Хозяин Амура - Дмитрий Хван

— Вам все вернут позже, — а когда открылась заветная дверь старшего контролера, пригласила: — Проходите.

Начальником оказалась миловидная женщина лет сорока, невысокого роста, с короткими светлыми волосами и пронзительно-голубыми глазами. Встретив профессора недалеко от двери, она предложила ему сесть на диванчик в углу комнаты, сама же села напротив. Николай с интересом осматривался, остановился его взгляд и на куртке начальницы — «Светлана Русакова» значилось там. Нижняя надпись гласила, что она являлась старшим контролером. Рабочий кабинет Русаковой был очень просторным и светлым. Но обстановка и здесь была весьма аскетична — во всех помещениях, в которых Николай уже здесь побывал, не было ни единой висящей на стене картины, никаких цветов на столах, никаких украшений, ничего лишнего. Стерильно, тихо и функционально.

— Простите, что заставил вас ждать, я заснул в купальне, — начал разговор Николай, разводя плечами — не привык он еще к обтягивающей одежде.

— Ничего страшного, Николай Валентинович, у меня было много работы. Но теперь я освободилась, давайте поговорим о вас. Так для чего вы вышли к нам?

Радек не сразу нашелся, что ответить:

— Аномалия открылась, я решил войти…

— Странно, обычно люди предпочитают быстрее покинуть зону рабочего энергетического канала, испытывая при этом безотчетный страх. — Светлана с интересом посмотрела на профессора.

— Вы не путешествуете в этих аномалиях? — удивился Радек.

— Мы не используем энергетические каналы для переходов, они становятся очень нестабильны от постороннего воздействия, — отвечала Светлана. — Для нашего общества важна именно стабильность их работы. Многое зависит от получаемой нами энергии.

— Так, значит, та установка в зале…

— Да, — кивнула Русакова, — это энергоаккумулирующая установка, посредством которой происходит зарядка энергетических блоков.

— А я не нарушил эту стабильность? — спросил Радек.

— Нарушили, — кивнула Светлана, — мы пропустим один цикл. Мне придется это объяснять.

— Подождите! — воскликнул Николай. — Но разве вам не интересны путешествия в другие миры, их освоение?!

— Прошу вас, потише, — поморщилась Русакова. — Для путешествий есть другие каналы.

Она встала с диванчика и, подойдя к стене, неуловимым движением ладони открыла в ней нишу. Достала оттуда графин с рубинового цвета содержимым и наполнила два бокала. Передав один из них Радеку, она снова села напротив и после небольшой паузы начала задавать вопросы:

— Что вы намерены предпринять? Вам нужно убежище?

— Убежище? — не понял профессор.

— Да. — Светлана, отпив чуточку, поставила бокал на столик. — Вы хотели бы вернуться в цивилизованный мир?

— А вам это не повредит? Ведь история мира может кардинально измениться.

— Нет, — мягко улыбнулась она. — Наша история уже не изменится. Изменится только ваш мир, — продолжила Русакова, поглядывая на изумленного Радека, — но это не важно.

— Но как?

— Николай Валентинович, существует бесчисленное множество миров. — Светлана снова встала с диванчика. — Если изменится тот, в котором существуете вы, то остальные этого не заметят. Да, ваш мир связан с нашим, но наше прошлое и, соответственно, настоящее уже не изменится. История пойдет другим путем, но это будет совсем иной мир.

— Кажется, я понял, — пробормотал Радек, отпивая из бокала терпкий напиток, который наполнял тело приятной теплотой. — Я понял вас, Светлана.

— Хорошо. — Тон Русаковой моментально сменился на деловой. — Сколько вас и как скоро вы будете готовы к переходу? Канал при нашем желании будет держаться до трех седмиц, не более. Поверьте, вам здесь будет лучше.

— Подождите, я должен буду поговорить с…

— Да, конечно, — с холодком в голосе кивнула Русакова. — Суток вам хватит? Я должна буду объясниться за нарушение работы станции, вы должны помочь мне. Вы же сами вышли к нам. Так сколько вас?

— Около трех тысяч. — В горле профессора неожиданно запершило, ему снова стало жарко.

— Хорошо, — с удовлетворением проговорила Светлана. — В таком случае не буду вас задерживать. Мария проводит вас.

Легкое движение сзади, едва слышный свист — Радек обернулся. Мария Рантала уже ожидала его, стоя у бесшумно открывшегося прохода.

— До встречи. — Светлана улыбнулась.

— Да-да, до свидания. — Николай поспешил выйти из кабинета старшего контролера, и вскоре они шли по казавшемуся бесконечным коридору. Сзади них постепенно тускнел свет.

В голове профессора снова закружились десятки мыслей, вопросов, которые не находили никаких объяснений, ответов. Возможно, если бы не та купальня, он и вовсе свалился бы без сил…

— Мария, а почему у вас нет ни одного окна? — сбавив шаг, спросил он у Ранталы.

— Есть, — как-то неуверенно ответила она. — А зачем вам?

— Очень хочется посмотреть на ваш мир, — вздохнул Радек.

Мария не сразу ответила, но, украдкой осмотревшись, поманила Николая и еле слышно прошептала:

— Я покажу, но только вы никому не говорите.

Профессор с готовностью кивнул.

Девушка провела его безлюдными коридорами до двери, надпись на которой оповещала: «Комната отдыха». За скрывшейся в стене дверью оказалось небольшое пространство — два диванчика, стоящие напротив друг друга, небольшой столик посредине комнаты. И снова ничего лишнего — какой-нибудь пейзаж на стене здорово бы украсил помещение, но нет. Мария коснулась стены — в ней появился аквариум, изнутри немного подсвеченный голубым светом. Это уже было чем-то, но…

— А где же окно, Маша? — непонимающе оглядывался профессор.

— Вот, — указала на аквариум Рантала.

«Не может быть!» — Радек на негнущихся ногах подошел к стеклу.

А Мария немного увеличила яркость подсветки — и Николай, прикоснувшись к прохладному стеклу ладонями, узрел невообразимое. Перед ним была толща воды, совсем неподалеку проносились стайки ярких рыбок, похожие на обитателей тропических морей. Он посмотрел влево, прижавшись к «аквариуму» щекой, — там вставала черная громада подводной скалы, испещренная яркими разноцветными пятнышками. Где-то внизу было заметно движение чего-то большого, а возможно, огромного…

— Боже мой! — яростно прошептал Радек. — Где это?

— Нам нужно идти, — покусывая в нетерпении губы, ответила Мария. — Прошу вас!

Николай смутно помнил, как он добрался до входа в зал зарядки, как снова ступил на платформу, как надел на униформу свой меховой наряд, как поднялся на возвышение и, не оборачиваясь, вошел в аномалию. Все это было как во сне, удивительном и невообразимо фантастическом.

Он очнулся ото сна только после того, как сквозь пелену вязкого дурмана до него начали пробиваться отдельные резкие фразы. Радек понял, что его сильно трясут за плечи, и попытался сбросить наваждение, замахав руками и попробовав заговорить.