Новое дворянство. Очерки истории ФСБ - Ирина Бороган

В 2000 году, когда Путин был избран президентом, спецслужбы, и прежде всего ФСБ, вышли на первый план, рассчитывая на реванш после десятилетия 90-х, когда они оказались за бортом нового российского капитализма и изменчивой государственной политики.

Путин, 16 лет прослуживший в КГБ, пригласил сотрудников спецслужб занять самые влиятельные и престижные позиции в российском государстве. Однако это приглашение стать «новым дворянством» не принесло ожидаемых результатов, учитывая то доверие, которое испытывает Кремль к спецслужбам.

ФСБ потратила огромные усилия на разоблачение иностранных шпионов, но сомнительные методы, которые она при этом использовала, заставляют сомневаться в том, насколько эта угроза была реальной. ФСБ вложила много ресурсов в борьбу с неправительственными организациями, опасаясь, что они могут поднять народное восстание против Кремля. Это было явным просчетом: эти организации слишком малы и не пользовались большой поддержкой у населения, чтобы представлять реальную угрозу политическому режиму.

Путин открыл сотрудникам спецслужб доступ во все органы власти, вероятно надеясь, что они станут гарантами стабильности и порядка. Но как только они получили доступ к ресурсам и привилегиям, они тут же начали борьбу друг против друга.

ФСБ оказалась в сложной ситуации, когда Путина обвинили в причастности к взрывам московских жилых домов в 1999 году, чтобы воспользовавшись паническими настроениями облегчить свой приход к власти. Однако вполне очевидно, что то, как ФСБ изо всех сил старалась заставить замолчать всех, кто задавал вопросы, только укрепило подозрения и подпитывало конспирологические теории. В 1990-х, при президенте Борисе Ельцине, была надежда, что в процессе формирования гражданского общества контакты между властью и народом улучшатся. Однако Путин вполне осознанно подавлял гражданское общество, сокращая пространство для дискуссий как в политике, так и в общественной жизни. Спецслужбы стали вмешиваться в политические процессы — чтобы или защитить Путина, или продемонстрировать свое могущество и лояльность Кремлю, или просто потому, что неадекватно оценили угрозу популярному президенту со стороны оппозиции. Считается, что ФСБ должна быть частью государственной машины, управляемой исключительно законом. Однако в сегодняшней России, где спецслужбы, видимо, уверены, что их собственные интересы и интересы охраняемого ими государства стоят выше любого закона, правовое государство — перспектива отдаленного будущего.

Менталитет персонала ФСБ, сформированный советской и царской историей, отличается подозрительностью, клановостью и клаустрофобным отношением к внешнему миру. Очевидно, что время требует перемен. Но ответы на современные вопросы нельзя найти в прошлом. Восстановление мемориальной доски Юрию Андропову, возможно, прибавляет спецслужбам уверенности в себе, но уж точно не может подсказать, как им действовать в новых условиях.

Участки на элитной Рублевке в подарок, вероятно, скрасят генералам выход на пенсию, но вряд ли помогут молодым офицерам спецслужбы стать независимыми и неподкупными агентами безопасности в демократическом обществе.

Пока Путин осыпал генералов привилегиями, они все больше уклонялись от ответственности, а значит, все менее эффективно выполняли свои обязанности, ставя под вопрос роль спецслужб в российском будущем.

Если президент Медведев на самом деле собирается модернизировать Россию и покончить с «правовым нигилизмом», ему необходимы такие защитники государства, которые адекватны современным вызовам, а не бесконечно вязнут в трясине прошлого.