую льняную ткань, и Ингвар принялся обрабатывать раны отца.

— Пустите меня к рулю, — хрипло скомандовал Альрик. — Поднять якорные камни!

Но Ингвар не обращал внимания: старый норманн боролся против безумного араба, коварного венета и горящей горы — с ядом в жилах! По дороге к побережью Альрик успел кое-что рассказать об этом.

— «Висундур» будет стоять на якоре, пока ты не поправишься, — твердо ответил Ингвар.

— Поднять якоря, я сказал! — Альрик тщетно пытался встать.

— Наверное, он прав, — вздохнул Дариос. — Если мы не уберемся отсюда поскорее, нас просто поглотит поток лавы.

Между тем огненный вал уже достиг побережья. Настал момент истины — кто сильнее: море или вулкан?

Когда красные кончики пальцев лавы прикоснулись к зеленому прибою, раздалось шипение тысяч змей. Закипела битва двух стихий — испарения внутренностей земли донеслись до «Висундура»! Моряки закашлялись и стали затыкать себе рты и носы.

— Вот видите, — торжествовал Штайн, — лава просто исчезает. Море сильнее!

И действительно, прибой проглотил первые ручейки лавы с равнодушием слепого гиганта. Но лава продвинулась дальше и уже во всю свою ширину достигла моря. Столкновение жары и холода распахнуло врата ада.

Раздался взрыв. Затем треск и пыхтение. Пар, который уже при первом соприкосновении стихий поднялся плотными облаками, усилился, и из него образовалась туча — сначала величиной с корабль, потом — как дворец, наконец — как целая гора, из которой доносился адский шум, вылетали горящие плевки и камни. Большинство из них с шипением исчезало в море, некоторые же падали на прибрежную полосу, оставляя после себя дымящиеся кратеры. Эта битва огня и воды получала все новую и новую пищу, потому что ни море не отступало назад, ни поток лавы не прекращался.

Наконец раскаленные камни стали падать на «Висундур». Первые же обломки пробили парус и с шипением приземлились на палубе, немедленно обугливая дерево корабля в месте своего падения. На парусе затанцевали языки пламени и тут же начали жадно пожирать материю.

В приказах Ингвара уже не было необходимости, все было очевидно. На палубу немедленно были опрокинуты бочки с запасами пресной воды, под потоком которой горящие камни стали трещать и раскалываться на части, однако изнутри каждого камня снова вырывалось пламя, словно ничего и не произошло.

Еще один обломок скалы попал в нос корабля, языки пламени стали подниматься вверх по голове дракона.

— Ингвар! — Трехпалая рука Альрика вцепилась в руку сына. — Уведи экипаж в безопасное место!

Ингвар быстро оглядел побережье. Повсюду бушевала лава в битве с морем. Искать спасения в воде было тоже невозможно, спасением мог стать лишь выход в открытое море, мимо лучников, — только теперь между «Висундуром» и оперенной смертью не будет ни строительных лесов, ни какой-либо другой преграды.

— На весла! — прокричал Ингвар во все горло. Нерешительность покинула его голос. — Или выйдем на просторы моря, или уйдем в него — и так и так будем свободны!

Когда «Висундур» начал движение, огонь уже охватил весь нос корабля. Из пасти дракона вырывался дым, деревянную чешую и крылья лизали языки пламени. Но корабль еще был полон сил.

На арабских дау лучники натянули тетивы своего оружия. И тут крик прорезал слух всех на борту. На одну из скамеек для гребцов упал раскаленный камень. Раненый Грид лежал на полу, в борту зияла пробоина. Хлынувшая на палубу вода начала тушить огонь.

Яа с Джамилем оттащили раненого в сторону.

— Грести! — кричал Ингвар. — Вперед!

Хотя сколько времени они смогут продержаться на воде с такой пробоиной, он не знал. Но лучше уж их заберет к себе море-великан, чем поглотит гора огня или пронзят арабские стрелы! Если уж им суждено утонуть, так только вместе и среди зеленых волн широкого моря!

— «Висундур», хо! — вдруг разнесся клич над водной гладью и заскакал по воде, как блоха, ничтожно малый, но полный жизни.

— Бьор! — тяжело дыша, выдавил из себя Альрик.

Одним прыжком Ингвар оказался на носу. На другом конце бухты показался корабль. Что-то несуразное было в том, как он со своими до смешного высокими бортами прокладывал путь в водах прибоя. И тем не менее он обладал своеобразной элегантностью, а его прямой парус был до предела наполнен ветром.

На носу стояла женщина, а Бьор держал руль.

— Вы что, на прогулку выехали? — крикнул Ингвар своему брату. А потом уже команде: — А ну налечь на весла!

Но эти крики услышали и арабы. На одном из дау лучник протянул руку в сторону корабля Бьора, и все луки повернулись за ним, чтобы взять на прицел новый подплывающий к ним корабль. Раздалась команда, и дождь из стрел с шипением унесся к кораблю Бьора.

В волнении Ингвар крепко сжал руку своего отца.

— Да гребите же вы! — кричал он своим, а «Висундур» стонал и с бульканием глотал воду. — Сильнее!

Вот стрелы обрушились на странный корабль Бьора, и на палубе — уже никого. У Ингвара все опустилось внутри. Он успел подумать, что брат и его спутница прыгнули за борт, но они тут же поднялись там, где только что стояли. Высокий фальшборт корабля, как и предполагала Мательда, обеспечил им надежную защиту. Только теперь Ингвар узнал женщину на корабле.