Полураспад СССР. Как развалили сверхдержаву - Руслан Хасбулатов

Я подчеркнул именно этот момент — не случайность идентичности позиции Исакова и группы должностных лиц СССР, которые осуществили военный переворот. Логика Исакова вроде бы внешне убедительна — если вы помните, я еще на III съезде народных депутатов, созванном по инициативе «шестерки», в том числе Исакова, выражал опасения, что союзный центр ведет дело к тому, что некоторые республики вообще откажутся участвовать в этом «договоре». Это действительно так. Но давайте поставим вопрос иначе: что выиграет Союз, если мы, Россия в лице высших органов власти, не будем принципиально участвовать в работе по Союзному договору, — как будем добиваться выполнения наших существенных поправок и не подпишем его, даже в «усеченной» форме? Не дадим ли мы тем самым повода для полного развала Союза ССР? Напомню — этому вопросу была посвящена дискуссия на сессии Верховного Совета, на его последнем заседании, всего три недели тому назад, когда мы утвердили состав Государственной делегации для участия в обсуждении и подписании договора у Горбачева в Кремле 20 августа. Тогда было принято постановление Верховного Совета, ставшее для нас Законом. Против этого постановления сейчас и выступает Исаков — почему? Напомню, что с аналогичных позиций написана статья Председателя Верховного Совета СССР уважаемого Анатолия Ивановича Лукьянова, опубликованная в сегодняшнем номере газеты «Правда». Его позиция мне представляется еще более, мягко говоря, «странной», чем позиция Исакова. Исаков свое отношение к горбачевскому проекту высказывал публично, и мы знаем это, а Лукьянов — никогда ранее, хотя я часто встречался с ним на различного рода совещаниях в Кремле, в том числе в рамках обсуждения проектов договора.

Мне ни разу не приходилось слышать от него, даже в частном порядке, его возражения против проекта договора. Более того, насколько я знаю, Лукьянов поддерживал требования российских автономий добиваться уравнения их прав и полномочий с союзными республиками, в то время как я выражал сильнейшую озабоченность этими поползновениями и требовал на совещаниях у Горбачева прекратить поддержку автономий в этой части. Что мешало Лукьянову — Председателю Верховного Совета СССР — вынести на обсуждение проект договора на сессию Верховного Совета и там изложить свою позицию? Нет, этого он не сделал, а ныне пытается теоретически оправдать антиконституционные действия некоего «государственного комитета по чрезвычайному положению», которые он, председатель Союзного парламента, должен был осудить первым, не дожидаясь нашей реакции.

Однако, продолжал я, должен вам высказать свое мнение: в создавшихся условиях, когда президент Горбачев, похоже, изолирован, а другие институты союзной государственной власти, контролируемые изменниками, по сути, утеряли свою легитимность, Лукьянов, как Председатель Верховного Совета СССР, не являющийся членом преступного ГКЧП, — единственный законный полномочный руководитель союзного центра. С ним мы и будем вести переговоры относительно создавшейся в стране ситуации. А сейчас, уважаемые коллеги, время не ждет, его у нас нет: предлагаю принять постановление президиума из двух-трех пунктов, они могут быть следующими, если вы согласитесь — я зачитаю написанные мною строки из следующих предложений.

Первое: Осудить действия Янаева и группы высших должностных лиц, совершивших в ночь на 19 августа с.г. государственный переворот. Одобрить Обращение к народу; подписанное президентом, и.о. Председателя Верховного Совета России и Председателем Совета министров России.

Второе: Созвать в связи с создавшейся ситуацией в СССР и РСФСР Чрезвычайную сессию Верховного Совета, — может быть, на 21-е число. Ранее мы просто физически не можем созвать депутатов. Хотелось бы надеяться, что нам не помешают в этом.

Мои доводы оказались убедительными. С небольшими редакционными поправками предложенный документ был принят. «Против» проголосовали двое — Исаев и Исаков. Таким образом, это был второй официальный документ, принятый в первый день переворота, 19 августа (первое — обращение «К гражданам России», принятое российским руководством). Указы президента последовали уже за постановлением Президиума Верховного Совета. Специально подчеркиваю это обстоятельство, чтобы была ясна определяющая роль Российского парламента в подавлении путча.

Оба эти документа тиражировались на всех многочисленных ксероксах Верховного Совета и Правительства России, и многочисленные помощники депутатов и работники нашего аппарата связывались с регионами, зачитывали тексты документов; волонтеры на своих автомобилях развозили их на станции метро, вокзалы, автостанции, аэропорты и т. д. Сопротивление началось, приобретая взрывной характер. Затаившаяся было Москва встрепенулась. Первоначальный испуг быстро проходил.

Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР

О созыве Чрезвычайной сессии Верховного Совета РСФСР

В ночь на 19 августа политическая обстановка в нашей стране коренным образом изменилась в результате антиконституционного переворота.

В соответствии с Конституцией СССР чрезвычайное положение могло быть введено Верховным Советом СССР или Президентом СССР с согласия республики, а при отсутствии такого согласия решением Верховного Совета СССР, принятым большинством не менее двух третей от общего числа его членов. Поскольку при введении чрезвычайного положения была нарушена Конституция СССР, постольку действия так называемого чрезвычайного комитета являются государственным переворотом — поставлено под вопрос нормальное функционирование конституционных органов власти РСФСР.

В сложившейся ситуации Президиум Верховного Совета РСФСР постановляет:

1. Созвать внеочередную сессию Верховного Совета РСФСР 21 августа в 11.00 в Доме Советов РСФСР с повесткой дня «О политической ситуации в РСФСР, сложившейся в результате государственного переворота».

2. Исполнение решений так называемого чрезвычайного комитета будет квалифицироваться как участие в совершении государственного преступления со всеми вытекающими последствиями.

И.О. Председателя

Верховного Совета РСФСР

Р.И.Хасбулатов 19 августа 1991 года

Как писали впоследствии аналитики, быстрое появление этого документа сыграло, несомненно, важнейшую роль на первом этапе подъема массового движения против путча — граждане России увидели решительную позицию руководства страны, отвергающего насилие в жизни общества. Это в громадной степени укрепило наш авторитет в народе, его возмущение действиями ГКЧП стало открытым, особенно в крупных городах, в вузах, научных и творческих коллективах, на промышленных предприятиях. Тогда же, сразу после окончания заседания президиума, я попросил подготовить инструктивное письмо для направления во все органы власти на территории России — на имя их руководителей. И продиктовал его содержание. Вот что говорилось в этом письме:

«Вам направлены Постановление Президиума Верховного Совета России, указы Президента РСФСР от 19 августа 1991 года и обращения «К гражданам России» и «К военнослужащим Советской Армии», принятые в связи с антиконституционным государственным переворотом.