Смерть денег. Крах доллара и агония мировой финансовой системы - Джеймс Рикардс

Ограничение дебатов о долге и дефиците этими терминами порождает дальнейшие вопросы. Каковы подходящие принципы определения того, используется ли долг в желаемых целях и в правильном ли направлении движутся тенденции соотношения долга и ВВП? К счастью, на оба вопроса можно ответить научным неидеологическим способом, не скатываясь в риторику консерваторов или либералов.

Долг, используемый для финансирования государственных расходов, приемлем при соблюдении двух условий. Первое состоит в том, что выгода от расходов превышает затраты. Второе заключается в том, что государственные расходы должны быть направлены на проекты, которые частный сектор не может исполнить самостоятельно. Эти условия должны рассматриваться независимо, и оба ответа должны быть удовлетворительными. Пусть даже государственные расходы могут показаться производящими чистую выгоду, они не могут быть оправданы, если частнопредпринимательская деятельность может сделать эту работу лучше. Когда государственные расходы приносят чистые убытки, они разрушают накопленное богатство в обществе и никогда не могут быть оправданы, кроме как во время экзистенциального кризиса наподобие войны.

Сложности возникают, когда затраты и выгоды нельзя определить однозначно и когда идеология в процессе принятия решений заменяет собой анализ. Эти проблемы иллюстрируют два случая – Интернет и «стимулирование» Обамы в 2009 г.

Поборники государственных затрат указывают, что государство финансировало раннее развитие Интернета. На самом деле государство спонсировало ARPANET, надежную систему обмена сообщениями между крупными компьютерами университетов, созданную для облегчения сотрудничества во времена холодной войны. Однако развитие ARPANET в сегодняшний Интернет осуществил частный сектор через создание Всемирной паутины, веб-браузера и многих других инноваций. Эта история показывает, что определенные государственные расходы могут быть в высшей степени эффективными, когда они дают толчок инновациям частного сектора. По нынешним стандартам ARPANET имел достаточно скромные цели, но он был успешным. Государство не заморозило ARPANET навсегда; вместо этого оно предоставило частным разработчикам доступ к протоколам и отошло в сторону. Интернет – это пример того, как государство оставило работу частному сектору.

Пример деструктивных правительственных расходов – это план «стимулирования» Обамы 2009 г. Ожидаемые выгоды были основаны на ошибочных предположениях о так называемых мультипликаторах Кейнса. В действительности «стимулирование» Обамы было направлено по большей части на пополнение государственных и местных фондов заработной платы для профсоюзных должностей в государственных органах и образовании, многие из которых избыточны, непродуктивны и разрушают благосостояние. Большая часть оставшегося отправилась на неэффективные, немасштабируемые технологии, такие как солнечные панели, ветровые турбины и электромобили. Эти расходы не только не произвели мифических мультипликаторов, они даже не дали номинального роста, адекватного номинальным затратам^[186]. Стимулирование Обамы – это пример государственных расходов, которые не проходят тест на затраты и выгоды.

Пример правительственной инициативы, удовлетворяющей обоим условиям приемлемых затрат, – это сеть федеральных скоростных автомагистралей. В 1956 г. президент Эйзенхауэр продвинул, а конгресс санкционировал создание сети федеральных скоростных автомагистралей, которая стоила около 450 млрд долл. в пересчете на цены нашего времени. Однако выгоды этой системы значительно превышают 450 млрд долл. и продолжают нарастать доныне. Трудно спорить, что частный сектор мог бы создать что-то подобное этой сети магистралей; в лучшем случае мы могли бы иметь мешанину платных дорог, при которой многие районы остались бы неохваченными. Только правительство могло бы завершить проект в масштабах страны. Таким образом, сеть федеральных скоростных автомагистралей проходит двухчастный тест на эффективные государственные расходы, который оправдывает долг.

Сегодня долгосрочные процентные ставки практически небывало низкие, и США с легкостью могли бы взять взаймы 150 млрд долл. на семь лет под 2,5 %. С этими деньгами правительство могло бы, например, построить новый трубопровод природного газа, расположенный рядом с сетью федеральных скоростных автомагистралей, и разместить на существующих мощностях станции перекачки. Этот федеральный трубопровод можно соединить с крупными магистральными трубопроводами природного газа в узловых пунктах, а затем правительство могло бы потребовать перехода в десятилетний срок всех автомобильных грузоперевозок между штатами с дизельного топлива на природный газ.

При наличии этого трубопровода и действующей сети заправочных станций частные компании наподобие Chevron, ExxonMobil и General Motors тогда переняли бы инновацию и вторжение грузоперевозок на природном газе – передача мяча от общественного к частному, как произошло с ARPANET. Переход на грузовики на природном газе облегчил бы развитие автомобилей на природном газе. Спрос на природный газ затем резко увеличил бы разведку месторождений и добычу, наряду с соответствующими технологиями, в которых США преуспевают.

Как и в случае с сетью федеральных скоростных автомагистралей, результаты федеральной системы трубопроводов природного газа будут революционными. Резкое развитие экономики возникнет незамедлительно – не от мифических мультипликаторов, а от понятных производительных затрат. В ходе фактического строительства трубопровода будут созданы сотни тысяч рабочих мест, и еще больше рабочих мест образуется в результате перехода транспорта с бензина на природный газ. Зависимость от иностранной нефти закончится, а торговый дефицит исчезнет, стимулируя рост. Экологические преимущества очевидны, поскольку природный газ сгорает чище, чем дизельное топливо или бензин.

Случится ли это? Сомнительно. Республиканцы больше концентрируются на сокращении долга, чем на росте, а демократы – идеологические противники любого вида углеродного топлива, включая природный газ. Политические звезды, кажется, единодушно настроены против этого нестандартного решения. Однако оно остается примером, в котором долг правительства на финансирование расходов может быть приемлемым, если он пройдет двухчастный тест на положительный эффект и отсутствие замены деятельности частного сектора.