Код цивилизации. Что ждет Россию в мире будущего? - Вячеслав Никонов

Петр I стал единодержавным правителем в 1696 году и царствовал до 1725 года. Под влиянием потребностей ведения широкомасштабной войны со Швецией и знакомства с опытом ряда западных стран — прежде всего Голландии и Англии — он вступил на путь решительной вестернизации, которая осуществлялась жесткими мерами. Вестернизация проявлялась повсюду — от бритья бород и введения европейской одежды до реформ в административном устройстве, промышленности, военном деле. Была построена новая столица — Санкт-Петербург как символ прорыва в Европу.

Вместо Боярской думы был создан Сенат, страна разделена на губернии, приказы заменены на коллегии, появилась Академия наук, театры, первая газета, сотни новых заводов и фабрик. Были созданы регулярные армия и флот, введены рекрутская повинность, обязательное обучение дворянских детей в государственных учебных заведениях или за рубежом, обязательная пожизненная военная или гражданская служба для дворян.

Земские соборы перестали собирать, за образец Петр взял абсолютистскую модель государственной власти, которая в его времена господствовала в большинстве европейских стран. Вместе с тем, и впредь любой самодержец должен был учитывать интересы влиятельных групп элиты, армейской верхушки. Самодержавие будут ограничивать и высшая бюрократия, и необходимость делегировать полномочия, и народные бунты, и дворцовые перевороты. «Парадоксально, но факт, что, требуя для себя монопольной политической власти, русские самодержцы оказались менее полновластны, чем их конституционные собратья на Западе»^[397].

Россия стала великой европейской державой, победив Швецию под Полтавой в 1709 году, и с тех пор никогда не теряла этого статуса, завоевывая положение серьезного игрока в большой политике Старого Света. Россия была провозглашена империей Петром Великим в 1721 году после окончательной победы над шведами в Северной войне и присоединения земель Восточной Прибалтики. Позднее губернии этого региона — Лифляндская, Курляндская и Эстляндская — были объединены в Прибалтийское генерал-губернаторство. В основе управления этими губерниями лежал принцип сохранения привилегий остзейских баронов, верой и правдой служивших трону российских императоров.

В правление Елизаветы Петровны Россия, вступив в Семилетнюю войну, нанесла поражение самой могучей военной силе в Европе — Пруссии, а русские войска вошли в Берлин. «Чтобы удержать в рамках этих господ, понадобится вся Европа»^[398], — говорил отчаявшийся Фридрих Великий. Его спасло Бранденбургское чудо — смерть Елизаветы Петровны и воцарение Петра III, который считал прусского короля величайшим гением, героем и наставником.

Очередной мощный рывок страна совершила при Екатерине II. Руководствуясь принципами фритрейдерства, императрица разрешила всем сословиям создавать мануфактуры (но не в Москве и Петербурге), а Манифестом 1775 года — и промышленные предприятия. Крестьяне начали активно заниматься торговлей, взяв в свои руки большую часть рынка продовольственных товаров, домашней утвари и сельскохозяйственных орудий. Число заводов и фабрик за годы царствования Екатерины II выросло вчетверо. В 1768 году вышел Манифест и именной указ Сенату «Об учреждении в С.-Петербурге и Москве Государственных банков для вымена ассигнаций». Развитие торгового мореплавания, учреждение заграничных консульств и заключение торговых конвенций оживило внешнюю торговлю.

По числу войн эпоха Екатерины была едва ли не рекордной в российской истории — три с Польшей, две с Турцией, по одной с Персией и со Швецией. А затем замаячила перспектива столкновения с Францией. На большую высоту поднялось военно-оперативное искусство, связанное с именами Румянцева, Суворова и Кутузова. В соответствии с договором, подписанным в Ку чук-Кайнарджи в 1774 году, и Ясским миром 1791 года, Турция отказалась от прав на Крым, Россия приобрела Куб ань и Новороссию — от Буга до Днестра.

Когда в середине 1770-х годов началось восстание американских колоний Англии, ее король Георг III просил Екатерину прислать армию и флот для подавления мятежа. Потемкин якобы сказал: «Если Англии потребуется 20 тысяч солдат, Россия могла бы без проблем ей их дать». Пожалуй, этих 20 тысяч вполне бы хватило для прекращения восстания и отсрочки Дня независимости США на много десятилетий. Но Екатерина не забыла отказа Георга подписать союзный договор, поддержать ее в Турции или Польше. Англия еще долго не простит России эту инициативу, которую высоко оценили американские борцы за независимость.