Игры политиков - Дик Моррис

Лишала Мори политического капитала и коррупция. 1 марта 2001 года был арестован бывший министр труда Ма-сакуни Муриками. Его обвиняли в получении взятки в 700 тысяч долларов за поддержку одного проекта общественных работ. Он обвинение отверг, однако, по характеристике «Джапан таймс», эта история «нанесла еще один сильный удар по и без того непрочному правительству Мори».

Экономике, едва оправляющейся после двух продолжительных спадов 1990-х годов, грозил новый, третий. Индекс Никкея на токийской фондовой бирже после прихода к власти правительства Мори упал на 40 пунктов.

Но самый сильный удар оно испытало 9 февраля 2001 года, когда пришло сообщение о столкновении в водах Тихого океана американской подлодки и маленького японского рыбачьего судна. Девять японцев, в том числе четверо студентов, погибли. Местные жители и без того возмущались сексуальными домогательствами американских военнослужащих, дислоцированных на Окинаве, а здесь они и вовсе пришли в ярость. Когда же стало известно, что Мори даже по такому случаю отказался прервать партию в гольф и, более того, по слухам, уже узнав о трагедии, продлил ее на два часа против обычного, гнев людей обратился против премьер-министра.

В предвидении выборов в верхнюю палату, назначенных на 29 июля 2001 года, а также учитывая, что уровень популярности Мори упал до рекордно низкого показателя, партийные иерархи решили, что пора от него освобождаться. Вся страна замерла в ожидании, когда же опустится топор. И вот 10 марта Мори объявил о намерении созвать в апреле партийную конференцию, которая изберет нового лидера.

Все предполагали, что процесс пойдет по накатанной колее — закрытые совещания, а затем объявление результата, который и завизирует конференция. А затем парламент послушно назовет имя нового главы правительства. «Джапан таймс» писала, что, судя по всему, преемник Мори будет назван на основании межфракционного соглашения, как это было в прошлом апреле, когда к власти пришел сам Мори. «ЛДП отнюдь не стремится к переменам, чем только еще больше отталкивает от себя публику».

Однако же в условиях возникшей политической нестабильности старые методы не срабатывали. Партийные законники при поддержке представителей с мест требовали проведения полноценных выборов, в которых могли бы принять участие все члены партии. К хору тех, кто критиковал традиционно закрытый выборный процесс в ЛДП, присоединил свой голос и лидер ДПЯ Юкио Хатояма. «Существующая процедура избрания премьер-министра, когда все решается за закрытыми дверями, полностью противоречит принципам парламентской демократии», — заявил он в марте.

При всей своей бестолковости и невосприимчивости даже Мори почувствовал, насколько сильный протест вызывает традиционная выборная система. «Чтобы завоевать доверие людей, — сказал он на одном партийном собрании в Токио, — нам придется начать с хирургических мер». И выдвинул вполне радикальное предложение избирать нового лидера ЛДП на основании учета самых разных мнений, существующих в партии.

За стенами зала, в котором проходило собрание, скопилось примерно 40 членов токийской секции, разбрасывавших листовки с острой критикой партийного руководства. Вскоре к ним присоединились тысячи рядовых членов ЛДП. «Размахивая лозунгами, призывавшими к «обновлению» партии, — пишет «Джапан таймс», — демонстранты игнорировали требования партийных боссов мирно разойтись по домам».

Настаивая на избрании преемника Мори демократическим путем, они заявляли, что, если все останется по-прежнему, развитие событий «пойдет по самому трагическому сценарию, — политическая партия прекратит существование».

Испытывая мощное давление снизу, лидеры партии решили бросить рядовым членам кусок — небольшую квоту в составе 487 делегатов конференции, которой предстоит избрать руководителя ЛДП. На основе достигнутого компромисса рядовая масса делегирует на конференцию 141 представителя, то есть 29 процентов общего состава участников, в то время как за парламентариями остаётся 71 процент голосов. Таким образом, сделав символический жест, партийные лидеры ничуть не сомневались в том, что по-прежнему контролируют ситуацию, ведь парламентариев они держали на коротком поводке.

Большинство обозревателей при всех коррективах расценивали избирательную процедуру довольно пессимистически. Рюрихиро Хосокава писал в «Джапан таймс»: «По всем признакам ЛДП мертва, она не способна даже выделить из состава своих руководителей будущего премьера». В тон ему высказывался другой журналист: «Для того чтобы возродиться, ЛДП должна открыто и прозрачно осуществить внутреннюю перестройку и выдвинуть на ответственные позиции молодых руководителей. А для этого, в свою очередь, требуется компетентный лидер, способный осуществить такую перестройку, не считаясь с интересами фракций. Вопрос состоит в том, будет ли отвечать этим условиям очередной председатель партии».

Словно бы укрепляя подобные сомнения, на позиции претендента номер один выдвинулся бывший премьер Рюи-таро Хашимото, чья фракция составляла большинство в парламенте (102 члена из общего корпуса в 346 человек). После того как в гонке отказался участвовать генеральный секретарь ЛДП (а также член фракции Хашимото) Хирому Нона-ка, шансы ветерана на победу возросли еще более, а его аллергия на любые перемены была хорошо известна.

Новая выборная процедура сторонников Хашимото не волновала, они рассчитывали на поддержку крупных промышленных корпораций, контролировавших голоса примерно двух третей общего количества (2,4 миллиона) зарегистрированных членов партии. Правда, на горизонте маячила первая довольно серьезная угроза монолита старого партийного руководства. Ее олицетворял Юнихиро Коидзуми.

В 1995 году он уже проиграл Хашимото борьбу за первенство в партии. Та же история повторилась три года спустя. И вот теперь Коидзуми подумывал о третьей попытке. Будучи номинальным лидером парламентской фракции премьер-министра Мори, состоявшей из 61 человека, Коидзуми вынужден был делать вид, будто он не покушается на прерогативы своего босса. В ответ на вопрос о собственных притязаниях Коидзуми лишь пожал плечами: «Все, на что я способен, так это помочь господину Мори наилучшим образом выполнять свои обязанности».

Но когда Мори объявил о своем намерении отступить в сторону, препятствий не осталось, и Коидзуми заговорил о своих планах публично: «Мне хотелось бы найти способы откликнуться на ожидания людей, продемонстрировав решимость начать партийное строительство с начала».

К тому времени Коидзуми уже прожил долгую жизнь в политике. Выпускник престижного университета Кейо, он поступил в аспирантуру Лондонской школы экономики. Но тут — случилось это в 1969 году — умер его отец, депутат парламента. Коидзуми вернулся в Японию, попытался занять место отца, проиграл выборы, но в конце концов своего добился, став в 1972 году депутатом верхней палаты, которую с тех пор уже не покидал. Постепенно поднимаясь наверх, он был назначен в 1988 году министром здравоохранения, затем вновь занимал этот пост в 1996—1997 годах. Если не считать несколько экстравагантных манер, в послужном списке Коидзуми мало что указывало на то, что он может стать мотором партийных реформ. Однако же за какие-то тридцать дней, что заняла предвыборная кампания, он обозначил все позиции, нуждавшиеся в коренной ломке.