Мафия. Новые мировые тенденции - Владимир Овчинский

Укрепление национального законодательства, международного сотрудничества и правоохранительного потенциала

…Во многих странах новые и появляющиеся формы преступности, возможно, недостаточно охватываются существующим уголовным законодательством, или же во многих случаях они могут быть кодифицированы как противозаконные деяния, но фрагментарно или же могут регулироваться исключительно административным правом. Например, в совместном исследовании по проблеме договорных матчей и незаконной букмекерской деятельности, проведенном УНП ООН и Международным олимпийским комитетом, было установлено, что законодательное регулирование мер борьбы с новыми преступными явлениями может быть достигнуто либо путем применения или адаптации существующих норм права, либо путем принятия новых нормативных актов…

…Что касается национальных подходов к криминализации киберпреступной деятельности, то в рамках Всеобъемлющего исследования по киберпреступности было установлено, что для этого используется несколько правовых подходов. Например, в отношении деяний, совершаемых против компьютерных систем и данных, существует тенденция ставить их под запрет в рамках кодификации конкретных правонарушений, таких как неправомерный доступ или неправомерное вмешательство в компьютерные системы или данные, в то время как в отношении деяний, связанных с функционированием компьютерных систем, таких как компьютерные правонарушения, относящиеся к махинациям с личными данными, существует тенденция объявлять их вне закона через правовые нормы об общих правонарушениях…

…На глобальном уровне гармонизация законодательства по предупреждению появляющихся форм преступности и борьбе с ними может быть достигнута несколькими путями. Некоторые конкретные области регулируются посредством международных договоров. Примерами таких договоров, касающихся причинения вреда окружающей среде, являются Конвенция 1973 года о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой уничтожения, и Базельская конвенция 1989 года по контролю за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением. Договорами, касающимися незаконного оборота культурных ценностей, являются Конвенция 1954 года о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта и два протокола к ней, а также Конвенция 1970 года о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности. Однако такие инструменты, возможно, не всегда требуют принятия законодательства по всем аспектам указанного явления. Например, стороны Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения, обязаны в законодательном порядке ввести уголовные наказания в отношении нелегальной трансграничной торговли видами дикой природы, но отнюдь не в отношении внутренней торговли. Стороны Конвенции о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи прав собственности на культурные ценности, обязались «ввести уголовные или административные санкции» в отношении лиц, нарушающих запрет на вывоз культурных ценностей без специального свидетельства на экспорт, а также на ввоз культурных ценностей, похищенных из музея или религиозного и светского исторического памятника или подобного учреждения другого государства-участника, при условии, что имеется документальное подтверждение того, что такие ценности принадлежат данному учреждению. Другие виды преступлений, такие как киберпреступность, подделка лекарственных средств и оборот человеческих органов, не регулируются юридически обязательными международными нормами права, но могут подпадать под действие некоторых региональных международно-правовых документов^[17].

В тех случаях, когда юридически обязательных правовых стандартов не существует, гармонизация законодательства все-таки возможна через реализацию ряда мер, включая принятие юридически необязательных руководящих принципов, стандартов, рекомендаций или типовых законов, а также путем установления примеров оптимальной законодательной практики и оказания технической помощи. Так, например, в Международных руководящих принципах принятия мер в области предупреждения преступности и уголовного правосудия в отношении незаконного оборота культурных ценностей и других, связанных с ними преступлений предусматривается, что государствам следует рассмотреть вопрос о кодификации в качестве серьезных правонарушений целый ряд конкретных деяний, включая незаконный оборот культурных ценностей, хищение культурных ценностей и разграбление археологических и культурных памятников. В рамках своих усилий по борьбе с незаконным оборотом поддельных лекарственных препаратов УНП ООН приступило к разработке типовых законодательных положений. Аналогичным образом, разработка типового законодательства по преступлениям с использованием личных данных могла бы дополнительно помочь тем государствам-членам, которые хотели бы руководствоваться сводом типовых положений при подготовке эффективных мер противодействия.

В целом, применение уголовно-правовых мер для противодействия новым и появляющимся формам преступности может быть наиболее эффективным в том случае, если такие меры сохраняют баланс между конкретными законодательными положениями, которые имеют своей целью преступное поведение и/или на участвующие в обороте товары или рынки (в случае незаконного оборота), и достаточно уверенной правовой определенностью, сохраняя при этом гибкость, достаточную для учета возможных будущих явлений. Если в государстве за подобные преступления существует наказание в виде лишения свободы на срок не менее четырех лет и если такие государства являются участниками Конвенции Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности, то проведению транснациональных расследований подобных преступлений могут помочь положения этой Конвенции, при условии, что расследуемое преступление является транснациональным по характеру и совершено с участием организованной преступной группы.

Но даже в тех случаях, когда гармонизация законодательства была проведена и когда международное сотрудничество может опираться на такие документы, как Конвенция против организованной преступности, все еще могут оставаться значительные трудности. Например, в области киберпреступности тот факт, что данные и онлайновые сделки все шире переходят на модель подключения двух абонентов через распределенные по цепочке промежуточные компьютеры, означает, что, прежде всего, невозможно будет определить одно государство или группу государств, к которым можно было бы обратиться с запросом о помощи в рамках международного сотрудничества. В таких случаях может все больше возникать потребность в новых формах сотрудничества, в том числе и в таких инновационных начинаниях, как взаимное признание следственных действий, а также меры по изменению концепции о роли традиционных, основанных на территориальном признаке понятиях суверенитета в контексте все расширяющихся глобальных электронных сетей.

С точки зрения потенциала правоохранительных органов расследование многих серьезных дел, относящихся к новым и появляющимся формам преступности, сопряжено с определенными техническими сложностями, создающими трудности даже для наиболее развитых и технически оснащенных государств, и представляет еще большие трудности для развивающихся стран и международного сотрудничества. Для проведения расследований, сбора и хранения доказательств необходимо проводить экспертно-криминалистический анализ информационно-коммуникационных технологий. Также важно хорошо знать, как функционируют законные финансово-экономические системы, бухгалтерский учет, методы отмывания денег и системы идентификации. Быстрое развитие методов криминалистики требует регулярного обновления учебных материалов и переподготовки должностных лиц.